Навигатор счастья - Екатерина Неволина

– Даже не сомневайся, – отозвался лопоухий и ударил девушку, сбив ее с ног.

Ее пистолет отлетел к люку и упал вниз. Одной единицей боевого оружия меньше, хотя и сейчас на пацифистов эта компания отнюдь не походила.

Тем временем оба дружка подскочили к лежащей и принялись методично бить тяжелыми ботинками.

Все трое забыли обо мне, сочтя слишком незначительным, не принимая всерьез. Девушка еще пыталась уворачиваться и сопротивлялась, но, очевидно, теряла силы, истекая кровью.

Смотреть на это я уже не мог. В этот миг управление моим телом словно взял некто другой, более опытный и умелый, чем я. Прежде всего я подхватил все еще валяющийся пистолет громилы. У него оказалась разворочена ручка, но других вариантов не имелось. Одним ударом я выбил оружие у парня в шапке и ногой пихнул его пистолет подальше, вне зоны досягаемости.

– В сторону! – заорал я, наводя на парней свое оружие.

Они отпрянули, оставив девушку в покое.

– Нож положи перед собой и медленно, чтобы я видел, – проговорил я почерпнутую из каких-то третьесортных боевиков фразу.

Лопоухий нагнулся.

– Эй, а у него мой пистолет, – вдруг заявил громила, – не видели, как его разворотило? Парень блефует, он не сможет выстрелить.

Я попытался нажать на курок, но пистолет действительно не стрелял.

– Пулю заклинило. А могло бы вообще разорвать, – усмехнулся его дружок в шапочке.

Они переглянулись и двинулись ко мне.

Обратить на себя внимание мне удалось. В целом, я даже добился того, чего хотел – отвлек их от девушки и переключил на себя. И тут мне пришлось действительно сложно. Пришлось отбиваться сразу от обоих. К счастью, громила, самый большой и опасный из них, был ранен и только шипел, ругался и давал друзьям советы, на мой взгляд, скорее их путающие, чем помогающие. Но все равно как-то быстро стало понятно, что долго я не продержусь – возьмут измором.

Так и произошло. То ли зная, то ли интуитивно почуяв своим волчьим нюхом мое слабое место, они стали теснить меня к бордюру, огораживающему крышу, и вскоре я оказался на самом краю. Огни неспящего города подмигнули мне, словно намекая на скорую встречу. Хотел, мол, испытать, что такое полет, – отлично, скоро тебе представится такая возможность.

И все равно я собой гордился. Я дрался, и дрался неплохо, умудряясь пока что более-менее успешно, но отбиваться от превосходящего и более опытного противника. Если уж говорить открыто, то я превзошел себя. Тетя Вика гордилась бы мною.

Но какая злая ирония судьбы!

Может быть, она тоже сражалась на этом же месте, стараясь продать свою жизнь подороже. Жаль, что мне так и не удалось отомстить за нее и сделать что-то по-настоящему нужное и хорошее в этой не слишком долгой и отчаянно бесполезной жизни. И все же я не трус. Что там говорили викинги про тех, кто умирает в сражении?.. Это будет славная смерть, хотя мама, конечно, будет плакать, а отец молча отвернется, разозлившись, что я опять подвел семью и умудрился все испортить. А сестра… скажет что-то ироничное в своем духе, что-то вроде: «Наконец наш Влад смог подняться на высоту. Жаль только, что он тут же с нее свалился. Я же говорила, что он совсем такой же, как чокнутая тетя Вика!» И, кстати, как ни смешно, невольно окажется права.

Все эти мысли проносились у меня в голове, в то время как тело продолжало работу. Да-да, именно на работу – однообразную и скучную работу – происходящее и было похоже более всего. Отразить удар, повернуться, нанести удар, уйти из-под удара, отразить удар… Я действовал, как заведенный, как робот, выполняющий одну и ту же программу. Без единого шанса на успех, без тени надежды.

Но тут ситуация вдруг волшебным образом изменилась.