Дневник интриганки - Кайя Асмодей

– Я не помешаю? – спросил он и, не дожидаясь ответа, плюхнулся на диван рядом со мной.

– Хочешь сыграть? – Я передала ему джойстик.

Но Л., подержав его в руках, вернул мне.

– Играйте. Я посмотрю.

В комнату зашла мать Б., она домохозяйка и готовит самую потрясающую пиццу на свете.

– Ребята, приходите через пятнадцать минут пить чай.

У меня в коридоре в пальто зазвонил мобильник, и я вышла из комнаты, а когда шла обратно, услышала язвительный голос Б.:

– Играйте, я посмотрю. Ты и за нами пришел сюда присмотреть?

Л. поднялся.

– Что ты несешь? Мешаю – могу уйти!

Б. замахал на него руками.

– Да сиди ты!

Он сел на диван, я вернулась и приземлилась рядом с ним.

– Хочешь мороженого? – предложила я. Он помотал головой, но я настаивала, зачерпнула ложкой мороженое из контейнера и поднесла к его губам.

– Я не хочу, правда.

Дождавшись, когда с ложки упадет малиновая капля ему на футболку, я воскликнула:

– Ой, прости! – Схватила его за руку и потянула за собой: – Идем, сейчас ототрем!

Я затащила его в ванную. Мы встали друг перед другом. Неожиданно он улыбнулся и поймал мои руки, потянувшиеся к розовому пятну на его груди. Не спуская с меня глаз, он мягко спросил:

– А сейчас ты попросишь меня снять футболку?

Пока я сочиняла остроумный ответ, он привлек меня к себе и поцеловал.

Утро как утро, ничего не предвещало беды. Последний учебный день перед каникулами. Мы с Андреем позавтракали, он вел себя как обычно. Правда, не отпустил колкость в адрес моей одежды, но я решила, что он уже привык. На мне был голубой джинсовый комбинезон и фиолетовая водолазка, а волосы я убрала просто в хвостик.

А когда я выходила у школы из машины, то заметила, что он заглушил мотор и тоже вышел. Одетый в черный костюм, он выглядел весьма импозантно.

– Ты куда? – Я сделала несколько шагов к зданию школы. – Почему ты идешь за мной?

– Вызвали.

– Кто? – опешила я.

– Директор.

Потрясенная, я замерла. Он же похлопал меня по плечу.

– Не бери в голову.

– А что случилось?

Он не ответил. Мы вместе прошли мимо горстки старшеклассников у крыльца и вошли в школу.

– Мне пойти с тобой? – спросила я.

– Иди на урок, я дорогу найду.

– Могу я хоть узнать, почему тебя вызывали?

– Дома поговорим, – бросил он, удаляясь по коридору в сторону лестницы.

– Твой отец? – раздался рядом удивленный голос Яны. На девушке была короткая кожаная куртка, красная юбка и высокие сапоги. Позади нее стояла Лия. Она находилась в шаге от меня и с любопытством смотрела вслед Андрею. На ней было тонкое стильное белое пальто, а под ним серое платье крупной воздушной вязки, на ногах белые полуботиночки. Белые волосы были распущены, а лицо обрамляли две тонкие косички, на которых по всей длине сверкали бусины, усыпанные сверкающими фионитиками.

– Да, отец, – ответила я.

– Тебя, наверно, в роддоме подменили, – фыркнула Яна и пошла в гардероб.

Лия улыбнулась мне и прошла мимо, распространяя аромат фруктовых духов.

К кабинету химии я шла с тяжелым сердцем. Зачем отца вызывали к директору? Что я натворила такого? Я боялась, что причиной этого вызова мог стать мой вчерашний обед с Данилой. И тут же пыталась себя успокоить: что такого в том, что мы пообедали? И тут же себя пугала: он тренер, я ученица – это неэтично, наверно.

Перед самым уроком я, наконец, узнала причину, по которой мой отец пришел в школу. Одноклассники смотрели на меня волком. Они и раньше смотрели на меня как на какую-то гадость, но сегодня их взгляды источали лютую ненависть.

Не все, конечно, но многие.

И Кира, проходя мимо и пиная мою сумку, озвучила всеобщую претензию:

– Ну что улыбаешься, морда, журнал испоганила и довольна?

– Что? О чем ты?

– Ой, только не надо тут валять дурочку, ты поисправляла в журнале оценки тем, кто тебе не нравится. Молодец, нечего сказать. – И она любовно погладила на груди свою полупрозрачную черную кофточку, в тон которой на ней была длинная обтягивающая юбка. Сейчас одноклассница напомнила мне каркающую ворону.

Я вскочила, щеки у меня горели, сердце колотилось как сумасшедшее.

– Я ничего подобного не делала! – громко сказала я.

– Ко-ко-ко, кто это тут кудахчет? – Кира прищурила один глаз и, дунув на свою челку, противно сказала: – Ты попала, кур-р-рочка!

Мне хотелось ее ударить, кулаки сжались сами собой.

Я вспомнила закрывающуюся за мной дверь учительской и лежащий на столе открытый журнал. Так вот что они сделали. Не просто закрыли меня в учительской, а подставили.

– Ты сама это сделала! – выдохнула я.

Кира посмотрела по сторонам, обратившись к ребятам:

– Все слышали? Я сама это сделала! Сама взяла и исправила оценки себе и своим подругам! Как будто никто не заметит! Нормально!

Она все продумала. Значит, оценки исправлены и у нее, чтобы было не подкопаться. А чего я ждала? Я ведь знала, какая она. Эксперт по уничтожению каждого, кто ей не угодил.

Я тяжело вздохнула, и у меня вырвалось:

– За что ты меня так ненавидишь?

Кира громко рассмеялась.

– Ты себе льстишь. Ты жалкая неудачница и ненависти не заслуживаешь. Ненавидеть можно лишь равного себе! – Произнося это, Кира посмотрела на Лию, которая с отстраненным видом смотрела в окно. Означало ли это, что она ненавидела Лию? Но за что?

Я взяла сумку с крючка, у меня голос дрожал:

– Хочешь меня ненавидеть? Это можно устроить!

Когда я выходила из класса, было очень тихо. Я спустилась в гардероб, забрала вещи и хотела уйти, но охранник затребовал пропуск. Конечно, у меня никакого пропуска не было. Я пыталась объяснить, что мне стало плохо, но он лишь качал головой и посылал меня в медпункт.

Я уже отчаялась покинуть стены этой школы, но мне повезло. К дверям, одетый в мотоциклетную куртку и кожаные штаны, заправленные в высокие ботинки, шел Данила. Заметив меня, он обрадованно махнул рукой.

– Привет! Ты что тут делаешь?

– Пытаюсь выйти.

– Так в чем дело? Пойдем. – Он взял меня за руку и, проходя мимо охранника, бросил: – Алексей, все нормально, она со мной!