Сын цирка - Джон Ирвинг

— Вы должны были меня убить, у вас была такая возможность, — сказала ей Нэнси.

— Ты мне казалась уже мертвой, — пожала плечами миссис Догар.

— Пожалуйста, убей ее, Вайджей, — попросила Нэнси мужа.

— Я же говорил, что ты не получишь большого удовольствия, моя сладенькая, — только и ответил ей заместитель комиссара полиции.

Когда к ним подошли констебли и младшие инспектора полиции в форме, детектив Пател приказал им убрать оружие. Рахул не сопротивлялся при аресте. Миссис Догар, казалось, еще не покидало глубочайшее и непознаваемое удовлетворение, полученное от убийства предыдущей ночью. Она не была агрессивна в этот понедельник нового года, если не считать краткого импульса жестокости, когда она сломала палец Джону Д. На лице убийцы со стажем блуждала безмятежная улыбка.

Заместитель комиссара полиции, который переживал за жену, сообщил ей, что должен ехать прямо в полицейское управление, однако может завести ее домой. Водитель Дхара тоже нетерпеливо прогуливался по фойе клуба Дакуорт и детектив Пател попросил Дхара отвезти Нэнси домой на его личном такси.

— Это — плохая идея, — не одобрила она поступка мужа.

Тогда Джулия сказала, что вместе с доктором Даруваллой они доставят Нэнси домой. Дхар предложил другой вариант: Вайнод отвезет Нэнси домой один и ей ни с кем не придется говорить. Нэнси предпочла этот план.

— Среди карликов я в безопасности. Мне они нравятся, — сказала она.

Когда жена уехала с Вайнодом, детектив Пател спросил Инспектора Дхара, как ему нравится роль настоящего полицейского.

— В фильмах гораздо лучше. Там все случается так, как это должно случиться, — ответил актер.

После того, как заместитель комиссара полиции уехал вместе с Рахулом, Джон Д позволил доктору Дарувалле поставить на место выбитый из сустава палец.

— Смотри куда-нибудь в сторону. Смотри на Джулию, — посоветовал доктор, дернув палец так, чтобы тот возвратился на прежнее место. — Завтра мы сделаем рентген. Может быть, придется поставить шину, но только тогда, когда опухоль спадет, а пока держи здесь лед, — добавил Дарувалла.

За столом в Дамском саду Джон Д отреагировал на этот совет тем, что опустил палец в стакан. Большая часть льда в стакане уже растаяла, и Дарувалла попросил мистера Сетну принести еще льда. Старый перс был очень недоволен тем, что никто не поздравил его с удачным исполнением роли.

— Мистер Сетна, все было просто замечательно. Например, то, как вы упали на свой серебряный поднос. И отвлекающий шум, и ваша продуманная и грациозная неуклюжесть… просто замечательно! — наконец похвалил его Дхар.

— Спасибо. Я не был уверен, что делать с меню, — ответил мистер Сетна.

— Это тоже замечательно! Меню у нее на коленях! Исключительно! — сказал Инспектор Дхар.

— Спасибо, — повторил старший официант и ушел, настолько довольный собой, что забыл принести лед.

Оказывается, никто не ел во время ленча. Доктор Дарувалла первым признался в том, что очень голоден. Джулия, счастливая оттого, что миссис Догар уже увезли, поддержала мужа. Джон Д ел вместе с ними, хотя все казалось ему безвкусным.

Фарук напомнил мистеру Сетне о его забывчивости, после чего старший официант наконец принес требуемое в серебряном бочонке. В этой посуде обычно охлаждали тигровые креветки, поэтому известный актер засунул в нее палец с отсутствующим и мрачным выражением лица. Хотя опухоль еще не спадала, палец Дхара не изменил цвета в такой степени, как его губа.

