Сова, которой нравилось сидеть на Цезаре - Мартин Уиндроу

* * *

В январе и феврале неясыти спариваются и устраивают гнездо. Несмотря на то, что мы жили в центре города, в первую зиму Мамбл удалось привлечь внимание нескольких заинтригованных самцов.

Дневник

17 января 1979 года

Прошлой ночью на балконе был какой-то шум. То же самое повторилось сегодня, когда Мамбл проснулась вечером. Откуда-то прилетела дикая сова, по-видимому, самец. Он постоянно ухал, а Мамбл ему вторила.

Крик длился около пяти секунд, а потом совы повторяли: «Ху-у-у-у! Хуу, хуу-хуу, ХУ-У-У-У-У!»

Прошлой ночью мне пришлось три раза подниматься и выходить на кухню, чтобы успокоить сову – в полночь, в час и в два. Я волновался, что эту перекличку услышат соседи и решат проверить, с чем связан шум. К счастью, они так и не докопались до истины. И неудивительно – вряд ли кто-то в здравом уме подумает, что парень из сороковой квартиры завел на кухне сову.

22 января

Летая по квартире этим вечером, Мамбл продолжала переговариваться с дикой совой. Хотя я гостя не слышал, она его явно слышала. Она перелетала от окна к окну, переступала с лапы на лапу возле панорамного окна, а потом взлетала на подоконники, покрикивая и пристально глядя вдаль. Затем она уселась на свою бочку на подоконнике (я специально купил для нее керамический бочонок с рекламой какого-то пива) и начала ухать так монотонно, что я решил задернуть шторы и пересадить ее в другое место. Когда я вернулся с кухни, Мамбл раскрыла крылья и накрылась ими, напоминая огромную ночную бабочку. Сова неподвижно сидела между двух штор и пыталась что-то разглядеть за ними.

1 февраля

Около девяти вечера Мамбл начала суетиться в гостиной. Сова явно была чем-то взволнована и вела себя не так, как обычно. Я подошел поближе и попытался ее успокоить. Она пробежала мимо меня к стеклянной двери балкона и начала яростно ухать. Проследив за ней взглядом, я увидел на балконе еще одну сову, видимо, самца. Резкое поведение Мамбл его не напугало, а скорее заинтересовало. («Класс! А ты горячая штучка!» – явно думал он. Мне представился этакий франт с прилизанными волосами, тонкими усиками, букетом цветов в одной лапке и коробкой засахаренных мышей – в другой.) Заметив меня, он взлетел, но все же немного помешкал, и это промедление показалось мне особо оскорбительным. Судя по всему, не я один считаю Мамбл хорошенькой.

4 февраля

После нескольких неспокойных ночей я придумал способ помешать Мамбл перекрикиваться с потенциальными женихами, появление которых она воспринимала как посягательство на свою территорию. Я решил просто позволить ей свободно летать по квартире всю ночь, хотя это могло показаться странным. Может быть, ей не нравится сидеть взаперти в ночной клетке, не имея возможности защитить свою территорию от нагло вторгшейся другой совы? Я решил вечером накормить ее пораньше и проследить за ночным поведением. Если она будет вести себя спокойно, то я посажу ее в ночную клетку попозже. Но если она будет беспокоиться и шуметь, я просто оставлю ее в квартире, предоставив в ее распоряжение гостиную, кухню, ванную и коридор. Надеюсь, это ее немного успокоит, и утром я обнаружу ее дремлющей на двери ванной.

Усаживая сову в ночную клетку, я обычно накрывал ее старым одеялом и отправлялся спать. От этого она становилась гораздо спокойнее. Я испытывал чувство вины, но только так можно было защитить ночной сон соседей и обеспечить Мамбл безопасность. Утром, когда я снимал одеяло и открывал клетку, она запрыгивала на жердочку у порога, здоровалась со мной, а потом устраивалась на моем плече и сидела там несколько минут. Пока я ходил по кухне, ставил чайник и заваривал кофе, сова окончательно просыпалась и забывала о том, что провела ночь в закрытой клетке.

