Искушение временем. Книга 1. Не ангел - Пенни Винченци

У них в шоу многие девчонки баловались кокаином. Лили тоже попробовала его и почувствовала себя на седьмом небе, но тут как раз один ее приятель превысил дозу, впал в кому, был срочно доставлен в больницу и чуть не умер. С тех пор Лили к кокаину не прикасалась. Другие пусть балуются, если хотят, а она не желает впасть в зависимость от какого-то порошка.

Джек начал употреблять наркотик совсем недавно и сильно увлекся. В первый раз это случилось на одном из тематических вечеров, ставших в последнее время невероятно популярными. Молодежь и люди среднего возраста толпами валили на эти вечера: выступления в масках, цирковые номера, мероприятия, посвященные Моцарту, плаванию, поиску сокровищ, танцы в греческом стиле, переодевания — все что угодно. Тот вечер, когда Джек впервые попробовал кокаин, как раз был посвящен поиску сокровищ: участники долго гоняли на автомобилях по Лондону, а завершилось все пикником на берегу пруда, где и был спрятан последний ключ. И за завтраком, едва занялся рассвет, кто-то из гостей предложил другому кокаин — «Чтобы не грустить, когда мы разойдемся», — а немного погодя его уже приняли все. Совсем чуть-чуть. Каплю в шампанское. Джек сказал тогда, что почувствовал себя очень славно, точно в полете. Потом он попробовал еще и еще…

Конечно, это его дело. Он совершеннолетний, и о нем не надо беспокоиться. Так Джек отвечал Лили. И смеялся над ее рассказами о смертельных случаях в результате передозировки. Она тоже верила, что с ним все будет в порядке, но все же волновалась. И потом, это весьма дорогое удовольствие. Под стать всем его привычкам. И Лили, будучи девушкой разумной, понимала, что он просаживает гораздо больше денег, чем у него есть на самом деле. Слишком уж много он болтал о важности своей работы в издательстве, об офицерской пенсии и отцовском наследстве. Лили прекрасно знала, что все, вместе взятое, не стоит ломаного гроша.

Как-то раз, когда она в последний раз приходила к Джеку домой, Лили увидела у него на столе уведомление из банка. Все оказалось даже хуже, чем она думала: денег в банке у него было очень мало. Не зря он вышел из банка «Куттс», сказав, что там все дорого. Лили узнала, что в этом банке разрешалось держать на счетах только достаточно крупную сумму, а у Джека оставались какие-то жалкие гроши.

Он сорил деньгами всюду: у портного, на бегах, в магазинах, в клубах. Пока Джек жил у Оливера и Селии, он еще как-то перебивался. Теперь же ему приходилось платить за жилье, покупать еду, платить экономке, которая приходила прибрать квартиру и постирать, и на все нужно было изыскивать средства. Джек с колоссальной скоростью влезал в долги, и это сильно тревожило Лили. Она была на десять лет моложе Джека, но чувствовала себя на десять лет старше. Чувствовала себя так, точно она за него в ответе. Ей и в самом деле был дорог этот человек. Не любить его было просто невозможно: он был добр, мил, безрассудно щедр и невероятно нежен. Однажды, выпив достаточно шампанского, чтобы развязался язык, что с ней случалось очень редко, потому как она знала, что язык лучше держать за зубами, Лили даже случайно проговорилась, что влюблена в Джека.

