Город Брежнев - Шамиль Идиатуллин

– Вы чего сидите? – заорал Серый, врываясь. – Айда балдеть, дискач начинается!

Удивил. Как будто между стенами не гуляло буханье из динамиков вперемежку с галдежом и гоготом. «Юный литейщик» выперся на площадь почти в полном составе, радуясь прогонным вспышкам прожекторов и цветомузыки. Серый был полностью готов к дискачу – кроссовки, джинсы и рубашка вместо обычных сланцев и шорт с футболкой. Даже кепку с надписью «Rechflot» по такому случаю снял, что и в столовой-то происходило лишь после второго вопля Игоревны. Еще и волосы прилизал. Голова у Серого стала маленькая, а облупленные уши – здоровенными. Понятно, что через полчаса вместо ушастого колобка снова возникнет домовенок с макаронной фабрики. Но пока Серый был импозантен, как герой утреннего киносеанса за десять копеек.

– Ага, – сказал Вован. – Ганс-пулеметчик новые диски достал.

Я отложил оставленную Иреком украинскую книжку, которую брал для маскировки, снова растопырился в полушпагат и принялся тянуться, покряхтывая.

От подъема до отбоя в палатах сидеть не разрешали, поэтому мы валялись в спортзале, который пустовал, но на ключ не закрывался. Формально я имел полное право делать растяжку, кувыркаться и набивать кулаки – ни Витальтолич, ни Игоревна, ни пионерская организация мне этого не запретили. Но могли запретить в любой момент. Поэтому я и устраивал конспирацию, как Ленин из анекдота, только наоборот: он говорил, что к любовнице идет, а сам к книжкам лез, а я книжкой свой личный физкультпривет прикрывал. Повторял по кругу, что на двух тренировках прошли плюс то, что помнил из прошлогодних тренировок по дзюдо.

Я полгода ходил, ездил точнее, в двадцать пятый комплекс, там спорткомплекс «Олимпийский», здоровый такой, с бассейном и кучей секций, в том числе дзюдо. Полгода бегал, кувыркался, боролся, внимательно слушал Петра Иваныча, тренера, который почему-то говорил с акцентом, похожим на татарский: «Между нога и нога быть не должен расстоянье» – это когда броску через бедро и подсечкам учил. Батек мне кимоно из Москвы привез, настоящее, без вафельных вставок, как у всех, – сперва говорил, что я опять брошу, как до того бросил футбол, легкую атлетику и акробатику с хоккеем, хотя это вранье на самом деле, на хоккей меня просто не взяли, до сих пор обидно: сказали, на коньках плохо стою, шайбу теряю и мелкий вообще. Я тогда правда мелкий был. А как разросся, решил, что фиг, к вам ни в жисть не пойду. Пошел на дзюдо, потому что каратэ везде позакрывали.

Зимой бросил. Ну как бросил – оно меня бросило, скорее. Точнее, я не смог правильно бросить. В общем, руку я сломал. Себе, что обидно. Что еще обиднее – как раз когда привык к нагрузкам, к едкой вони в зале и раздевалке, к стертым локтям, коленям и макушке, на которой приходилось вертеть разные мостики, и когда что-то получаться начало. Наверное, из-за этого и сломал. Так всегда бывает: пока ничего не получается, осторожничаешь и делаешь все по правилам, а едва научишься – жди беды. Потому что расслабился и королем выступил. Вот и лови в корону.

Это в конце января было. Мы закончили отрабатывать заднюю подсечку в парах, тут Петра Иваныча позвали куда-то, и он разрешил нам минуту побороться самостоятельно. И я попытался толстого Мишкана бросить через себя в кувырке, как Петр Иваныч показывал. Он, правда, не нам показывал, а старшакам, но я вроде хорошо рассмотрел и решил, что у меня получится, тем более что Мишкан такой подляны явно не ждал.