Running Man. Как бег помог мне победить внутренних демонов - Чарли Энгл

Преодолевая милю за милей, я стремился к полному истощению сил, иначе начинал испытывать беспокойство.

Чем чаще я бегал, тем больше меня заботили мои показатели. Я стал стремиться к тому, чтобы пробежать марафон менее чем за три часа. Я почти подошел к этому пределу, но всякий раз пересекал финишную линию на несколько минут позже. Особенно меня разочаровал марафон в Сан-Диего. Когда Пэм с Бреттом подошли поздравить меня, я думал лишь о том, что пробежал его за 3:01. Три часа и одна минута. Невероятно. Они радовались, а я кипел от негодования.

– Ветер дул в лицо, – сказал я. – Да еще этот огромный волдырь на пятке…

Бретт попросился мне на плечи, и я поднял его, продолжая сетовать на различные обстоятельства, помешавшие мне выполнить поставленную задачу.

Бретт похлопал меня по голове:

– Папа…

– Если бы я не стартовал ближе к концу группы…

– Папа!

– Надо было мне…

– Папа. Папа!

– Что такое? – спросил я строго.

– Папа, а тебе было весело?

– Весело? Ну да, я замечательно провел время.

Я сказал то, что он ожидал услышать. Но я знал, что это не так.

Я размышлял над словами Бретта, когда принимал душ, и еще позже, когда не мог заснуть. Может, я действительно что-то делаю не так? Я бегал как заведенный, будто выполняя обязанность, без мыслей и желания и уж точно без веселья. Я бегал, когда болел, и бегал после травм, как это бывало почти всегда. Бегал после двенадцати часов тяжелого физического труда – ремонта вмятин от града. В дождь и холод, в жару и при повышенной влажности, и все как бы для того, чтобы поставить себе галочку в этот день. Меня ужасала сама мысль о том, что можно пропустить тренировку. Если я позволю себе послабление, не означает ли это, что я не слишком серьезно отношусь и к своей трезвости? Не значит ли это, что моя сила воли дала трещину?