Формула бессмертия. На пути к неизбежному - Александр Никонов

Врачей не учат прописывать физкультуру. Они не знакомы с основами спортивной медицины. Если им и читали с десяток лекций по этому поводу в медвузе, то они относились к этому так же, как мы в свое время к курсу истории партии. Мне, помню, тоже эту историю читали. Но назвать себя историком я бы не осмелился.

Именно поэтому врачи просто не умеют дозировать таблетки и инсулин при нагрузках. А вот спортивные врачи и спортсмены умеют, потому что для них это было жизненно важно: инсулин применялся в качестве допинга, и без умения им пользоваться и соотносить дозу с нагрузкой можно было просто улететь в кому.

Поймите, врач — тоже человек. Ни у него, ни у его коллег за всю жизнь никогда не было ни одного вылеченного от диабета. Значит, эта болезнь неизлечима! Врач к этому привык. За его плечами — десятки лет практики и огромная мировая наука, вооружившая его самыми разными средствами с самыми хитрыми химическими формулами. И не получается! Если уж мы, дипломированные специалисты не можем вылечить диабет, то разве можно верить какому-то шарлатану без медицинского образования, который утверждает, что элиминирует болезнь?! Это же смешно, товарищи!..

Вместе с тем грамотный врач не может не знать, что диабет второго типа — болезнь образа жизни. То есть излечимая. Эти две истины — о неизлечимости и излечимости диабета — прекрасно уживаются в одной докторской голове. Расскажу о забавном случае этой социальной шизофрении.

Ради эксперимента я решил подразнить публику, лазающую в мой ЖЖ, Борисом Жерлыгиным. Эксперимент был легеньким и весьма щадящим по отношению к публике.

Ведь как устроена широкая народная публика? Я уже объяснял: она находится под влиянием текста, и если этот текст говорит «буйвол», публика точно знает: в клетке буйвол! Отсюда следует, что дразнить публику излечимостью неизлечимого — занятие неблагодарное, примерно, как быка красной тряпкой. Поэтому я специально взял не рак, а диабет. Потому что, во-первых, диабет не так страшен, с ним живут десятилетиями. А во-вторых, потому что его обратимость в начальной стадии с помощью диеты и движения давно признана ВОЗ, и не только не противоречит науке, но и прямо вытекает из простой человеческой логики: если у тебя в крови много клеточного топлива, и оно тебе не нужно, выжги его! И впредь не переедай. Ведь сахар-то в крови из еды образуется, вы его не надышали, а тупо нажрали.

Ну, и что вы думаете?

Правильно: затравили несчастного Жерлыгина! Потому что ведь всем известно — диабет неизлечим!.. Потому что у Жерлыгина нет высшего медицинского образования (как будто дипломированные медики могут вылечивать диабет)… Потому что Жерлыгин слишком дорого берет «за обычную физкультуру, хотя фитнес не может столько стоить» (как будто в фитнес-клубах избавляют от диабета!)… Потому что «пусть ваш Жерлыгин проведет клинические испытания, тогда поверим!.»

Вот на последнем предложении я и сломался. Жерлыгин тринадцать лет избавляет людей от диабета, ему-то никакие испытания не нужны, все давно уже испытано на практике, работает и приносит деньги. Но я решил договориться со своей одноклассницей, которая руководит исследовательским медицинским центром, и заткнуть рот неверующим официальной бумажкой с фиолетовой печатью. Раз уж люди верят надписям больше, чем своим глазам…

Зовут мою одноклассницу Лена, и занимается она аккурат спортивной медициной. Приехал я к ней, рассказал все по-честному: мол, есть чувак, который избавляет от диабета.

На Ленкином лице мелькнуло недоверие. Оно и понятно: как врач, она прекрасно знала, что диабет неизлечим.

— Чего-то я сомневаюсь. Шарлатанство это все. Диабет — мировая проблема… Ну, и как, по-твоему, будут проходить испытания?

— Обычно, Лен. Берем контрольную группу и нашу. Наших будем гонять по жерлыгинской методике на твоих беговых дорожках и велоэргометрах, замерять газоанализаторами всю ту хрень, которую эти приборы меряют. Ну, и кровь, естественно, смотреть — упал сахар или нет.

Она на полминуты задумалась. В ее глазах засветилась напряженная работа мысли. Включился уже не врач, но специалист, то есть отключились привычные стереотипы и включились знания.

— Не нужно никаких испытаний, — вдруг сказала она. — Это бессмысленно, поскольку результат будет тривиальным: и так ясно, что сахар упадет. Он и должен упасть. Он не может не упасть! Если их гонять каждый день и не давать жрать углеводы, сахара неизбежно придут в норму или близко к норме. Нужно только правильную схему тренировок подобрать, и все. Но тут уже необходим опытный тренер, а не я.

Какая умница! Не нужны никакие испытания. Их итог и без того ясен!..

Дальнейшие рассуждения приводят к мысли, что через 3–4 месяца занятий анализ на так называемый гликированный гемоглобин (он показывает средний сахар в крови за последние месяцы) также придет в норму. И тогда уже никакой врач, если он не читал историю болезни, не сможет подтвердить диагноз «диабет». (Забегая вперед, скажу, что именно так все и происходит. Сначала — жесткая диета и очень упорные занятия. А после нормализации сахаров и практического выздоровления уже и заниматься можно не так усердно, и диету не такую строгую соблюдать. Бывшие жерлыгинские диабетики позволяют себе и тортика кусочек съесть, и рюмочку пропустить.) Но если наш врач историю болезни пациента все-таки прочтет, он никогда не осмелится снять ему диагноз «диабет», потому что знает: эта болезнь неизлечима!

Вам не кажется, что все это слишком просто, чтобы быть правдой?

Да, это очень просто. И это правда. Насколько быстро человек с диабетом второго типа перестает нуждаться в таблетках, я наблюдал неоднократно и каждый раз поражался, а потом просто привык — через два-три дня после начала занятий по жерлыгинской системе сахар падает до нормы или практически до нормы. И больной выкидывает таблетки. Зачем он это делает? Как определить, нуждается человек в сахаропонижающих таблетках или нет, ведь пациент не врач? А по логике! Если на фоне занятий и жесткой диеты у диабетика уровень сахара в крови без таблеток становится ниже, чем был с таблетками, значит, не нужны ему больше таблетки! Повторяю, они становятся не нужны уже через два-три дня. Или лучше сказать «всего через два-три дня»?

Теперь второй вопрос. Неприятный. Если все так просто, за что тогда жадный Жерлыгин берет деньги? Не сволочь ли он? Бегай самостоятельно, меньше Жри — и избавишься от диабета!

Отличный вопрос. Не в бровь, а так сказать, прямо в очко.

Действительно, многие люди на начальном этапе диабета, прочитав о Жерлыгине и ознакомившись с теорией диабета, избавляются от болезни самостоятельно. Просто поняв сам принцип. Но!..

Принцип ракетного двигателя тоже элементарен. Его придумали китайцы несколько тысяч лет назад. Однако превращение этого принципа в космическую ракету оказалось крайне сложной инженерной задачей и потребовало те самые тысячи лет прогресса. Дело в нюансах. А они бывают разными…

— Не люблю тупых, — сообщил как-то Борис, рассказывая об очередном клиенте. — Я ему велел помидоров съесть на ужин, а у него помидоров не было, и он сожрал баклажан.