Королевский лес. Роман об Англии - Эдвард Резерфорд

– Семнадцать, сэр, – уточнил Пакл.

– Пакл! – рассмеялся Эдвард. – Забавное имя.

– Это старое доброе имя в Нью-Форесте, – поспешила сказать Фанни, подумав, что кузен допустил грубость. – Уверена, Паклы живут здесь так же давно, как Альбионы. В основном в Берли. Я не ошиблась? – с дружеской улыбкой спросила она у Пакла.

– Все правильно. – Пакл знал, кто такая девица Альбион, и она удостоилась его одобрения. Она была своя.

Тоттоны продолжали весело глазеть на Пакла, как на диковину. Мартелл озирался, изучая стыковку палубы с корпусом. Мистер Гилпин откровенно витал в облаках.

– Вон там… – Фанни замялась, так как не совсем понимала, что имеет в виду. – Такое странное ощущение. – Она взглянула на остальных, которые не сильно заинтересовались, и повернулась к лесному человеку. – Вы чувствуете? – спросила она и, к своей великой досаде, услышала, как сзади хихикнула Луиза.

Так как он испытывал то же самое, а Фанни ему нравилась, Пакл впервые в жизни попытался выразить словами нечто сложное.

– Это деревья, – сказал он, кивнув на корпус, затем помедлил, не зная, как выразиться. – Когда мы уходим, мисс, от нас мало что остается. Уж всяко через пару лет в земле.

– Есть твоя бессмертная душа, человече, – твердо возразил мистер Гилпин, очнувшись от грез. – Молись, чтобы не забывать об этом.

– Я не забуду, святой отец, – вежливо, хотя, пожалуй, и без особой убежденности, согласился Пакл. – Да только говорят, – вновь обратился он к Фанни, – что у деревьев якобы нет души, но, когда их срубают, они получают новую жизнь. – И он обвел рукой все вокруг себя. – Иногда здесь, – добавил он с простым пиететом к тайне, – мне кажется, что я внутри дерева. – Он улыбнулся ей напряженно, но чуть смущаясь. – И правда забавно. Наверно, и глупо, но такие, как я, мало что знают.

– И вовсе не глупо, – с теплотой в голосе возразила Фанни, но продолжать не стала, так как мистер Гилпин кашлянул, дав понять, что с него и мистера Адамса достаточно, и через несколько секунд она вновь очутилась на ярком солнечном свете.

Луизу разобрал смех.

– Клянусь, этот чудной малый и сам как дерево! – воскликнула она. – Вам так не показалось, мистер Мартелл?

– Возможно, – улыбнулся тот.

– Но мне понравилось, что он сказал. – Фанни с надеждой повернулась к землевладельцу.

– Я согласен, мисс Альбион, – ответил Мартелл. – Пусть его теология ущербна, но у этих крестьян есть своя мудрость.

– Трудно поверить, – не унималась Луиза, – что такое создание – вообще человек. По-моему, это какой-то тролль или гоблин. Не сомневаюсь, он живет под землей.

– Как христианин, не соглашусь, – рассмеялся Мартелл. – Хотя понимаю вас, моя дорогая мисс Тоттон.

Настало время уходить. Тоттоны и мистер Мартелл собрались поехать дорогой, которая вела мимо озера Соли в Лимингтон; мистер Гилпин захотел возвращаться через пустошь и к броду у Альбион-Хауса.

Однако перед прощанием мистер Мартелл подошел к Фанни.

– Мисс Альбион, мое пребывание здесь не затянется, – произнес он негромко, – но я рассчитываю непременно вернуться. Надеюсь, что застану вас здесь и смогу навестить.

– Разумеется, мистер Мартелл. Хотя, боюсь, за отца я, похоже, не могу отвечать.

– Уверяю, мисс Альбион, – он посмотрел ей в глаза, – что полностью готов выдержать его гнев.

Фанни опустила голову, скрывая радость.

– Тогда обязательно приходите, сэр, – мягко ответила она.

Через несколько минут с мистером Гилпином и Натаниэлем, приютившимся сбоку, она катила через дикую пустошь, и ее сердце пело от счастья.

Какое-то время после их ухода Пакл оставался внутри корабля. Хотя он презирал Тоттонов, поговорить с мисс Фанни Альбион было приятно. Ему понравилось нечто замечательное в ее голубых глазах. Но после отъезда Фанни Пакл окинул печальным взором огромное деревянное пространство, и мысли, тревожившие его, нахлынули с еще большим ожесточением.

Через несколько месяцев мисс Альбион по-прежнему будет здесь, в Нью-Форесте. А где окажется он, отправленный на произвол судьбы?

Что он наделал? Как с этим быть?

Экипаж подъехал к Альбион-Хаусу, и мистер Гилпин помог Фанни выйти и уже вел к двери, когда повернулся к ней и произнес:

– Фанни, я прямо сейчас хочу кое-что вам сообщить. Помните наш разговор о вашей бабушке и ее замужестве?

– Ну как же, – радостно ответила она. – Мы ведь собирались пойти и выяснить?

– Именно так. И вот недавно мне довелось заглянуть в Лимингтоне в приходскую книгу, и я взял на себя вольность проверить, не найдутся ли какие записи.

– И нашли? – загорелась она.

– Да. Во всяком случае, мне так кажется. – Он помолчал. – Это может явиться сюрпризом, даже потрясением.

– Неужели?

– Вы, конечно, понимаете, что подобные связи, особенно по материнской линии, вполне обычны и могут быть обнаружены в любой семье. Это совершенно в порядке вещей. Вы удивитесь.

– Пожалуйста, скажите же, мистер Гилпин!

– Оказывается, Фанни, мистер Тоттон, отец вашей матушки, вторично женился на некой мисс Сигалл из Лимингтона. Это семейство, как вы, может быть, знаете, известно в городе.

– Моя бабушка, старая леди, которая дала мне это, – она нащупала деревянный крестик, – была урожденной мисс Сигалл?

– Да.

– Ох! Значит, не благородного рода. Едва ли даже почтенного.

– Я уверен, Фанни, что сама она была достойна уважения, иначе ваш дед мистер Тоттон на ней не женился бы.

– Вы полагаете, – нахмурилась она, – что Эдвард и Луиза это знают?

Он криво улыбнулся:

– Я всегда считал, что Тоттоны были рады породниться с Альбионами. Это все, о чем они думают.

– Быть может, Сигаллы…

– Это давняя история, Фанни. Думаю, вы можете считать, что об этом не знает никто, кроме нас. Уверяю, дитя мое, здесь нечего стыдиться. – Это был первый случай, когда она услышала от мистера Гилпина откровенную ложь.

– Так что же мне делать?

– Делать? Ничего. Я просто решил сказать вам сам…

– Чтобы уберечь меня от постыдного разоблачения, да еще и при каком-нибудь любопытном приходском клерке. – Она кивнула. – Благодарю вас, мистер Гилпин.

– Выбросьте это из головы, Фанни. Это не имеет значения.

– Выброшу. До свидания. И спасибо, что взяли меня в Бьюли.

Она вошла в дом не сразу, а дождалась, когда экипаж свернет за угол. Затем добрела до скамьи под деревом и села осмыслить это открытие. Ее занимал вопрос, что подумает мистер Мартелл с его незапятнанной аристократической родословной о ее родстве – и близком родстве – с низкими Сигаллами из Лимингтона.