Москва – Петушки. С комментариями Эдуарда Власова - Эдуард Власов

38.1 C. 92. Покров —

железнодорожная станция в 4 км от одноименного города Петушкинского района Владимирской области. На перегоне 105-й километр – Покров Веничкина электричка пересекает границу Московской области.

38.2 C. 93. Перед тобою – Сфинкс. И он в этот город тебя не пустит. —

Сфинкс – здесь: в древнегреческой мифологии фантастическая женщина с телом львицы и крыльями птицы; охраняла вход в город Фивы, загадывала желающим войти в город загадку и убивала всех, кто эту загадку не разгадывал; загадку эту («Кто ходит утром на четырех ногах, днем – на двух, вечером – на трех?») разгадал Эдип (отгадка, как известно, – человек в младенчестве, зрелом возрасте и в старости), после чего от отчаяния Сфинкс бросилась со скалы (по другой версии, была убита Эдипом). Кроме того, существует гораздо более близкий русскому человеку визуальный образ сфинкса – древнеегипетской статуи, изображающей фантастическое существо с телом льва и головой человека; образ этот растиражирован достаточно широко – к примеру, сфинкс из египетского храма Аменхотепа III установлен в 1834 г. на набережной Невы в Санкт-Петербурге.

Оба представления о сфинксе часто смешиваются, как, например, в стихотворении в прозе Тургенева:

«Над этой песчаной пустыней, над этим морем мертвого праха высится громадная голова египетского сфинкса. Что хотят сказать эти крупные, выпяченные губы, эти неподвижно-расширенные, вздернутые ноздри – и эти глаза, эти длинные, полусонные, полувнимательные глаза под двойной дугой высоких бровей? А что-то хотят сказать они! Они даже говорят – но один лишь Эдип умеет разрешить загадку и понять их безмолвную речь. Ба! Да я узнаю эти черты… в них уже нет ничего египетского. Белый низкий лоб, выдающиеся скулы, нос короткий и прямой, красивый белозубый рот, мягкий ус и бородка курчавая – и эти широко расставленные небольшие глаза… а на голове шапка волос, рассеченная пробором… Да это ты, Карп, Сидор, Семен, ярославский, рязанский мужичок, соотчич мой, русская косточка! Давно ли попал ты в Сфинксы? Или и ты тоже что-то хочешь сказать? Да, и ты тоже – сфинкс. И глаза твои – эти бесцветные, но глубокие глаза говорят тоже… И так же безмолвны и загадочны их речи. Только где твой Эдип? Увы! не довольно надеть мурмолку, чтобы сделаться твоим Эдипом, о всероссийский сфинкс!» («Сфинкс», 1878).

Обилие сфинксов наблюдается у поэтов. У Вячеслава Иванова: «Смолкли, уснули, тревожны, угрюмы, / Старые Сфинксы – вечные думы…» («Ясность», 1882), «Единых тайн двугласные уста, / Себе самим мы – Сфинкс единый оба» («Любовь», 1902); у него же – совпадение двух образов из «Москвы – Петушков» – фата-морганы (31.16) и Сфинкса: