За радугой - Соломоника де Винтер

Я стояла в растерянности и смотрела по сторонам, как вдруг парень дотронулся до моей руки – подвел к отдельному диванчику. Я отдернула руку.

Никогда не любила эти закутки с кожаными сиденьями. Они всегда были липкими, такими липкими, что я боялась прилипнуть и уже никогда не встать.

– Так, – сказал он, взял меню и вздохнул.

– Что ты будешь есть?

Оглядевшись, я увидела в зале несколько знакомых из школы. Я услышала их хихиканье, хотя они сидели довольно далеко. Они показывали на меня пальцем – как будто я не должна была здесь быть.

Действительно, они были правы. Что я здесь делаю? Посмотри на себя, сказала я себе. Посмотри на эти пустые глаза. Что это за место? Посмотри на эти грязные руки и потрескавшиеся губы. Я встала, бросила ему прощальный взгляд и взяла книгу.

Но он только покачал головой:

– О, нет, нет, ты никуда не пойдешь. Без меня. А теперь закажи что-нибудь поесть, – настаивал он.

Когда он сказал это, демоны в моей голове на некоторое время умолкли. Сбежали в свои пещеры и спрятались там. Он странно влиял на меня. Как будто у него была тайная волшебная сила.

Я снова села. Он протянул мне меню. К нам подъехала официантка на роликовых коньках. В руках у нее были маленький блокнот и ручка.

– Добро пожаловать в «Элли». Что закажете? – спросила она.

– Я буду гамбургер и кока-колу, – ответил мой спутник. Официантка записала заказ в блокнот. Ее волосы были собраны в конский хвост. На голове у нее красовалась шапочка с логотипом «Элли». По обе стороны от ее лица из-под шапочки выбивались пряди волос. У девушки были накладные ногти, а когда она заговорила, я заметила, что у нее проколот язык. На ее бейдже было написано «Лили Энн».

– А ты, дорогая? – спросила она, обращаясь ко мне. В ее глазах читалась усталость. Полное отсутствие чувств. Глаза ее – и разум – были совершенно пустыми, и это заставило меня задуматься, не робот ли она. Так что я закрыла меню и наблюдала за ней.

– Э-э, ей то же, что и мне, – добавил мой спутник. Официантка все записала, спрятала под шапочку выбившуюся прядь волос и укатила на своих роликовых коньках.

А потом он сказал слова, которые я никогда не забуду, доктор. Никогда. Каким бы количеством таблеток вы меня ни напичкали, чтобы сделать такой, как все, и заставить забыть, что я вообще-то псих, чтобы превратить меня в робота, этого я забыть не смогу. Я никогда не забуду его слова. Они произвели революцию в моей голове. И хотя слова эти были простыми, он даже не представлял, как много они для меня значили. Когда я их услышала, в моем сердце как будто распустился дивный, благоухающий цветок.

* * *

– Я знаю, ты не сумасшедшая.

В смятении я вскочила снова. Схватила сумку, книгу и просто вышла. Закрыв глаза. Не оглянувшись ни разу. Должно быть, он подумал, что я свинья неблагодарная. Но он дотронулся до меня, держал меня за руку, и хотя я отстранилась, это его не оттолкнуло. Как он мог сказать такое? Я всего лишь тринадцатилетнее недоразумение, которое даже не говорит. А мужчины терпеть не могут таких. Мужчины любят девушек в ярких штанишках, с розовыми губами, им нравится, когда девушки все такие милые, приятные, хохотушки и вообще напоминают принцесс из сказок. А я никакая не принцесса. И, увы, тут уже ничего не попишешь. Я зашила себе рот и проглотила иголку с ниткой. Игла, кажется, застряла в горле, а нить обмоталась вокруг внутренностей. Я никогда бы не смогла говорить и вести себя, как девушка.

Скорчившиеся и страшные, демоны в очередной раз выползли из своих пещер, доктор.