В те дни ее сильно тревожило не только пристрастие Джека к кокаину, но и то, как это отразится на их близости. У них уже давно установились интимные отношения — Джек ей очень нравился, был нежен, покупал чудесные подарки и все свободное время проводил только с ней. Но больше Лили ничего и не ждала, и эта влюбленность оказалась для нее совершенно неожиданной. Она не знала даже, нравится ли она ему. Джек никогда всерьез об этом не говорил и — Лили была абсолютно в этом уверена — никогда не помышлял о каких-то более или менее стабильных отношениях с нею. Она даже не знала, как сама бы отнеслась к такой идее, если бы она вдруг пришла ему в голову. Конечно, времена переменились, и классовое разделение общества уже не столь явное, как прежде. Некоторые знакомые девушки выходили замуж и за аристократов, взять хотя бы Герти Миллер, которая стала теперь графиней Дадли, или Рози Бут из мюзикла «Гейети», ставшую маркизой Хедфорт. Но все равно такое случалось крайне редко. И кроме того, у Лили были сомнения, хорошо ли все это.

Лили смотрела на жизнь трезво и знала: после того как первому порыву страсти приходит конец, обнаруживается, что, помимо секса, есть уйма всего другого, необходимого для того, чтобы брак был успешным. У ее родителей был очень счастливый брак, и Лили прекрасно понимала почему: конечно, они любили друг друга, но важнее было то, что они были людьми одного происхождения, имели общие взгляды, одни и те же стремления и тревоги, надежды и опасения. У них с Джеком никогда не могло быть ничего подобного — настолько они были разные. Как-то вечером Лили сказала Кристал, что Джек похож скорее на скаковую лошадь, весь вспышка и порыв, но проскакать он может только из пункта А в пункт Б, и то, если ему укажут, когда и как. Сама же она больше напоминает дикого пони из тех, что она однажды видела в Нью-Форест, — свободолюбивых и способных о себе позаботиться, обой дясь без чужой помощи.

— И я с трудом представляю, чтобы у дикого пони и скаковой лошади было какое-то общее будущее. Ни одному из них не может понравиться то, что нравится другому.

А Кристал на редкость прозорливо добавила, что если скаковая лошадь лишится седока, она, по всей видимости, будет крайне признательна пони за совет, куда и когда бежать.

В общем, Лили старалась жить сегодняшним днем, не заглядывая в будущее. По крайней мере, теперь она могла когда угодно зайти к Джеку в квартиру на Слоун-стрит. Но отнюдь не часто: приходилось выдерживать характер. Джек явно ожидал, что Лили поселится у него, и пришел в ярость, когда она отказалась переехать уже на второй день его там пребывания.

— Но ты же велела мне обзавестись квартирой, — закричал он, — чтобы мы могли жить вместе, а теперь бросаешь меня там в одиночестве.

— Я велела тебе обзавестись квартирой не для того, чтобы мы там жили вместе, а потому, что тебе уже давно пора было это сделать, — живо возразила Лили. — Большинство мужчин в возрасте тридцати пяти лет имеют собственный дом, Джек. По крайней мере, так было в том месте, откуда я родом. Я никогда не обещала тебе поселиться вместе с тобой. Мы так не договаривались, и с твоей стороны весьма глупо на это рассчитывать. Мне дорога моя независимость, и если ты этого до сих пор не понял, значит ты меня не понял вовсе. А теперь мне пора, день был долгим, а мне завтра на репетицию.

Лили ушла, даже не поцеловав Джека, и было невозможно удер жаться от смеха, глядя, как он, в буквальном смысле слова раскрыв рот, смотрит ей вслед из-за столика в ресторане. Но слова Лили попали в точку, потому что уже на следующий день ей прямо в репетиционный зал доставили огромный букет алых роз, в котором торчала открытка со словами: «Виноват, целую бессчетно. Джек». О, такие дела он мог проделывать превосходно, этот Джек. Щедрый жест, и не более того. Он чем-то напоминал ухажера Кристал, только тот вместо подарков осыпа́л ее цветистыми фразами, посвящал ей стихи и уверял, что в глазах ее сияют звезды и что жизнь пуста, если ее нет рядом. Если бы Джек выдал Лили что-нибудь подобное, она, наверное, рассмеялась бы, вместо того чтобы броситься к нему в объятия, как это делала Кристал. Но оба они — и Джек, и ухажер Кристал — ни на что серьезное не годились.