Блуждающее время - Юрий Мамлеев

Юлик прямо-таки завизжал от радости.

– Правильно! Что к душе-то стремиться, Артурчик! Здесь, в теле этом, навечно быть хочу! Так хорошо! Так хорошо! Ведь страшно в другой мир идти – что там ждет, кто знает? Лучше синицу в руке, чем журавля в небе! Эх-ха!

И Юлик похлопал себя по животу, и опять подвзвизгнул:

– Не в том даже дело, Артур, что здесь хорошо, здесь, может, и неважно, но жить все-таки можно, все ладненько, понятно, а «там» что будет?! А??! – и он замахал своими огромными жуткими руками. – Безопасность нам нужна – вот что главное!!!

– В этом ты прав, Посеев, прав, – одобрил его старик. – Обещают вечную жизнь, а получишь фиг. Здесь, на земле, надо обустроиться навечно. Вот эта современная генетика с биологией нам и помогут, там фантастические вещи могут быть! Через сто-двести лет мы и не узнаем этот мир. Недаром миллиардеры, подлюги, замораживаются, жить хотят, паразиты, знают, если в другой мир попадут – то в ад и угодят. Надолго. Вот и получится тогда у них вечная жизнь. Потому и на все идут. Органы молодых или детей пришивают себе, рыщут их наемники по всему миру…

– Хи-хи-хи! – хихикнул Юлик.

Воцарилось молчание. Старик встал, достал из шкапа водку, разлил «по маленькой». Закуска была простая, суровая: огурцы, колбаса, черный хлеб, соль. Разлили, выпили.

Юлик мрачно взглянул на Крушуева и сказал:

– Значит, другие миры, потусторонние, все-таки есть…

Старик усмехнулся.

– Конечно, есть. Что ж ты думаешь, человечество тысячелетиями одним бредом занималось? Но наша задача – чтоб их не было. Для нас. Закрыть все дыры, замкнуть пространство. А как только наметится какой-нибудь мессия, непредсказумец, визионер – тут же удушить, пока еще никто не знает, кто он…

Юлик дико захохотал.

– Я всей душой за это! Мне это даже, Артур, дивное сладострастие доставляет – послан Богом, а я его удушу! Своими огромными руками, с длинными пальцами. Я кончаю при этом… Хе-хе-хе… Год назад ведь я одного удушил по твоей указке. Ради человечества чего не сделаешь! Чтоб не смущал! Хи-хи-хи!

– Цыц! – старик строго прервал его. – Знаю: идею ты понял. И твоей душе она соответствует. Но сейчас дам тебе дополнительные понятия о нашей организации и ее методах раннего распознавания мессий и подлинных гениев духа. В этом, ты, по-моему, все-таки путаешься…

– Но зато я предан, предан, до конца, лучше собаки, тебе, Артур, и нашей идее, – закричал Юлий и замахал руками. Ему показалось, что с его рук падает кровь на тарелку с пищей. Но это только вдохновило его. Глаза загорелись странным синим пламенем, точно пламя на газовой плите. А старик видел лишь слюну, которая капала на тарелку. – Дело ведь в том, что эта идея – она моя, моя. Я об этом думал еще раньше!!! Ты же знаешь, Артур, мою жизнь – дикая она, одинокая, битая была!

– Знаю, знаю! Цыц! – старик строго взглянул в пустоту. – А теперь об организации. Ты знаешь, что шеф ее – я, у меня сеть разных людей, среди них главные, конечно, не убийцы. А те, кто находит пророков, поэтов, писателей, провидцев, святых, создателей мироучений, опасных, разумеется. Тех, кто может предложить что-то исключительное… Как находит? Это мои секреты и их тайны, каждый действует отдельно. Труднейшая задача в том, чтобы обнаружить гадину прежде, чем она чего-нибудь напишет, или научит, потому что тогда будет поздно. Раздавить змееныша в колыбели.

– Как же вы узнаете, ежели он в колыбели?

– Подумай.

Юлий угодил лапой в горчицу.

– Ну ежели он уже начал что-то делать, – тогда понятно. Тут-то мы его и…

– Лучше «до». – Артур Михайлович оживился, и глаза вдвойне заблестели: от водки и от полета. – На меня работает нечисть: полуведьмы, экстрасенсы, гадалки, колдуны… Тебя это не смущает, Юлий?

Юлик обалдело поглядел вокруг, особенно на портреты каких-то людей, развешанных по квартире Крушуева.

– Цель оправдывает средства, дорогой! – продолжал старик. – Оккультисты против метафизиков! Знающий человек может не только по ручке дитяти, – старичок хихикнул, – но и по другим разным признакам распознать… Год, час рожденья, детали… Да мало ли чего… Их много, много признаков… Есть и прямое виденье… По одной такой прямой наводке мы недавно мальчика семи лети придушили… Насовсем…

Юлий икнул.

– Не икай. За дело задушили. Мы просто так никого пальцем не тронем. Из мальца опасный человек бы вырос: и политический лидер, и провидец одновременно. Опасно. С сильной волей и не в нашу сторону направленный… Хе-хе-хе… – старичок вдруг задребезжал блеющим смехом и стал потирать ручки. – Вот мы и изменим курс истории куда надо… А еще говорят: предопределено… Хе-хе-хе!!!

Юлий хлопнул полстакана водки на радостях.

– Мальчик трепыхался?

– Раздавили такого нежного, гладкого, с большими глазами… Мы его бревном… Провидец и бревно!!! Хе-хе-хе-хе!!!

Старичок почти перешел на визг от счастья.

– Два года назад зарезали юношу. Всю мировую философию знал: и христианскую, и греческую, и индийскую, и самую-самую древнюю… За все это и прирезали… Во время… У нас есть один такой: горло перерезает перышком. И кровь любит пить льющуюся. Черт с ним! Главное, убивать может – всех этих, исключительных…

– Юноша-то дрожал?

– Не знаю. Может, и дрожал – все жить хотят, и попы, и черти, и гении – еще молодой был, лет девятнадцать всего…

У старика руки дрожали от восторга.

– Но учти, Юлий, мы убиваем по делу, по идее, за людей, за всех людей. По делу. Журналистов, интеллигентов, гуманитариев мы же не трогаем, к примеру, пусть они хоть семи пядей во лбу, хоть сто языков каждый из них знает. Потому что известно, что интеллигенция продажна и глупа, их любой купит, или, на худой конец, внушит что надо и убедит работать на себя. Не одна сила, так другая. Они только корчат из себя независимых талантов. Такие кретины пусть живут. Мы убиваем настоящих, кто действительно может дать что-то уникальное и перевернуть мир. Или, хотя бы, затормозить наше движение к покою. Кстати, жертв наших, гадин, истинных врагов рода человеческого, мы не насилуем, не грабим, не издеваемся даже. Все по-культурному. К тому же, мотивов внешне никаких нет, причин как бы, потому и найти нас трудно. Да кого сейчас ищут-то! Так, для виду… Если только не из сильных мира сего… А сеть и люди в ней у нас надежные, друг друга не знают, все скрыто, через цепочку, профессионально… Истинные цели полностью никто не знает… Ты один только мне по душе пришелся, потому и сидишь здесь, слушаешь… Юлок! Хряпнем за человечество, чтоб спокойно всем жилось, без всяких визионеров, достоевских и прочих…

Юлик кивнул головой.

– Я ведь, Артур, не знал, что ты детишек, будущих гадов, успокаиваешь… Я ведь мочил, которые уже появились, в начале… Но, конечно, лучше с детства. Оно вернее.