Морверн Каллар - Алан Уорнер

– Чего? Работаю я здесь. Вожу полотер туда-сюда по этим мерзким коридорам.

– Боже правый, – вздохнула я и покачала головой.

Он встал и взъерошил мне волосы.

– Счастливо тебе отдохнуть! И береги себя, – произнес он, встал и направился к бару. Кивнул бармену и был таков.

Я посмотрела в одну сторону, потом в другую. Зал ожидания был набит битком. Тут и Ланна вошла. По бокам двое парней. Она притворилась, что в упор меня не видит. Уселась у магазина беспошлинной торговли.

Я нагнулась и вытащила бутылку «Саутерн комфорт». На пластиковой упаковке было написано: «Только для экспорта». Я отвернула крышку и наполнила стакан.

Я лежала на скамье, подогнув колени и натянув платье как можно ниже, чтоб укрыть ноги, потому что было холодно. Кто-то тряс меня за плечо. Я открыла глаза. Все зашевелились. Я села и прикурила «Силк кат». Ланна уселась напротив с двумя парнями, сосавшими пиво из банок. Объявили посадку. Я покосилась на часы: полшестого. Взяла сумку. Все сиденья и пол были усыпаны пустыми банками и бутылками. Я последовала за толпой по длинному коридору, потом туда, где перила и пол движется, а после через выход в резиновую трубу, ведущую к двери самолета.

Стюардесса зашевелила губами, указывая на мое ухо.

Я выключила плеер. Мне и занудному парню позади предложили подождать до окончания взлета, чтобы музыка не зазвучала в наушниках капитана.

– Эй, да это ж классный музон! Спорю, ему понравится, – сморозил занудный парень и засмеялся.

Я двинулась по проходу в салон для некурящих, к местам над крылом. Ланна сидела прямо напротив моего кресла рядом с каким-то парнем. Она, должно быть, забилась сюда, чтобы не столкнуться со мной. Наши взгляды встретились, и я чуть не рассмеялась.

Зануда с плеером уселся возле меня. Я стала пристегивать ремень безопасности, а он тут же выдал:

– А какие у тебя есть кассеты?

Я посмотрела по сторонам. Напитки еще не разносили. И сразу самолет задвигался рывками, затем, качаясь, вырулил на ярко освещенную взлетную полосу. Я глянула украдкой на соседа Ланны. Самолет затрясся как я не знаю что, затем его понесло по взлетной полосе. У меня взмокли ладони, но рядом не было Ланны, чтоб взять ее за руку. Она целовалась с соседом, а мы ведь даже еще не взлетели. Я спросила у занудного парня:

– На какой курорт направляешься?

Он назвал место.

– Ясно, – кивнула я и уцепилась за его руку.

Временами накатывала мерзкая слабость. Облака в окне плыли вровень с моей щекой. Стюардесса толкала по проходу тележку с напитками.

– Что пьешь-то? – спросила я зануду, но, когда обернулась к нему, он уже спал, все еще держа меня за руку.

Я заказала три «Саутерн комфорт» и лимонад, а еще банку пива – на случай, если занудный парень проснется.

Кубики льда вибрировали в пластиковом стаканчике, последнюю порцию выпивки я махнула залпом. «Саутерн комфорт» подавали в крохотных бутылочках. Я выглушила и банку пива, потом перелезла через спящего парня.

Ланна не выходила из клинча с чуваком, занимавшим место 27-Б.

Я почтила своим посещением туалет, потусовалась снаружи, покуривая «Силк кат». Начали разносить еду.

Зануда так и не проснулся к моменту моего возвращения на место, поэтому я не только уплела всю свою порцию под банку пива, но и умяла сыр и десерт соседа. От кофе отказалась. В кармане сиденья был какой-то буклет с упражнениями для разминки при дальних полетах. Я посмеялась, затем слегка вздремнула.

Когда я проснулась, уши закладывало. Самолет шел на посадку.

На глаза не попадалось никаких зеленых холмов – только коричневатые скалы да какой-то высохший с виду резервуар с прожилками беловатой соли. Потом показались дома, непривычно белые, а рядом – ярко-голубые прямоугольники плавательных бассейнов. Похожие на пунктир ряды фруктовых деревьев проносились под крылом. Дорога с крохотными машинками, сухая клочковатая трава на летном поле за высоким периметром ограды, разлинованный бетон. Наконец глухой удар – самолет приземлился, и все захлопали в ладоши, загалдели. Зануда встрепенулся – прямой как жердь, в глазах туман – и тоже давай хлопать.

Выходишь из самолета в утро, а жара такая, будто фен в лицо наставили. Ланна ушла далеко вперед и залезла в первый автобус до аэровокзала. Я поехала следующим. Сидений в автобусе не было, и все стояли впритирку друг к другу, потели, вздернув руки к петлям под крышей. Качнулись, когда автобус тронулся.

В здании аэропорта было прохладнее от кондиционеров. Мы шли мимо будки, где люди в зеленой форме проверяли паспорта. Я протянула свой, но они просто мельком глянули на меня, и все. Запахло иностранными сигаретами – мне тут же захотелось купить блок таких.

Ланна стояла напротив у карусели. Я прикурила «Силк кат» и пошла в туалет. Ополоснула лицо, побрызгалась дезодорантом.

Когда я вернулась, моя сумка как раз выползала на круг, одной из первых. Ланна по-прежнему топталась на месте – ждала. Я миновала таможню и вышла через автоматические двери. Вдоль длинного ограждения стояли люди, Державшие в руках таблички с именами. В конце ограждения виднелась большая надпись: «Туры от „Юс Мед". Автобус отеля „Росинант"». Возле нее уже кучковались несколько компашек – молодые ребята с гетто-бластерами, они болтали и смеялись. Я вынесла сумку наружу, на жару.

Первым в очереди таксистов, поджидавших пассажиров, был пожилой водила. Он вышел из машины, улыбнулся, положил мою сумку в багажник. Когда я влезла на заднее сиденье, кожа мгновенно прилипла к нему – так оно раскалилось. Я подвинулась вперед, к краю, чтоб сидеть на ткани платья, и опустила стекло. Водитель забрался внутрь через переднюю левую дверь.

Я назвала курорт и отель – «Росинант».

Он дернул рычаг переключения скоростей, который крепился к рулевой колонке. Это был старый «мерседес-бенц». Никогда раньше на таком не ездила.

Легкий ветерок задул в окно, когда такси выехало из аэропорта. Пальмы тянули вверх сочные зеленые пластины листьев. Мы катили по прямой к морю. Разметка на дороге была желтая, а на знаке «не обгоняй» красная машина маячила слева. С кожей творилось что-то странное. Определенно на всем тут лежал налет пыли.

Мы приехали в город. Это был порт, но здесь вдоль пирса выстроились прогулочные яхты самого разного вида.

– Эй! – окликнула я и сделала такой жест, как будто подносила стакан к губам.

Таксист залопотал по-своему. Я повторила тот: же самый жест, он указал на счетчик. Я пожала плечами. Он еще покатался по улицам, отыскивая место для парковки. Я скалила зубы на заднем сиденье. Вышла, а он остался сидеть. Я тряхнула головой и улыбнулась, приглашая взмахом руки пойти со мной. Он засмеялся, вылез из машины и запер ее. Выдал еще какую-то фразу на своем языке и повел меня к воде, где стоял бар «Дельфин», с изображением этого самого дельфина снаружи. Зал был длинный и темный.