Кулинарная книга - Ринат Валиуллин

— Прямо так все официально.

— Вдруг забудешь.

— Память мне изменяет, конечно, но не с тобой. Хорошо, записывай…

Я продиктовал ему свой адрес и добавил: Алексееву Максиму Леонидовичу…

— Имя я еще помню, Алекс. Как там твоя любовь?

— Натоптала и ушла.

— А тебе теперь мыть?

— Уже прибрался.

— Радуйся! Будь она настоящей любовью, не уходила бы.

— Ты знаком с настоящей?

— Конечно, я с ней живу. Жена недавно приехала, правда, ненадолго.

— Так что же это такое, настоящая любовь?

— Это такие очки, которые позволяют видеть только одну.

— Только видеть?

— Как повезет.

— Вот почему я выбрал контактные линзы.

— Контакты тебя погубят или состарят, сожрут все твое нутро, твою сущность. Так что будь начеку. Для того чтобы влюбиться по-настоящему, надо разучиться влюбляться.

— А разве настоящая любовь не может быть короткой?

— Исключено, настоящая любовь всегда норовит затянуться, покурит, а потом не знает, как бросить. Твои отношения мне больше напоминают влюбленность.

— Ты прямо как доктор, диагноз поставил. Хорошо, пусть будет влюбленность, но именно она помогает мне переживать потери. Такие, как последняя. Я придерживаюсь принципа: если не можешь пережить, попробуй переспать.

— Значит, снова в поиске? — задумчиво произнес в трубку Клим.

— В периоде реабилитации. Трудно найти любовь, особенно если не верится, что потерял.

— Хорошо хоть не в реанимации. Я до сих пор не могу понять: ты сам хочешь стать счастливым или осчастливить кого-то?

— Ну, сам, конечно, сам.

— Что-то не очень у тебя это получается. Может, следует пойти от обратного и вернуться к той, что забросил?

— Ладно, я подумаю над твоим предложением. Да и хватит уже об этом. Невелика беда. Ты лучше расскажи, как сам, как Париж?

— У нас с Парижем все хорошо! Башня как стояла, так и стоит. Подробнее расскажу при встрече. Ты давай приезжай, сам посмотришь! В мастерской все нормально?

— Все отлично. Холсты твои уже исписал.

— Ты серьезно? — принял он эти слова как шутку.

— Да, я долго приглядывался к ним. Похоже, созрел для большого искусства, — улыбнулся я в трубку. — Клим, я тоже хочу быть художником. Тоже хочу в Париж.

— Всем нельзя… художниками, — засмеялся мне в ответ Клим. — Кто-то должен оставаться на Родине… позировать.