Собака, которая спустилась с холма. Незабываемая история Лу, лучшего друга и героя - Стив Дьюно

Поднявшись на пригорок, мы обнаружили водопад в облаке прохладного тумана. Лу попытался лизать воздух.

– Потрясающе, – проговорил Дин.

– Не зря мы сюда пришли, – подтвердила Нэнси, осторожно пробираясь по влажным камням, чтобы не поскользнуться.

– Как пожарный гидрант посреди Бруклина в июле, – засмеялся я.

– Что? – не поняла Ким.

– Да так, ничего.

Лу подбежал к группе из трех человек, спускавшихся по тропе. Вил у них был утомленный и понурый. Женщина, шагавшая впереди, потрепала Лу по спине, когда он пробегал мимо. Он обнюхал ей ноги, потом радостно зафыркал.

– Славный песик, – проговорила она. Двое мужчин у нее за спиной хранили скорбное молчание. – Компанейский такой.

И, выдавив на губах слабую улыбку, пошла дальше.

– Они трупы, – заявил я. Лу еще какое-то время бежал за ними. Потом вернулся. Я достал бутерброд и принялся за еду. – В чем дело?

– Он хочет, чтобы ты шел дальше, – заявила Ким.

– Он хочет индейки из моего бутерброда.

– А на ходу ты поесть не можешь?

– Давайте хоть пару минут полюбуемся видом. – Я с надеждой посмотрел на Дина, тот подал плечами. – Смотрите, какое там красивое старое дерево на вершине.

– Синее озеро, – заявила Ким, взваливая на плечи рюкзак. – Пойдем, Лу.

Они зашагали вперед по тропинке.

– Да она у тебя просто киборг, – пожаловался я Дину.

– Лучше не зли ее, Дьюно, – посоветовал тот. – у нее есть цель, и она намерена ее достичь.

Лу какое-то время бежал рядом с Ким, а потом неожиданно метнулся вбок и стал карабкаться по наклонному стволу. Если надо, он мог лазить по деревьям не хуже обезьяны.

– Как ему это удается? – изумился Дин, глядя на Лу, который уверенно поднимался по стволу, покрытому грубой, толстой корой. Прямо рядом с ним вниз метнулась рыжая белка, Лу подпрыгнул, развернулся в воздухе на сто восемьдесят градусов и ударил по дереву лапой.

– Чуть не поймал, – прокомментировал Дин, глядя, как белка удирает в кусты, а Лу пытается ее догнать.

– Он немало их съел на своем веку. – Я бросил Лу печенье.

Мы двинулись дальше, по Тропе Проклятых, возглавляемые Дарт Ким и охотником на белок. Здесь уже не было наезженной колеи, и сама дорога стала гораздо уже, а воздух становился все более разреженным с каждым шагом. Ким с Дином ушли далеко вперед, мы с Нэнси тащились следом, пытаясь понять, насколько все происходящее по-прежнему доставляет нам удовольствие. Лу, как истинный дипломат, сновал между нами, то забегая вперед, то возвращаясь назад.

– Кажется, у меня внутреннее кровотечение.

– Неправда, – отозвалась Нэнси, хватая ртом воздух.

– Ты тоже плохо выглядишь.

– Да ты и сам похож на наркомана со стажем.

– У меня такое ощущение, точно я поднимаюсь по эскалатору, который идет вниз.

– Пить хочется.

Мы устроили незапланированный привал. Лу тотчас метнулся к нам в надежде на подачку.

– Дьюно!

– Не отвечай ей, – прошептала Нэнси.

– Не буду… сил нет.

Лу плюхнулся рядом и положил голову мне на бедро.

– Направо, – сказал я ему. Над этим трюком мы работали уже второй день. Лу немного подумал, потом повернулся вправо, и я дал ему хлебную корочку. – Отлично.

– Когда он так научился? – удивилась Нэнси.

– Вчера вечером. Нам обоим не спалось, и мы немного поработали. Теперь он умеет поворачиваться в обе стороны, и просто по знаку – тоже. Попробуй.

Она взяла у меня лакомство:

– Налево! Молодец. Направо! Умница, Лу.

Я показал ей жест «поворот» – движение рукой по часовой стрелке или против. Нэнси попробовала командовать беззвучно, и Лу все выполнил правильно.

– Ему пора получать права, – заявила Нэнси.

Я задумался нал этим.

– Дьюно, подъем!

У меня было ощущение, что мы шли несколько суток подряд. Подъем за подъемом, пока наконец впереди не показался обрыв. Даже Ким слегка сбавила темп.

Я не чувствовал ног, и только Лу скакал как ни в чем не бывало и явно не понимал, почему я ползу, как улитка. Он подбежал ближе и принялся подманивать меня, чтобы я с ним поиграл в салочки.

– Иди и дразни Ким, – сказал я ему, и он бросился нарезать круги вокруг Ким и Дина, а потом пошел перед ними залом наперед.

– Как ты его заставил? – Нэнси не верила своим глазам.

– Я не заставлял. Он понимает по-английски.

– Нет, правда.

– Не знаю. Это же Лу, не задавай глупых вопросов. – В тот раз я впервые обратил внимание, как он ходит спиной вперед. Чуть позже он стал делать это по моей команде. Именно так Лу учился почти всему: сперва он делал это самостоятельно, а я просто смотрел. Потом мы закрепляли это лакомствами и похвалой.

Дин обернулся ко мне.

– Дьюно, что он делает? – Он тоже задыхался, как астматик, и не мог разогнуть спину.

– Дразнит тебя.

– По твоей команде?

– Само собой.

На высоте в двенадцать тысяч футов сосновые леса сменились альпийскими лугами. Повсюду росли цветы и лишайники, живописно разбросанные валуны украшали пейзаж. Небо было пронзительно синего цвета, а воздух таким разреженным, что он почти не ощущался в легких.

Но здесь было так красиво, что мы даже перестали ощущать усталость, и настроение улучшилось. Даже Лу, который уже отчаялся нас развеселить, теперь приободрился и потрусил вперед, обнюхивая камни, сурочьи норы и высохший мох.

Толстые рыжие сурки играли с ним в прятки, и тут же исчезали, едва он бросался, чтобы их изловить.

– Почти дошли, – выдохнула Нэнси, когда впереди показался конец тропы. Перед нами лежало продолговатое озеро в окружении скалистых каменных стен. Белый снег лежал на уступах и таял в воде, ледяной, как сталь.

– Невозможно прекрасно, – прошептала Нэнси.

– Ну, что, Дьюно, оно того стоило? – вопросила торжествующе Ким.

– Ага… жаль только, в глазах помутилось, ничего не вижу, – хрипло и с присвистом ответил ей я.

По пути мы встретили всего одну чужую собаку – швейцарскую овчарку, постарше, чем Лу, хотя и ненамного, и на добрых тридцать фунтов тяжелее. Они обогнали нас на тропе, и сейчас мы вновь увидели их с хозяйкой у самой воды.

Лу помчался поздороваться. Я не беспокоился: ни одна другая собака не могла причинить Лу вреда, ведь им просто не удавалось его поймать.

– Может, не стоит его пускать? – заволновался Лин.