Каждый новый день - Дэвид Левитан

На следующее утро я просыпаюсь еще дальше от Рианнон, в семи часах езды.

И нахожусь я в теле Маргарет Вейс. К счастью, у нее есть ноутбук, который я успею проверить до того, как мы отправимся в школу. Нахожу там письмо от Рианнон.

Натан!

Я рада, что ты мне написал, потому что потеряла бумажку с твоим адресом. Мне тоже было очень приятно с тобой пообщаться и потанцевать. Как эти полицейские посмели нас разогнать! Я тоже думаю, что ты в моем вкусе, в человеческом плане. Даже если ты и не веришь в отношения, которые длятся больше года. (Кстати, я не утверждаю, что ты неправ. Вердикт еще не вынесен.)

Не думала, что буду тебе об этом сообщать, но я жду, что Стив скоро организует еще одну вечеринку. В таком случае у тебя есть возможность еще раз понаблюдать, чем она закончится.

С любовью,

Я представляю, как она веселилась, когда писала это, и тоже улыбаюсь. Потом открываю другой свой почтовый ящик и вижу там еще одно письмо от Натана.

Я дал полиции этот электронный адрес. Не думай, что тебе все сойдет с рук.

Полиция? Я быстро запускаю поиск на слово «Долдри». Открываются утренние новости.

Им руководил Дьявол

Местный житель, которого остановила полиция, заявляет, что был одержим демоном.

Когда полисмены ночью в субботу обнаружили Натана Долдри (16 лет, адрес: Арден-лейн, 22) спящим в своей машине на обочине шоссе № 23, они еще не знали, какие он даст объяснения. Большинство подростков сослались бы на плохое самочувствие или на алкогольное опьянение, но Долдри повел себя иначе: он заявил, что не имеет понятия, как он там оказался. Он высказал предположение, что им, должно быть, овладел демон.

– Это было похоже на хождение во сне, – объяснил он репортеру «Скандалиста». – Эта сущность управляла моим телом весь день. Она заставила меня солгать родителям и отправиться на вечеринку в город, в котором я до этого никогда не бывал. Не помню подробностей. Я только знаю, что это был не я.

И еще одна таинственная деталь: Долдри говорит, что когда он вернулся домой, то обнаружил в своем компьютере неизвестный ему адрес почтового ящика.

– Я не был самим собой, – постоянно повторяет он.

Офицер Ланс Хьюстон из полиции штата говорит, что у Долдри не было признаков алкогольного опьянения, а машина не числилась в угоне; поэтому ему не было предъявлено никакого обвинения.

– Знаете, я уверен: у него были основания сказать то, что он сказал. Я могу вас заверить, что он не делал ничего противозаконного.

Но Долдри идет дальше.

Это веб-сайт местной газеты; то есть беспокоиться особенно не о чем. И полиция, по-видимому, не считает, что это происшествие требует экстренного расследования. Но тем не менее меня это обеспокоило. За все годы еще никто так со мной не поступал.

Не то чтобы я не мог себе представить, как было дело: Натан спит в своей машине на обочине дороги. Полисмен стучит в окно и будит его. Может быть, окружающую тьму еще расцвечивают синие и красные вспышки полицейской мигалки. Натан быстро понимает, что он влип в неприятную историю: время – далеко за полночь и родители его теперь просто убьют. От его одежды несет табаком и алкоголем, а он никак не может вспомнить, чтобы выпивал или курил. Только… у него осталось ощущение моего присутствия. Некое смутное воспоминание о том, что он не был самим собой. Когда полисмен спрашивает его, в чем дело, он говорит, что сам не понимает. Когда тот спрашивает, откуда он приехал, отвечает то же самое. Полисмен выводит его из машины и заставляет пройти тест на алкоголь. Тест показывает, что Натан трезв как стеклышко. Полисмен продолжает требовать объяснений, и Натану приходится честно ответить, что его телом кто-то завладел. Однако он не представляет, кто, кроме дьявола, может заниматься такими вещами: вселяться в тела людей. Вот что он будет говорить. Он хороший парень: он знает, что все знакомые встанут за него горой. Ему поверят.

Полисмену теперь нужно только одно: чтобы Натан доехал без приключений. Может быть, он даже его сопровождал и предупредил родителей. Когда он заявляется домой, родители уже на ногах, рассерженные и озабоченные. Он повторяет им свой рассказ. Они не знают, чему верить. Тем временем какой-то репортер подслушивает разговор полисмена по рации. А может быть, над этим уже все смеются в полицейском участке и он узнает там о подростке, который сначала улизнул на вечеринку, а потом пытался обвинить во всем дьявола. Репортер в воскресенье приходит к Натану домой, и тот решается все ему рассказать. Ибо что может быть реальнее публикации в газете?

Я чувствую себя виноватым и хочу его защитить. Виноватым – оттого что я действительно вовлек Натана в свои дела, каковы бы ни были при этом мои истинные намерения. А защитить я его хочу потому, что я, конечно же, не рассчитывал на такую его реакцию. Это ведь только осложнит ему жизнь, да и меня заденет.

Есть один шанс на миллион, что ему удастся уговорить кого-нибудь проследить мои письма. А я ведь понимаю, что уже не смогу удалить этот адрес из всех компьютеров. Так вот, если ему это удастся, он сможет составить список большинства домов, где я побывал на протяжении последних двух-трех лет… Начнутся бессмысленные разговоры и бестолковые разбирательства, а кому это надо?