Актер выпил гораздо больше пива, чем позволял себе для этого времени дня, и говорил он только о том, когда сможет покинуть Индию. Хорошо бы сделать это до конца месяца. Затем он спросил, нужно ли ему заниматься рекламой в печатных изданиях по поводу фильма «Инспектор Дхар и Башни Безмолвия». Теперь, когда настоящий прототип убийцы «девочек в клетке» пойман, Дхар мог надеяться, что единственный раз появятся благоприятные статьи в прессе по поводу его краткого пребывания в Бомбее. Чем больше он обсуждал эту тему, тем сильнее убеждался в том, что по-настоящему в Индии его ничего не держало. По мнению Джона Д, чем быстрее он вернется в Швейцарию, тем лучше.

Доктор тоже предположил, что они с Джулией могут уехать в Канаду раньше, чем планировали. Трудно себе представить, чтобы в ближайшем будущем он вернулся в Бомбей. А чем дольше человек живет в другом месте, тем труднее для него возвращаться обратно. Джулия позволила им поговорить. Она знала: мужчины не любят, чтобы их переполняли какие-нибудь чувства. Они становятся сущими детьми, когда не могут контролировать то, что их окружает, и когда чувствуют, что они здесь ни к месту. Джулия частенько слышала от Фарука, что больше он не вернется в Индию. Она-то знала — он всегда возвращался.

Послеполуденное солнце пробивалось сквозь решетки для вьющихся растений в Дамском саду. Лучи его длинными пятнами ложились на скатерть, а популярный актер кино Бомбея забавлялся, передвигая по ней крошки своей вилкой. Лед в бочонке для креветок уже растаял. Время шло, и Джулия напомнила мужу, что пора ехать на празднование юбилея в миссию Святого Игнатия. Они ведь обещали Мартину Миллсу не опаздывать. Ему нужно сменить бинты, чтобы будущий священник достойно выглядел во время юбилейного чаепития и представления его католической общине.

— Какие бинты? Что, сейчас с ним не все в порядке? — спросил Джон Д.

— Твоего брата-близнеца укусил шимпанзе. Вероятно, он был сумасшедший, — меланхолично проинформировал Фарук актера.

Дхар подумал было, не много ли в этом мире укусов, однако события этого дня поуменьшили его склонность к саркастическим выводам. Палец у него болел, и он понимал, что губа тоже выглядит не лучшим образом. Инспектор Дхар воздержался от комментариев.

Когда чета Дарувалла оставила его в Дамском саду, известный киноактер закрыл глаза и вроде бы уснул. Наблюдательный мистер Сетна сделал вывод, что было выпито слишком много пива. После такого умозаключения старший официант вспомнил, наконец, о болезни Дхара, передающейся сексуальным путем. Старый перс задумался и решил, что он страдает одновременно и от пива, и от этой болезни. Сетна приказал обслуживающим мальчикам, чтобы они не тревожили актера за его столом в Дамском саду. Он уже меньше осуждал Дхара. Подумать только! Ведь его второстепенную роль в сегодняшних событиях знаменитый актер индийского кинематографа назвал замечательной и исключительной!

Джон Д не спал, он пытался сосредоточиться и понять, что же в действительности произошло. Прошли многие годы с того времени, когда у него было хотя бы малейшее половое влечение к какой-либо женщине. Но тут Нэнси вывела его из себя. Он подумал, сколь привлекательным для него оказалось ее негодование. А ко второй миссис Догар он даже почувствовал более сильное влечение. Не открывая глаз, актер представил свое лицо с его ироничным выражением, не только с обычной усмешкой. Ему уже тридцать девять лет. В этом возрасте трудно изменить принадлежность человека к определенному полу. Не будет ли правильным то, что его влечение вызвала не миссис Догар, а тот Рахул времен Гоа, прежний Рахул, когда он являлся чем-то вроде мужчины. Эта мысль успокоила Джона Д. Мистер Сетна увидел нечто, что он принял за усмешку спящего актера. Затем что-то его успокоило, поскольку усмешка сменилась улыбкой. Старший официант представил, что Дхар вспоминает о прошлом… до того, как заразился этой ужасной болезнью. Знал бы он, что Дхар развлекал себя более радикальной идеей.