Файф-о-клок - Иржи Грошек

А Маша фотографически оттягивалась на Крите, дабы улучшить свои профессиональные навыки. А может, готовила портфолио для будущего замужества, мол, вон я какая хорошенькая и полуобнаженная, а чтобы увидеть побольше – надо доплатить. Одно колечко – ко Дню святого Валентина, другое – на безымянный пальчик, а дальше – по обстоятельствам… Иначе в каких эстетических целях сниматься возле каждого фонарного столба? Я спрашиваю. А вдобавок на «поляроид», чтобы сразу оценить композицию: где выпукло, а где – впукло. «Как ты снял меня отвратительно возле бассейна! Ну что за ноги?!» – негодовала Маша, когда просматривала фотосессию за день. В ответ я молчал, потому что критике подвергались не красивые ноги, а мои корявые руки. И за каким васаби я поехал на Крит с Машей? Мог бы нажраться хрена и дома… Слава богу, на третий день все ландшафты и фотоматериалы закончились, и я подумал, что пора перейти к водным процедурам…

«Мы плавали в лагуне, как Адам и Ева; мы любили друг друга под каждой волной…» Это была цитата из первого моего ого-го-романа. «Фриштык на кладбище». Который вышел в издательстве «Алфавит» намного позже настоящих событий… А с Машей мы разругались на третий день бесповоротно. Она потребовала, чтобы я отправился в греческий магазин и пополнил запасы кассет для «поляроида». Тогда мне пришлось разбить эту камеру пыток. Я ухватился за ремешок, раскрутил фотоаппарат как следует и устроил ему радостную встречу со стенкой. Давно напрашивался! После чего со спокойной совестью вышел из номера и спустился в бар, дабы обрести равновесие. А то меня покачивало без балласта в виде двух кружечек пива… Поэтому я устроился за стойкой пляжного бара, потребовал «бир-энд-бир» и стал размышлять над составляющими. Почему я купил две путевки, а приходится отдыхать одному… Однако печальных размышлений мне хватило только на правую кружку пива. А когда я сосредоточился на левой, мне показалось, что там отражается женская голова с неимоверным количеством кудряшек. Как говорится – «между первой и второй промежуток небольшой!» Это про кружку пива и женщину…

Любой мужчина готов запутаться в художественных образах. Ведь кому-то – жена, а кому-то – предмет вожделения. Эти понятия вяло перетекают из категории в категорию и зачастую уживаются в одном предмете. Взять хотя бы Мону Лизу, где «возвышенный идеал женщины соединяется с интимным обаянием». Это два, извините, чучела?! Или один прототип по имени Джоконда?! Вдобавок неизвестно на какой флорентийский предмет таращился Леонардо да Винчи, когда создавал свою композицию. Я нисколько не критикую гения, а наоборот – хотелось бы получить фотографию Моны Лизы, чтобы представить себе глубину авторского замысла. Приблизиться к этой пропасти и увидеть, что так улыбаться могла только душа художника, а не Мона Лиза дель Джоконда, уроженка Флоренции. В чем, собственно, и заблуждаются сами женщины. Глядя на себя в зеркало. Как им приходит в голову, что стеклянная поверхность талантливее Леонардо да Винчи?! А прототип симпатичнее художественного образа?! Как?!

Я могу расшифровать свои, казалось бы, неуместные аналогии. Мол, женские образы в моем ого-го-романе и настоящая Маша – разные клюквы. Правда, из одного N.-N.-болота. Но я не стану об этом распространяться… Поскольку отражение в пивной кружке не имело ничего общего с оригиналом. Я слишком сосредоточился на прохладительных напитках, а там отражался бармен со своими африканскими косичками. Женщина сидела чуть поодаль и глюками не занималась. Но это был оригинал!

Когда-нибудь Смерть посетит меня. Она допьет мое пиво, докурит мою трубку и скажет: «Увольте, батенька! Разбирайтесь с женщинами самостоятельно! Мне неохота подвергать свою жизнь такому необоснованному риску!» И смоется, чтобы я как следует подумал – какой мне хочется смерти? В легкую – от инфаркта или – по обстоятельствам?! Потому что не далее как пятнадцать минут назад я разругался с Машей, а теперь с интересом поглядывал на другой оригинал… И еще надеялся упокоиться – в легкую…

– Простите, девушка… – обратился я к оригиналу. – Вы из какой эскадрильи?

Она посмотрела на небо – безоблачное, после чего на меня – неудачного и нехотя отвечала:

– Обычно с русскими за границей я разговариваю на английском языке… Чтобы не привязывались… Но вы меня заинтересовали… Что значит «из какой эскадрильи?»

– Сам не знаю! – честно признался я. – Наверное, нагрузился как бомбардировщик!

Я указал на пустые кружки из-под пива, но мои оправдания она пропустила мимо ушей, скорее всего от недостатка веских аргументов в виде использованной посуды.

– Не валяйте дурака! – посоветовала она. – Извольте отвечать за свои поступки… Сколько раз были женаты?.. На каких блондинках?.. И почему пристаете к незнакомым девушкам?..

Она забавно строила предложения, как будто старшина-филолог. «Ра-а-авняйсь!.. Сми-ирно!.. Здравствуйте, товарищи предложения!..» – «Гав-гав-гав-гав!»

– А если к вам пристают англичане, – принялся размышлять я, – вы на каком языке с ними разговаривате?

– Где вы видите англичан? – заинтересовалась девушка.

И действительно… За стойкой бара орудовал африканец, рядом сидел я… Но полудурок – это не раса, а, можно сказать, национальное меньшинство. Во всяком случае, меня надо беречь от вымирания. Возрождать собственную письменность, следить, чтобы я с кем попало не скрещивался… Я даже оглянулся по сторонам с целью перепроверить – не наблюдает ли Маша за моими попытками возродить письменность…

– А что вы так озираетесь? – удивилась девушка. – Как будто хотите составить мне конкуренцию?

Я поперхнулся пивом и заявил, что эта шуточка не имеет продолжения. В отличие от наших отношений, которые успешно развиваются и скоро пойдут в школу. Я просто ищу подходящее учебное заведение…

– А-а-а… – догадалась девушка. – Вы опасаетесь фотогеничной блондинки!

– Какой такой блондинки? – на всякий случай уточнил я.

– Которая загорает сейчас с биноклем, – пояснила девушка. – Во-о-о-он там, на пригорочке…

– Это не бинокль, – предположил я. – Это осколки ее фотогеничности.

Однако не стал оборачиваться, чтобы помахать ручкой. Эка невидаль – блондинка! Может, она крашеная, а я буду тут с каждой дурой раскланиваться…

– Кажется, ее зовут Машей? – заметила девушка.

Ну надо же какое зрение! И масть разглядела, и прочее…

– А вы кто такая? – полюбопытствовал я. – Интерпол или экстрасенс?

– Обыкновенная стерва, – призналась девушка. – Люблю понаблюдать за чужими трудностями… А тут их полный комплект: фотоаппарат и блондинка… Что еще надо для полноценного отдыха?.. Кстати, у вас обеденный перерыв или пленка закончилась?..

– Пленка, – признался я. – А мой комплект действительно сидит на пригорке? Не хочу лишний раз оборачиваться…

Девушка рассмеялась.

– Я пошутила, – сказала она. – Но как, вашу мамашу, взрослые мужчины попадают в такие ситуации?! Рассказывайте…

– А вам для статистики? – осведомился я.