Синяя веранда (сборник) - Елена Вернер

Аксель и Миро переглянулись, ужасно довольные собой и тем, как все обернулось. Еще бы, такие деньжищи обещаны – за каких-то пару часов работы. Не терпелось дождаться остальных и объявить, что, если они добудут эту надпись, каждому из них перепадет по семь с половиной тысяч. Евро.

– Только представь их физиономии, когда они услышат сумму. Отпад! – заранее веселился Миро.

Они не интересовались, как заказчик вышел на них. Не то чтобы они были известны в своем деле, скорее, у него надежные источники и связи. Все, что сообщил парням посредник: заказчик – коллекционер. Вывеска не пойдет никуда дальше его частной коллекции.

На набережной пахло рыбой и тиной. Аксель сел на парапет и стал наблюдать за прогулочными теплоходиками, взбивающими в пену воды Шпрее. У Миро звякнул телефон, и он, взглянув на дисплей, возвестил:

– Скоро будут.

Вообще-то его звали Мирослав. Он с родителями переехал из Кракова лет десять назад, и теперь от Польши ему остался только мягкий акцент. В своем нетерпении худощавый Миро напоминал Акселю маятник. Он поминутно покачивался, переминался с ноги на ногу, встряхивал длинными белокурыми волосами, садился на гранитный парапет и вскакивал, пощипывал пальцами тонкую переносицу, похожую на острый птичий клюв. Акселя забавляли мучения приятеля, сам он был намного спокойнее и терпеливее и втайне этим гордился. Раньше Аксель и Миро дружили, но постепенно все их общение свелось к совместному ночному промыслу. Они воровали металлолом. Конечно, когда они его воровали, он еще не был металлоломом. Это были провода, кабели, пролеты заборов, садовый и парковый декор. На железнодорожные рельсы Deutsche Bahn они не посягали только в силу хлопотности и трудоемкости процесса, дерзости им было не занимать. Обычно все дела Аксель обдумывал только с Миро, они были мозгами их небольшой команды. Аксель подходил к делу основательно, серьезно, но иногда ему недоставало беспечности и быстрой смекалки, которую тут же предоставлял сообразительный и легкий на подъем Миро.

Наконец на велосипедах прикатили Тим и Вольфи. Они всегда колесили по городу на велосипедах, утверждая, что так получается быстрее и спортивнее, только почему-то частенько опаздывали. Они были братьями и толковыми исполнителями. Тим – болтун, Вольфи – молчун, вынимавший из ушей наушники плеера, только чтобы обсудить предстоящее дело. Вот и сейчас, пока Тим рассказывал, как их на перекрестке подрезал другой велосипедист и что они ему высказали (Аксель подозревал, что высказывался только Тим), Вольфи деловито смотал провод от наушников, положил их в карман низко сползающих штанов и только после этого пожал приятелям руки. Миро в общих чертах описал предстоящую ночную вылазку, не называя места, зато озвучив сумму. У Тима от возбуждения забегали глаза, и даже Вольфи с изумлением приоткрыл рот.

– И что мы должны добыть?

– Одну вывеску.

– Шутишь! Никто не отвалит тридцать штук за обычную вывеску. Ее что, с Рейхстага снимать?

Аксель с загадочным видом поцокал языком.

– Но территория охраняется? – уточнил Тим, стараясь уяснить хоть что-то.

– А то как же, – ухмыльнулся Миро. – Иначе бы все это стоило намного дешевле.

– Ок, я в деле!

Тим важно кивнул, и Аксель едва успел спрятать улыбку. Еще бы ты не в деле…

Вольфи пожал плечами – раз брат согласен, то и он тоже.

– Все, решено, – подвел итог Аксель. – С Миро машина, с вас инструменты, фонарики, все как обычно. Да, и лестницу сборную прихватите, нам через забор лезть, а я не знаю пока, что там и как. Миро подхватит меня, потом заедем за вами. В час. К двум будем на месте. Плазморез я возьму.

Миро застонал:

– Куда, еще и плазморез тащить!

– А ты собрался ее пилкой выпиливать? Надо еще раз в Сети глянуть, понять, как лучше ее вынуть.

– Она и в Сети есть? Знаменитая надпись, да? – не успокаивался Тим.

– В Сети что угодно есть. Тебе главное помнить, что она самая дорогая. – Миро похлопал его по плечу. – И вообще, кажется, самое дорогое из того, что мы свинтили.

– Еще не свинтили. – Аксель легко соскользнул с парапета и отряхнул штаны. – Ладно, до вечера.

Следом Аксель заскочил в магазин строительных товаров. Сегодня была не его смена. Элиза, как и всегда, сидела за кассой. Увидев Акселя, она кивнула ему на подсобку, давая понять, что сейчас освободится. Он прошел за стойки с товарами, минуя стеллаж с изолентой и мотками веревок, и задержался на пороге подсобки, глядя, как Элиза встает со своего рабочего места. Беременность, хоть и была не очень пока заметна, уже сделала ее неуклюжей, но Аксель все равно почувствовал, как в груди у него тает и растекается внутри что-то теплое.

Подойдя к Акселю, Элиза подтолкнула его в комнату и чмокнула в губы, только когда дверь за нею хлопнула в косяк.

– Ты как? – кивнул он на ее живот.

Элиза достала из шкафчика пачку соленых крекеров и беззаботно отозвалась:

– Бывало и лучше. Но бывало и хуже. Пойдем вечером в кино? Катарина звала.

– Нет.

– Знаю, знаю, денег нет. – Элиза закатила глаза и принялась с ожесточением хрустеть крекером. Несколько крошек упало на ее зеленую форму.

– Нет-нет, с этим как раз все в порядке! – Аксель улыбнулся. – Деньги скоро будут. Поэтому и не могу сегодня, надо подготовиться к…

Девушка перестала жевать и сощурилась, глядя на Акселя с подозрением. Потом сложила руки на груди, сразу отстраняясь и становясь чужой.

– Опять? Аксель, ты же обещал.

– Элиза…

– Ты обещал мне. Нам. Что ты с этим завяжешь.

– Элиза, это большие деньги.

– Мне наплевать, какие они! Тебя поймают. Однажды ты просто не вернешься. А я останусь одна. Если ты хочешь меня бросить, то уж лучше сделай это как все! Просто уйди. Тогда я буду знать, что все дело во мне. Я не хочу больше так жить, все время думая, что с тобой что-то случится…

– Да с чего ты решила… Элиза, – с мученическим видом протянул Аксель. Опять эта женская истерика… Вечно девушки все драматизируют.

Она ждала от него ответа. Он знал, что сейчас нужно кивнуть, пообещать, что он останется дома, и все тут же станет хорошо. Она улыбнется, недоверчиво, но уже успокаиваясь, и даже позволит себя обнять, и можно будет зарыться носом в ее рыжеватые волосы и почувствовать, что они пахнут яблочным шампунем.

Но он продолжал стоять. Тогда Элиза кивнула, поставила пакет крекеров обратно и вышла. Когда Аксель протиснулся мимо кассы, она даже не подняла на него глаз.