28 лет, каждое лето - Элин Хильдебранд

Первое лето, 1993 год

Чем запомнился 1993-й? Осада Уэйко, Техас^[1]; теракт на подземной парковке Северной башни Всемирного торгового центра; смерть Артура Эша^[2]; группа R. E. M.; Лорена Боббит^[3]; Роберт Редфорд, Вуди Харрельсон и Деми Мур; Североамериканская зона свободной торговли; смерть актера Ривера Феникса; Евросоюз; рекламная кампания о пользе коровьего молока Got Milk?; тренажеры NordicTrack; Арафат и Рабин^[4]; нападение на теннисистку Монику Селеш; «Неспящие в Сиэтле»; Всемирная паутина; «Буффало Биллз» третий раз подряд проиграли «Супербоул»; Джерри, Элейн, Джордж и Креймер^[5]; Уитни Хьюстон и ее хит I Will Always Love You.

Знакомьтесь – наша героиня Мэлори Блессинг (не сомневайтесь, она и есть наша героиня, с ней мы пройдем огонь, воду и медные трубы). Ей двадцать четыре, она живет в Верхнем Ист-Сайде^[6] с давней-предавней подругой Лиланд Глэдстоун, которую с каждым днем любит все меньше. Лиланд и Мэлори снимают квартиру на шестом этаже в доме без лифта, а на первом этаже того же дома работает французский ресторан. Всю неделю под конец смены повара отдают Лиланд то конфи из утки, то бараньи ножки, но она никогда не делится добычей с Мэлори. А должна? Это ведь она, Лиланд, нашла квартиру, договорилась о цене и семь раз съездила в мебельный магазин, чтобы обставить дом. Мэлори только потому поселилась в Нью-Йорке, что подруга в подпитии ляпнула, мол, ищет соседку, а она так сильно хотела поскорее съехать из родительского дома в Балтиморе, что приняла эти слова за приглашение. Мэлори платит только треть аренды (сумма все равно выходит астрономическая, поэтому ей помогают родители) и спит на диване в углу гостиной. Лиланд купила ширму в китайском стиле, чтобы у каждой было личное пространство, но Мэлори ею почти не пользуется. Из-за ширмы они впервые ссорятся. Оказывается, Лиланд купила эту ширму вовсе не из заботы о личном пространстве соседки: ей просто надоело смотреть, как Мэлори читает романы, закутавшись в это убогое ситцевое покрывало, которое она притащила из родительского дома.

– Так нельзя, – бесится Лиланд, – где твое самоуважение?

Но ширма – это еще цветочки. Настоящий разлад наступает из-за работы. Лиланд переехала в Нью-Йорк, чтобы найти себя в модной индустрии. Она мечтает о «чем-то творческом» в журнале «Харперс базар». В один прекрасный день она сообщает Мэлори о вакансии помощника редактора в самом крутом литературном журнале мегаполиса «Бард и Скрайб», и та сразу же откликается на вакансию. Забрезжила перспектива получить эту работу, и она уже по-другому смотрит на Нью-Йорк. Если она станет помощником редактора «Бард и Скрайб», то заведет новых друзей из мира искусства, из богемы, и у нее начнется роскошная жизнь. Мэлори не знает, что Лиланд уже откликнулась на ту же самую вакансию, ее пригласили на первое собеседование, на второе, а потом предложили работу, и она, не раздумывая, согласилась, а Мэлори оставалось только смотреть, как работа мечты уплывает из рук. Немного досадно, но не удивительно. Если бы Нью-Йорк был платьем, он больше подошел бы Лиланд, а Мэлори то и дело поправляла бы и одергивала его.

И теперь каждое утро Лиланд ходит в офис «Бард и Скрайб» в просторном лофте в Сохо. На крыше там висячий сад, где дают шикарные приемы для таких авторов, как Каролин Хейлбрун, Эллен Джилкрайст и Дороти Эллисон. Мэлори работает в приемной кадрового агентства. Ей предложили эту работу, потому что карьерному консультанту стало ее жаль.

Шестнадцатого мая 1993 года Мэлори звонят. Этот звонок раз и навсегда меняет ее жизнь.

Суббота, утро, одиннадцать тридцать. Мэлори сходила на пробежку в Центральный парк, купила кофе и пончик с мягким сыром, кунжутом и зеленым луком, вернулась домой. Никого. Какое счастье! Дома редко бывает пусто – только если Мэлори приходит с работы раньше Лиланд или уходит позже, и в такие минуты чувство свободы чуть ли не сводит ее с ума. Мэлори воображает себя хозяйкой особняка, а не современным воплощением Сары Кру^[7], что живет на чердаке в голоде и холоде. Утром 16 мая Лиланд пошла в ресторан «Слон и замок», у нее деловой завтрак с коллегами из редакции. Из вежливости она пригласила Мэлори, зная, что та откажется, потому что не может себе позволить походы в такие дорогие заведения.

Звонит телефон. Прежде чем ответить, Мэлори подходит к магнитофону и выключает песню Everybody Hurts группы R. E. M., которую слушает на повторе. В 1993-м это ее любимая песня. Когда Лиланд дома, слушать ее нельзя: голос Майкла Стайпа напоминает Лиланд звук, с которым ногтями скребут по грифельной доске.