Mont-Blanc, или Непокоренная вершина - Азарий Лапидус

– Нет, минут через пять войдем во фьорд. Я найду косяк трески, – норвежец любовно похлопал рукой по эхолоту, – бросим якорь, и вы сможете начинать рыбалку, раскрутите удилища и ловите себе, сколько душе будет угодно.

Действительно, минут через пятнадцать волны практически сошли на нет, мы высыпали на палубу и забросили снасти. Рыбалка заключалась в том, что за борт полностью или частично забрасывалась восьмидесятиметровая леска, закрепленная на металлических катушках. Катушки были установлены на носу, на корме и по одной вдоль палубы. К леске было привязано несколько крючков. Ловящий забрасывал леску на всю глубину, брал ее в руку и начинал подергивать снасть с периодичностью раз в пятнадцать – двадцать секунд. Предполагалось, что клев рыбы будет моментально зафиксирован рыбаком, после чего можно начинать вытаскивать улов, крутя ручку катушки. Однако даже во фьорде сказывался шторм – судно крутилось на месте, снасти ловящих перепутывались, их приходилось рвать, готовить новые и опять забрасывать. С новыми лесками происходило то же самое – они моментально путались. Помучившись минут сорок и порвав почти весь запас удилищ, имевшийся на борту, мы собрались в каюте.

– Пустая трата времени, – признался Котов. – Яков, иди, командуй капитану, плывем назад, может, завтра погода будет лучше.

На Якова было страшно смотреть. Его передернуло. Видимо, он мысленно представил обратную дорогу, а о завтрашнем дне, наверное, и думать боялся. Выпавшее на нашу команду испытание никому из присутствующих не могло присниться и в страшном сне.

– Может быть, лучше добраться до гавани в этом фьорде, а оттуда вызвать такси и доехать до нашей гостиницы? – предложил Андрей.

– А мы найдем в этом фьорде такси? – Яков с надеждой посмотрел на Андрея.

– Конечно, если мы принимаем такое решение, я скажу капитану, он пойдет к берегу, а по пути вызовет такси. Ну что, к берегу?

Все члены нашей компании, не сговариваясь, одновременно закричали:

– Да!

Через двадцать минут лодка пришвартовалась к причалу. С трудом передвигаясь, широко расставляя ноги, доблестные рыбаки проследовали в сторону большого здания, оказавшегося рестораном.

Нас встретил счастливый хозяин прямо на пороге заведения. Его радость была объяснима – вот уже два дня из-за шторма в ресторане не было ни души. Хотя, как выяснилось буквально через несколько минут, из-за этого же шторма не было и свежих поставок даров моря.

– Так что извините, продуктов в ресторане практически нет, за исключением картофеля и макарон.

– Неужели не осталось чего-нибудь в морозилке? – удивился Андрей.

– Конечно, есть. Когда привозят много рыбы, я то, что не успевают съедать в свежем виде, замораживаю, а потом кормлю кошек.

– Считайте, что мы кошки, и несите нам много выпивки, – сказал Долгих, а мы, не сговариваясь, направились к столу.

– Что пить будете?

– Все! Виски, водку!

Мы выпили все имеющиеся в этом экзотическом ресторане запасы виски. То же самое в течение следующих тридцати минут проделали с водкой и наконец перешли на местный напиток – аквавит, что можно дословно перевести как «живая вода»! На самом деле это была картофельная водка, которая поступает в продажу только после того, когда она пересечет на каком-нибудь норвежском судне экватор. О дате пересечения экватора и названии судна информировала этикетка, наклеенная на бутылке. Вот таким восхитительным напитком уже ближе к вечеру мы закончили наш обед и направились к ожидавшему такси-микроавтобусу.

Водитель открыл дверцу, помог покачивающимся пассажирам рассесться в салоне, попросил пристегнуть ремни и не спеша отъехал от ресторана. На компьютере-таксометре заметались цифры. Скорость, с которой увеличивался размер стоимости проезда, была почти космической. Да, за удовольствие ехать в такси марки «Мерседес» за Полярным кругом надо немало заплатить!

Котов пару минут покрутил головой, оглядывая окружающий нас фантастический по красоте пейзаж. Дорога простиралась между невысокими скальными выступами, а на горизонте располагались такие же скалы, но повыше, с огромными белыми шапками на вершинах. Иногда дорога подходила к берегу фьорда, и глаз выхватывал все еще волнующееся море.

– Красиво! – вырвалось у меня.

– Ничего особенного, – ответил Котов, считая, что мои слова относятся к нему как к единственно возможному собеседнику. И вдруг, неожиданно для всех, затянул песню про танкиста. Как только Георгий Афанасьевич пропел первые слова «По полю танки грохотали…», мы дружно подхватили песню, а водитель испуганно закрутил головой, оглядываясь по сторонам. А дальше, после слов «…и молодая не узнает…» произошло событие, которого явно никто не мог предвидеть.

Таксист нажал на какую-то кнопку компьютера, и тот отключился. Стало очевидно, что нас обслуживают бесплатно, но вот за что? То ли от страха перед не совсем трезвой русской компанией, то ли из благодарности за душевную песню. Мелочь, а приятно. В таком приподнятом настроении я вышел из машины, и в это время раздался звонок.

Я узнал голос Орлова.

– Вячеслав Семенович, я разговаривал со следователем, который занимается вашим делом. Он почему-то резко изменился в своем отношении к вам и сказал, что если вы не придете на допрос, то он будет вынужден доставить вас в принудительном порядке.

– Что это значит? – потерянно спросил я.

– Это значит, что сверху, откуда, я не знаю, проходят жесткие команды. Надо срочно искать кого-то наверху, чтобы остановить беспредел. Моих возможностей для этого не хватит!

– Хорошо, подумаю. Спасибо.

Настроение было вконец испорчено. Несмотря на то что мои друзья уже расположились в баре и начали поглощение так понравившегося им недавно открытого напитка аквавит, мне уже не хотелось ничего.

Я прошел в номер. Сел за стол, отключил все телефоны, чтобы не мешали думать, и попытался проанализировать, что же можно сделать в сложившейся ситуации. К сожалению, мозг был как будто парализован. Я относился к тем людям, которые могут творить и любить только тогда, когда в жизни все спокойно. Как только начинало штормить, вся энергия сосредотачивалась на борьбе со стихией, а на остальное ни сил, ни разума, ни эмоций не хватало. Надо сосредоточиться и понять, кто из моего окружения в состоянии помочь справиться со сложившейся ситуацией. Промучившись полчаса, но так и не найдя никакого решения, я, не раздеваясь, улегся в постель и провалился в бездну. Организм был обессилен алкоголем и неудавшейся рыбалкой. Всю ночь я ворочался, просыпался в мокром поту, а когда засыпал опять, мне снились кошмары, накрывавшие меня огромной волной.

Окончательно я проснулся в шесть часов утра абсолютно разбитым. Умылся, долго простоял под душем, немного пришел в себя и направился на завтрак. К моему величайшему удивлению, рыбаки с помятыми лицами зеленого цвета уже поглощали колбасу и йогурты.

– А вот и наш друг! – радостно закричал Рубинин. – Мы тебя вчера весь вечер искали.