Аптекарь, его сестра и ее любовник - Сандра Браун

И куда подевался Дорин дух теперь? Он практически испарился после свадьбы, хотя вот сейчас как-то неожиданно проявился.

— Неужели яблочный пирог для тебя важнее сына?

— Ради бога, Дора, я всего лишь хотел…

— Когда-нибудь ты оттолкнешь его окончательно. Он уйдет от нас, и мы его больше не увидим.

— Знаешь, в чем твоя проблема? — разозлился Уэс. — Тебе делать нечего, вот что. Сидишь тут целыми днями, смотришь кретинские шоу по телевизору, где бабы перемывают косточки мужчинам, и все, о чем они говорят, все недостатки! — приписываешь мне. Потом ты выдумываешь все эти ужасы… В нашей семье никогда ничего подобного не будет! Мой папаша был строг со мной, но я я этого не умер! Со мной все в порядке.

— Ты его любишь?

— Кого?

— Своего папашу.

Уэс яростно сунул в рот кусок пирога.

— Я его уважаю.

— Ты его боишься. Трясешься перед этим злобным старикашкой. В штаны готов наложить от страха.

Уэс бросил ложку на тарелку и встал так стремительно, что его стул грохнулся на пол. Несколько бесконечных секунд они смотрели друг на друга через стол. Потом он улыбнулся.

— Черт, Дора, я просто балдею, когда ты начинаешь ругаться.

Повернувшись к нему спиной, она отвернула краны в раковине. Уэс подошел к ней, протянул руки из-за ее спины и привернул краны.

— Посуда подождет. — Обхватив ее руками за бедра, он прижался к ней сзади. — А вот кое-что другое ждать не может. Из-за тебя у меня такой стояк…

— Засунь его куда-нибудь еще, Уэс.

Он презрительно хмыкнул и разжал руки.

— Что я всегда и делаю.

— Я знаю.

Она вновь включила воду.

* * *

Датч громко постучал в заднюю дверь дома Хеймеров. Через окно он видел, что в кухне горит свет, но она была пуста.

Притоптывая ногами от нетерпения и холода, он еще раз постучал, открыл дверь и крикнул:

— Уэс, это я, Датч.

Он вошел, внеся с собой порыв ледяного ветра, закрыл дверь, прошел через кухню и заглянул в гостиную.

— Уэс? — крикнул Датч в надежде перекричать раскаты рока, доносившиеся из задней части дома, вероятно, из комнаты Скотта.

Дверь, соединяющая кухню с гаражом, открылась у него за спиной. Датч повернулся и увидел входящего Уэса.

— Так ты все-таки пришел! — засмеялся Уэс, увидев Датча посреди своей кухни. — Я так и знал. Знал, что не устоишь, прибежишь посмотреть порнушку. Я заливал антифриз в машину Доры. На таком морозе… — Тут его улыбка померкла. — Что-то случилось?

— Лилли попала в аварию.

— О боже! Она пострадала?

— Нет, не думаю. Не знаю.

Обхватив Датча за плечи, Уэс провел его в гостиную и подтолкнул к дивану. Датч снял шапку и перчатки. От его башмаков на ковре натекла грязная лужица тающего льда, но ни один из них этого даже не заметил. Уэс налил четверть стакана виски «Джек Дэниэлс» и поставил стакан перед Датчем.

— Выпей, а потом расскажешь, что произошло.

Датч залпом проглотил виски, поморщился и с трудом перевел дух.

— Она оставила мне послание в голосовой почте. Я как раз говорил с родителями Миллисент Ганн и не мог ответить на звонок. Ну, словом, произошла какая-то авария, пока она спускалась с горы. Черт побери, когда я спускался, я же думал, что она едет следом за мной! Не надо мне было уезжать раньше ее. Дорога уже обледенела. Думаю, ее занесло, что-то в этом роде. Откуда мне знать? В общем, она сказала, что вернулась в коттедж и что Бен Тирни…

— Тирни? Это тот… — Уэс пальцами словно пробежался по клавиатуре.

— Да, тот самый. Писатель, искатель приключений или кто он там еще. Лилли сказала, что он пострадал.

— Они что, машинами столкнулись?

— Все, что она сказала, все, что я сумел разобрать. Связь по сотовому была ни к черту, понимаешь? В общем, я понял, что они в коттедже, что Тирни пострадал и что им нужна помощь.

— Что случилось? — спросила вошедшая в гостиную Дора. Она была в халате с высоким воротом и туго затянутым на талии кушаком. Выражением лица она всегда напоминала Датчу канатоходца, только что осознавшего, что он сделал неверный шаг.

Уэс вкратце обрисовал ей ситуацию.

— Лилли сказала тебе, что этот Тирни ранен? Ему плохо? — встревоженно спросила Дора.

Датч отрицательно покачал головой и протянул свой пустой стакан. Уэс наполнил его. На этот раз Датч не стал пить залпом, он осторожно отхлебнул.

— Понятия не имею. Может, у него одна царапина, а может, он на грани смерти. По правде говоря, мне плевать. Я боюсь за Лилли. Я должен подняться туда. Сегодня же.

— Сегодня? — ужаснулась Дора.

Уэс бросил взгляд в окно гостиной.

— Это дрянь все еще сыплется, Датч. Хуже, чем раньше.

— Ты мне будешь рассказывать! Я же сюда приехал. Теперь уже все вокруг было покрыто льдом. Дождь лил, не переставая, температура продолжала снижаться.

— И как ты собираешься туда добраться, Датч? Ты не сможешь подняться туда по дороге. Даже от полноприводного внедорожника толку мало на сплошном льду.

— Знаю, — желчно огрызнулся Датч. — Я уже пытался.

— Совсем рехнулся?

— Да, рехнулся! Как услышал ее голос на автоответчике, начал действовать, не задумываясь. Сел в машину и поехал, но… — Он опрокинул в себя остатки виски. — Меня вынесло на обочину, еле руль удержал.

— Я сварю кофе. — Дора отступила в кухню.

— Ты же убиться мог! — воскликнул Уэс. — Как ты мог так сглупить?

Датч сорвался с дивана и начал ходить взад-вперед.

— А что я должен был делать, Уэс? Сидеть здесь и ковырять в заднице, пока лед не растает? А может, пройдет неделя. Я не могу просто сидеть и ждать. А вдруг Лилли тоже ранена? На нее это похоже — ничего мне не сказать.

— Ты встревожен, я понимаю. Но, по большому счету, ты ж за нее больше не в ответе.

Датч стремительно повернулся к нему, стиснув кулаки, готовый врезать своему старому другу. То, что сказал Уэс, было правдой, но эту правду он не желал слушать. И уж тем более он не желал слушать ее от Уэса. От Уэса, который превосходил его во всем. От Уэса, который никогда не знал горечи поражений, ни минуты не сомневался в себе. От Уэса, который держал все под контролем.

— Я шеф полиции. Даже если отбросить все остальное, я в ответе за Лилли хотя бы в силу своей должности.

Уэс обезоруживающе развел руками.