История Оливера - Эрик Сигал

— Что вы чувствуете?

— О боже, неужели не видно?

Я улыбался, как идиот. Какие ещё симптомы нужны ему, чтобы подтвердить диагноз «Абсолютно Счастлив»? Станцевать качучу вокруг офиса дока?

— Я не могу дать медицинского определения. Похоже, у вашей науки отсутствует терминология для обозначения счастья.

По прежнему нет ответа. Мог бы хотя бы поздравить.

— Доктор, я на подъёме! Как флаг на Четвёртое июля!

Разумеется, это была банальность. Но, чёрт побери, я был возбуждён, и мне невероятно хотелось поделиться. Даже не поделиться — просто кричать об этом. После бесконечных месяцев оцепенения — наконец что-то напоминающее человеческие чувства. Как я мог объяснить это психиатру?

— Послушайте, доктор, мы нравимся друг другу. Создаются отношения. В каменной статуе потекла живая кровь.

— Это — в общем, — предположил доктор Лондон.

— Это главное, — настаивал я, — Вы не понимаете, мне — хорошо?

Пауза. Почему человек, который так хорошо понимал мою боль, выглядит теперь глухим к моему счастью? Я посмотрел ему в глаза.

Всё, что он произнёс, было: «Завтра в пять».

Я кивнул и выскочил на улицу.

Мы уехали из Вермонта в семь сорок пять и, сделав пару остановок на кофе, заправку и поцелуи, в полдвенадцатого прибыли к её дому — крепости в стиле барокко. Машину оставили швейцару. Я взял Марси за руку и привлёк на расстояние приятной близости.

— На нас же смотрят! — запротестовала она. Не слишком настойчиво, впрочем.

— Это Нью-Йорк. Всем до лампочки.

Мы поцеловались. Как я и предсказывал, никому в городе не было дела. Кроме нас самих.

— Давай пообедаем вместе, — предложил я.

— Обед — сейчас.

— Отлично! Мы как раз вовремя.

— У меня дела, — сказала Марси.

— Не переживай! У меня отличные отношения с твоим боссом.

— Но у тебя тоже есть обязанности. Кто стоял на страже гражданских прав, пока нас не было в городе?

Ха! Бэрретт не подрывается на собственных минах.

— Марси, я здесь, чтоб реализовать своё фундаментальное право на счастье.

— Не на улице.

— Хорошо. Давай поднимемся и возьмём по тарелке чего-нибудь...

— Мистер Бэрретт, будьте так добры, идите в свой офис, и займитесь делом. Вернётесь к ужину.

— Когда? — нетерпеливо спросил я.

— К ужину, — повторила она и попыталась удрать. Но я не отпустил её руку.

— Я уже голоден.

— Придётся подождать до девяти.

— Шесть тридцать, — сделал я свою ставку.

— Полдевятого.

— Семь, — настаивал я.

— Восемь и это последнее слово.

— Ты ведёшь бизнес абсолютно беспощадно.

— А я и есть беспощадная сучка, — ответила она. Потом улыбнулась и устремилась к своему невероятному замку.

Зевать я начал в лифте, по дороге к офису. Спали мы по минимуму, и сейчас это начинало сказываться. К тому же вид у меня был изрядно помятый. В одном из автоматов я купил дешёвую бритву и попытался побриться. К сожалению, рубашек в автомате не нашлось. Так что я неизбежно выглядел так, будто всю ночь занимался тем, чем занимался.

— Привет мистеру Ромео, — завопила Анита.

Кто, чёрт побери, сказал ей?

— Это написано у вас на свитере: «Альфа-Ромео». Я решила, что это — ваше имя. И вы точно не мистер Бэрретт. Тот появляется в офисе с первыми лучами солнца.

— Я проспал, — сказал я и попытался укрыться у себя в кабинете.

— Оливер, приготовьтесь к шоку.

Я остановился.

— Что случилось?

— Атака разносчиков цветов.

— Что?

— А вы не чувствуете?

Я вошёл в свой кабинет... точнее, то, что было им. Сейчас я как будто попал в теплицу. Цветочное буйство везде. Даже мой рабочий стол превратился в ложе, украшенное розами.