19 марта

К балконной клетке я вышел около восьми вечера, чтобы забрать Мамбл в дом. Сова вела себя неспокойно, распушала перья и переступала с лапы на лапу. Выйдя на балкон, я услышал неподалеку уханье. Попав в клетку, я открыл корзинку и стал ждать, когда Мамбл в нее запрыгнет. И вдруг мимо балкона пролетела очень крупная неясыть. Сова летела медленно и бесшумно. Я был уверен, что это самец, и он смотрит прямо на нас. Дело происходило на высоте около двадцати восьми метров над уровнем земли. Мамбл яростно крикнула и начала метаться по клетке. Я предпочел ей не мешать – довольно непросто было уклониться от ее непредсказуемых движений в клетке размером со шкаф. Через пару минут ухажер скрылся из виду, Мамбл понемногу успокоилась, и мне удалось уговорить ее прыгнуть в корзинку. Но и там она недовольно встряхивалась и что-то бормотала.

* * *

Оживленные события последних двух месяцев дали мне возможность записать разнообразный лексикон моей совы. Я выделил шесть основных сигналов, хотя каждый из них может интерпретироваться по-разному:

1. Обычный дневной разговорный вибрирующий «квиипс» и монотонное бормотание, обычно на повышающейся ноте.

2. Долгий, переливчатый боевой клич индейцев, который сова издает в клетке, увидев мое приближение; тот же звук она издает, когда осторожно исследует какой-то темный уголок или нору: ровное, монотонное «ву-у-у… ву-у-у… ву-у-у», печальное и однообразное.

3. Раздраженное чириканье, когда я не спешу накормить ее или требую от нее того, чего ей делать не хочется – например, усаживаю в корзину-переноску по утрам, хотя она еще к этому не готова.

4. Нечто вроде «свистка чайника перед закипанием»: этот звук говорит о том, что сову что-то оскорбляет – например, по откосу расхаживает голубь. Этот звук начинается с того, что сова ссутуливается, распушает перья на горле и начинает быстро и угрожающе повторять: «Сквер? Сквер? СКВЕР! СКВЕР-Р-РК!»

5. Обычный крик, отпугивающий других сов, по сягающих на территорию: «ХУ-У-У-У! Хуу, хуу-хуу, ХУ-У-У-У-У!»

6. «Кии-викк! Кии-викк!» – обычная реакция на крики другой совы. Похоже, предположение о том, что Мамбл использует этот крик для отпугивания, оказалось правильным, потому что она действительно отвечает на крик чужака, которого я не слышу.

Около десяти вечера Мамбл, сидя на подоконнике, исполнила настоящий гитарный рифф № 6. Она сидела совершенно спокойно и невозмутимо, но вдруг начала переступать с лапы на лапу и вглядываться в темноту, а потом издала резкий крик: «Вук! В-в-вукк! ВВУ-У-У-К-К-К!» Затем она неожиданно успокоилась, не переходя на полное крещендо, и продолжила тихо, сердито бормотать на уже другой ноте, очень презрительно и раздраженно: «Ввак-к-к… ввакк… ввак-к-к…»

* * *

Спокойнее всего реагировала на перепады настроения Мамбл моя секретарша Джин. В начале июня 1979 года мне понадобился недельный отпуск – я хотел вместе с моим братом Диком отправиться на двадцатипятилетие высадки в Нормандии. Ветераны и энтузиасты организовали пробег по Нормандии на сотне старых военных автомобилей – от мотоциклов и джипов до самоходного противотанкового орудия М10. Естественно, что взять сову с собой за границу и возить ее в багажнике старого бронеавтомобиля было немыслимо. Даже у британской эксцентричности есть пределы. Примерно в то же время Джин нужно было взять на несколько дней отгул, и она смело вызвалась присмотреть за моей совой.