Casual - Оксана Робски

— Хочешь потрогать? — предложила она, поднося моюруку к своему животу.

— Нет. — Я вежливо улыбнулась, чтобы не показатьсягрубой.

Я была уверена, что Серж здесь никогда не был.

— Где ты познакомилась с моим мужем? — холодноспросила я.

Светлана помолчала, потом упрямо закачала головой.

— Извини, — сказала она с большимдостоинством, — я не буду говорить на эту тему, я думаю, Сережа этого нехотел бы. И я не уверена, что ты станешь думать о нем лучше. Со своейколокольни, ты можешь начать думать про него плохо. Я не могу. Я ведь люблюего. — Она замолчала, сложив руки на животе характерным жестом всехбеременных.

«Вот мерзавка», — наверняка было написано на моем лице,потому что она отвела взгляд.

Я была в бешенстве. Что она себе позволяла, эта девка,дешевка, дура?

— Конечно. — Я кое-как улыбнулась. Еще не хваталоустроить здесь сцену. — Отличный чай.

Я вспомнила про Екатерину Великую. Когда ее выводили из себяпридворные, она набирала в рот воды. Чтобы не орать. Причем частенько онаделала это еще до начала аудиенции. Великая женщина. А княжну Тараканову извелав Петропавловской крепости. Беременную…

— Жасминовый. — Светлана показала мне коробочку.

Точно такой же чай я покупала себе домой. Дорогой, но поаромату не сравнить ни с каким другим.

— Когда тебе рожать?

— Через четыре месяца.

Я достала из сумки деньги в банковской упаковке.

— Возьми. И сними себе квартиру, ладно? Принестиребенка сюда невозможно.

Я имела в виду Сережиного ребенка.

Она едва ли не целовала мне руки. Мне было неловко, ноприятно. Я поспешила уйти, но на прощание от души ей улыбнулась. Обещалапозвонить на следующей неделе.

Слава богу, с моей машиной в ее дворе ничего не случилось.

Я подняла голову наверх, ожидая увидеть в окне Светланинживот. Окна были пусты. Даже без занавесок.

В понедельник я позвонила Олежеку. Как ни странно, трубкувзял он сам. Уже наигрался, подумала я.

Мы договорились встретиться в два, где обычно.

Я опоздала на двадцать минут, и он счел нужным пожуритьменя.

Он изменился. Если бы я не знала его столько лет, я бырешила, что передо мной — преуспевающий бизнесмен. В нем появилось что-то неуловимоев деталях, но очень правильное в целом, что-то такое, что внушало окружающимвпечатление успеха и уверенности в себе.

Я откровенно любовалась происшедшими в Олежеке переменами.Казалось, даже зубы у него не железные.

Он словно читал мои мысли.

— С четверга занимаюсь зубами, — сказал он,Щелкнув железной пастью, — до этого просто времени не было.

— Чем же ты был занят? — я не скрываланасмешки. — Какой-нибудь оптовый заказ?

— Встретил своего одноклассника, Коляна, — Олежекпроигнорировал мой вопрос, — и вот теперь с ним работаю.

— Кем?

— Сам не пойму. Что-то среднее между начальником службыбезопасности и личным помощником… Свои люди всем нужны, понимаешь?

Я понимала. Мне бы тоже пригодились. Но где же их взять?

— Это тот одноклассник из газеты? — догадалась я.

— Да. Вот такой парень. А вокруг него — всякий сброд.Все только и хотят поживиться за его счет.

— А… — Я понимающе кивнула.

Олег протянул мне меню:

— Что тебе заказать?

Я приняла новые правила безоговорочно.

— Возьми мне мандариновый сок. И салат из авокадо скреветками.

Олег махнул официанту. Сделал заказ.

— А ты где его нашел-то, одноклассника?

— О, целая история. Сначала позвонил ему в офис. Номеня с ним не соединили. Раз пять звонил. Пришлось организовать вечер встречи содноклассниками. Разыскал телефоны почти всех. Знаешь, у нас многие общаютсядруг с другом. Но главное — нашел ее телефон.

— Кого — ее?

Я не ожидала от Олега такой предприимчивости.

— Соньки Петровой. Это его любовь. Она вышла замужсразу после десятого класса. За парня из параллельного. А мой сох еще лет пять,пока в институте учился. Я уговорил Соньку позвонить ему. С ней тоже несоединили, но он сразу перезвонил. Минут через пять. Она спросила, не может лион помочь в организации вечера. Он бы, может, и не пришел, если б просто такпригласили. Но в помощи ей отказать не смог. Вот мы втроем и устроили это все.Вечер был что надо. Он зафрахтовал огромную яхту. Я сразу понял, что это всетолько для Соньки. И помогал ему, но вида не показывал. А он оценил.

— И что, — спросила я, падкая на lovestory, — ночью, на корабле, при свете звезд он объяснился ей в любви?

— Нет. Он сошел на берег через полчаса после начала,как только посмотрел на своих одноклассников и понял, что с ними будет от всехэтих виски и ромов. Я сошел с ним. А она осталась. К тому моменту она уже былапьяная и уходить от веселья не захотела, дура. А мы выпили у него в машине. Ион тоже сказал: «Дура, или я вообще ничего не понимаю».

— Дура, — согласилась и я. — Может, онстрашный?

— Получше других! — обиделся Олежек.

— Ладно. — Я рассмеялась.

Олежек посмотрел на часы.

— Спешишь? Я еще кофе хотела попить.

— Нет, все нормально. Просто у меня встреча. Он,понимаешь, благотворительностью занимается. Каждый месяц деньги переводит. Мненадо кое-какие счета проверить. Думаю, все чисто, конечно. Но на всякий случай…А то тут был один инцидент… Ничего, разобрались. Виновные понесли наказание.

— Не сомневаюсь.

Я подвинула к нему целлофановый пакет с деньгами.

— Держи. Двадцать пять. Он кивнул.

— Тебе если помощь будет нужна, ты звони, — сказалон.

— Хорошо.

«Это потом деньги людей портят. А сначала они делают ихлучше, — подумала я, — хотя, может, испорченных людей уже ничегобольше и не портит».

— Слушай, а кто такой Вова Крыса? — вдруг спросилменя Олег.

— Не знаю. — Я пожала плечами. — А должназнать?

— Да нет.

В ресторан зашла странная пара: он был в тельняшке, она вбриллиантах. «Не погиб ли у нее муж?» — подумала я.

— Чмырь какой-то, — определил Олег, — неместный.

Парень в тельняшке заказал себе виски Blue Label. Непохоже,чтобы он гулял на ее деньги. До нас доносились обрывки их разговора. Несколькораз упоминалась Чечня.