Окольные пути - Франсуаза Саган

Диана не присоединилась к спасательной экспедиции под тем предлогом, что она собиралась дожидаться пропавшего Брюно дома, если вдруг тот сам вернется. На самом же деле она не выполнила работу, порученную ей Арлет, и не хотела признаваться в этом. Конечно, из-за детского самолюбия, с жеманством думала она. Ее задание было простым, но неприятным: надо было рассортировать ящик с яблоками; в одну сторону – подгнившие, в другую – хорошие. Сортировать можно было по виду, а в сложном случае – на вкус.

– Завтра на десерт я испеку пироги с яблоками для сборщиков урожая, – сказала ей Арлет. – Нужно будет приготовить три больших пирога. Все мужчины утверждают, что они у меня получаются лучше, чем у других. И точно! Вы попали в хороший дом! – заявила она озадаченной Диане.

Диана, укрывшись в сарае и нацепив очки, пристально вглядывалась в каждое яблоко, но все равно ей никак не удавалось определить его истинную ценность. Поэтому ей приходилось по нескольку раз надкусывать его: сначала она делала это прилежно, затем слегка касаясь зубами, потому что зубы начало ломить, а некоторые даже зашатались, настолько кислый сок яблок действовал на десны.

И бешеный ритм ее сортировки потихоньку замедлился. А Арлет-Мемлинг, встав за ее спиной с инструментами в руках, резко заметила ей:

– Бедняжка, вы что же, собираетесь провести здесь всю ночь? Но пироги я должна поставить в печь завтра вечером! Не засыпайте над яблоками!

– Я не могу отличить, какие яблоки хорошие, а какие плохие.

– Я же сказала вам, кусайте!

– Но я ведь не могу перепробовать одно за другим все три килограмма яблок. У меня уже и так три зуба качаются, – прохныкала Диана, и в ее голосе звучало больше отчаяния, чем протеста, потому что «детское самолюбие» полностью покинуло ее, а фермерша здорово нагнала на нее страха.

– У плохого работника всегда инструмент виноват! Ладно, разберитесь сами. Какие же вы все, парижане, хитрецы! – заключила фермерша с чуть заметной добродушной улыбкой и тут же добавила: – Эй, глядите в оба! Одно плохое яблоко – и пирог будет отдавать гнилью!

Оставив пораженную Диану, Мемлинг вернулась к своей повседневной работе и стала готовиться к завтрашней пирушке. А в это время Люс в большой комнате перемывала всю посуду, сложенную в буфете с прошлых дней жатвы и, следовательно, покрытую пылью и крысиным пометом. «А как вспомнишь, – думала Диана, – что до мытья посуды Люс Адер вынуждена была собирать яйца в курятнике, а потом задавать уткам корм!» Бедная Люс! Из-за своей глупости она так торопилась, старалась сделать еще больше, и каждый раз, как она заканчивала одну работу, ей на шею вешали новую! А вот она, Диана, будет весь день заниматься своими яблоками, и к вечеру ее не будет ломать, она не переутомится (пусть даже заработает себе несколько язвочек во рту и легкую тошноту из-за повышенного выделения желудочного сока). И все это ради торжественного обеда, повод для которого ее абсолютно не интересовал. И, несмотря на ту досаду, которую могло бы вызвать у нее триумфальное возвращение Брюно, она желала этого возвращения. Но как можно было рассчитывать на молодого франта в таком драматическом положении? Ведь ясно же, что идет война! Это она теперь уже осознала. Понадобилась национальная или мировая катастрофа, чтобы оправдать социальное падение, жертвами которого уже два дня были она и Люс. Так Диана объясняла себе, почему она относится с таким почтительным вниманием к диктату фермерши.

Во дворе загрохотала телега, и Диана, словно роялистка времен Великой французской революции, чувствуя приближение зловещей колесницы, груженной телами гильотинированных, очнулась от мечтаний и перестала работать. Испытывая угрызения совести, бросая вызов судьбе, она быстро смешала кислые и хорошие яблоки, торопливо сорвала с себя черный фартук, которым она могла дважды обернуться, и вышла из подвала. Снаружи Лоик и Люс, поддерживая Брюно, вели его в дом, где усадили на единственный более или менее удобный стул в большой комнате. Брюно спотыкался, падал. Наверно, несчастный неудачно упал с высоты, хотя в окрестностях не было даже холмика. Лоик развеял ее заблуждения:

– Это всего лишь сильный солнечный удар, уверяю вас, Диана! Ему ничто не угрожает.

– Летом здесь ничего не стоит схватить солнечный удар, потому что здесь мало деревьев, – успокаивающе прокомментировал Морис Анри, но вид у него при этом был удовлетворенный: его соперник вернулся в таком жалком виде.