Депортация - Александр Михайлов

Наутро начались звонки Даниэллы. Её можно было понять – она вообще не была в курсе дел, и ей надо было что-то объяснять. Мигеля вторые сутки не было на связи, и Даниэлла решилась набрать Лизу. Импульсы её итальянского темперамента вонзались в окружающую среду, насыщая атмосферу истерическим напряжением и передаваясь окружающим. В облегчённой форме он передался и Лизе, и это подвигло её раскрыть карты. Она пригласила девушку Веласкеса на «конспиративную квартиру» скульптора и посвятила её в подробности дела, которым они занимались. До этой встречи Лиза толком не общалась с Даниэллой – ведь с Веласкесом Даниэлла познакомилась совсем недавно, а Лиза увидела друга Никанора тоже всего две-три недели назад. Поговорив друг с другом, девушки подружились. Тем более что Лиза по образованию была искусствоведом, а Даниэлла – студенткой художественного вуза. Проект, которым занимались Лиза, Никанор и Мигель, заинтересовал Даниэллу. Она предложила свою помощь. Но в данном случае лучшей её помощью было бы полное молчание.

* * *

Дорогая сигара дымилась в бронзовой пепельнице на антикварном арабском столе, источая едкий аромат. В кресле за столом сидел раздосадованный Аугусто (в далёком прошлом Вальтер) и пытался в очередной раз набрать чей-то телефонный номер. В трубке раздавался автоматический голос, сообщавший, что абонент вне связи. Аугусто звонил Мигелю вторые сутки и не получал ответа. Он был человеком капризным и отсутствие связи с исполнителем его задания, причём, хорошо оплачиваемого задания, дико выводило его из себя. Он терпеть не мог, когда всякие проходные исполнители нарушали его планы или испытывали терпение. К беспрекословному послушанию подчинённых он привык ещё тогда, когда служил в руководстве системы концлагерей Германии во время Второй мировой. В те времена он носил своё настоящее имя и у него не было причин его скрывать. Раздосадованный Аугусто решил отправиться на прогулку успокоить нервы и вызвал водителя.

* * *

Субмарины огромной тоннажности, загруженные под завязку, проделав сложный подводный путь из Европы к Южному полюсу планеты – Антарктиде, заходили в подводные проёмы под белым материком, проходили через лабиринтовую систему гигантских природных гротов и всплывали в больших подземных озёрах, на берегах которых строился город-база. Работы по выгрузке доставленных грузов и строительству городских объектов производились под светом гигантских прожекторов. С точки зрения конспирации и секретности, всё было хорошо продумано. Не имея схемы подземных каналов, которые кое-где были искусственно расширены для свободного прохода больших подводных судов и даже для внутреннего курсирования надводных лодок и катеров, и специалиста-лоцмана со специальной местной подготовкой, попасть в город-базу было практически невозможно. Строящийся город имел прекрасную внешнюю разведку и тщательно налаженное наблюдение за входными подводными воротами. Надводные суда использовали неохотно: отцы проекта хотели полной секретности, а учитывая цели и задачи тайного поселения, это было вполне логично. Внешне почти ничто не выдавало присутствия множества людей в Антарктиде.

Происходящее действо полностью поглотило внимание Мигеля и Никанора. Объёмная киномашина времени внезапно перебросила их в середину прошлого века и погрузила в холодную мерзлоту Антарктики. В голове Никанора вдруг всплыла мультяшная доисторическая белка из «Ледникового периода», бегающая за своим желудем по ледяным ландшафтам древней планеты.

Фрагменты тайной истории Антарктиды и новых переселенцев продолжали мелькать в сферическом помещении. «Гости студии» с интересом и удивлением наблюдали превращение безжизненных подземных пустот в комфортабельный город с хорошо продуманной инфраструктурой. Всё выглядело воплощением чуда, но проект был реализован благодаря применению ультрапередовых научных технологий, вниманию проектантов к научному наследию и достижениям древних цивилизаций, вложению громадных финансовых средств.

Архитектура возведённого города была, однако, своеобразной. Все здания были белого цвета и малоэтажные, напоминая некоторые арабские города, но исключительной чистоты. Небольшая высота зданий объяснялась подземным расположением города и, соответственно, ограниченностью пространства в любые стороны. Самым поразительным визуальным достижением разработчиков было создание над городом настоящего неба с облаками или звёздами, в зависимости от времени суток. Тонкостей наблюдающим не показывали, но этот эффект был достигнут за счёт каких-то продвинутых оптических технологий. Друзья в буквальном смысле увидели, как включается небо и зажигается солнце. Зрелище было похоже на экранизацию ненаучной фантастики. В тёмных пещерных пространствах с озёрами, прожекторами и построенными зданиями вдруг засияло небо с плывущими облаками и бескрайними горизонтами. Эта картинка ослепила своей нереальностью и надолго осталась в памяти Мигеля и Никанора. В целом, проектантам и строителям города-базы удалось создать пространство для полноценной и комфортной жизни человека под землёй, причем более комфортабельное, чем можно было ожидать.

Наблюдая трудовые подвиги горнопроходческих бригад в Антарктиде, Ник почему-то вспомнил образ бабы Королихи, обрисованный ему знакомым журналистом старшего поколения, основной период газетного стажа которого протекал в советской региональной многотиражке. Журналист с увлечением рассказал тогда Никанору о могучей женщине, которая проработала в угольных забоях Донбасса много десятилетий, а её «50 лет в забое» отмечал весь район в лучшем концертном зале, как юбилей какой-нибудь известной певицы. Из шахты на пенсию баба Королиха ушла в возрасте за восемьдесят. И, в отличие от немецких бригад, сверхсовременной техникой она не пользовалась.

* * *

Антарктический город раскинулся в нескольких грандиозных пустотах под землёй, которые, в свою очередь, были соединены друг с другом системой широких природных гротов-каналов, некоторые из которых были для удобства расширены строителями. Такая подземная антарктическая Венеция.

Прибывшие на континент люди занимались так же строительством и наладкой автономной промышленности, подготовкой научных лабораторий и институтов и решением прочих вопросов, необходимых для жизни в полной изоляции от внешнего мира. Для сохранения тайны города жителям не желательно было появляться и на поверхности материка. Работающие на проект учёные уже давно обнаружили в Антарктиде богатые залежи полезных ископаемых, которые позволили бы существовать подземному городу без внешней поддержки. А правильно ли организованы все системы жизнеобеспечения, могло показать только время. Такой большой и полностью изолированный населённый пункт, да ещё в условиях подземной Антарктиды – это, по сути, уникальный эксперимент в истории человечества. Неожиданностей и недоработок могло быть сколько угодно.

В объёмных исторических кинофрагментах несколько раз мелькали лица из высшего командования рейха, знакомые Нику и Мигелю по документальным фильмам и хронике. Судя по вкладываемым средствам, на этот «запасной аэродром» всерьёз рассчитывали многие вожди нацистской Германии, хотя можно не сомневаться, что у каждого из них имелось достаточно вариантов «собственного исчезновения». А какой из них получится воплотить в случае необходимости спрогнозировать было сложно. Поэтому городом-базой в Антарктике занимались ответственно. Даже если тайный пункт не пригодится как укрытие, он мог приносить огромную пользу Германии как научно-исследовательская база и сырьевой придаток.