Красная каббала - Григорий Климов

Бычков Сергей (Ред. – Сокращённый вариант)

Накануне созыва Поместного собора в августе 1917 года русский философ Николай Бердяев пророчески писал: «Священный Синод в последний период своего существования подвергся тому же разложению, что и бюрократия, в нем была та же гниль, что и в государственной власти. Церковное управление было навязано старой государственной властью и разделяет ее судьбу».

Как жаль, что написанное много десятилетий назад актуально и сегодня.

18 июля 1961 года в Троице-Сергиеву лавру съехались православные епископы со всех концов СССР. Для них это была возможность не только побывать в столице, но и встретиться с собратьями, друзьями и близкими. Это было нелегкое время – разгар хрущевских гонений на Русскую православную церковь. После литургии, как обычно, патриарх Алексий I пригласил епископов на торжественный обед. И вдруг как снег на голову – во время обеда им объявили, что состоится Архиерейский собор. Никто не подозревал, какова повестка этого Собора и кто его готовил. Из вступительного слова патриарха епископы с изумлением узнали, что Синодом предпринята реформа приходской жизни и отныне священник является лишь наемником церковной общины, которая вольна его уволить, когда ей захочется. От них самих требовалось лишь утвердить эту реформу.

Говорят, что история повторяется. Сначала как трагедия, потом как фарс.

Как и 39 лет назад, 18 июля 1999 года епископы приехали в лавру в день памяти преподобного Сергия Радонежского. Отслужив литургию, сели за стол и вдруг узнали, что «есть такое мнение» – не созывать в феврале 2000 года Поместный собор, заменив его юбилейным, Архиерейским.

И вновь НИ ОДИН ИЗ ЕПИСКОПОВ НЕ ПОДНЯЛ ГОЛОСА ПРОТИВ КЕЛЕЙНОГО РЕШЕНИЯ СВЯЩЕННОГО СИНОДА, ГРУБО НАРУШИВШЕГО УСТАВ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ.

С той только разницей, что в 1961 году в лавру приехал один из епископов-исповедников – Ермоген (Голубев), который мог бы выступить против антиканонического решения Синода, навязанного ЦК КПСС. Но его не пустили ни на обед, ни на заседание.

Сегодня нет ЦК КПСС, Администрация Президента не вмешивается во внутреннюю жизнь церкви, а правительство и подавно. Кого же испугались православные епископы в свободной от гнета большевиков России? Почему ни один не выступил против грубейшего нарушения Устава Русской Православной Церкви, принятого на Поместном соборе 6-9 июля 1988 года?

В нем недвусмысленно заявлено:

«1. В Русской Православной Церкви высшая власть в области вероучения, церковного управления и церковного суда – законодательная, исполнительная и судебная – принадлежит Поместному Собору».

Это означает одно – не только в кризисные времена церковный народ решает назревшие проблемы сообща: епископы, духовенство и миряне.

Пункт 2-й Устава гласит: «Собор созывается Патриархом (Местоблюстителем) и Священным Синодом по мере надобности, но не реже одного раза в пять лет, в составе архиереев, клириков, монашествующих и мирян».

Ценность этой формулировки в том, что она предельно лаконична и не допускает каких-либо иных толкований. Тем не менее он грубо нарушен Священным синодом дважды. Первый раз синодалы отменили Поместный собор 1995 года, сославшись на то, что предыдущий, 1990 года, был внеочередным. Действительно, он был созван в основном для выборов патриарха. Но почему это мешало созвать очередной Собор в 1995 году?

Священный синод до сих пор остается наиболее закрытой структурой в Русской церкви. Если до перестройки все заседания Синода аккуратно заносились в особый журнал, то теперь, по предложению митрополита Калининградского и Смоленского Кирилла (Гундяева), часть щекотливых проблем, обсуждаемых синодалами, не заносится в журнал, оставаясь скрытой не только от современников, но и от историков.

Почему заседания синодалов окутаны такой таинственностью? Быть может, Священный синод – некое подобие ЦРУ или СВР, которые разрабатывают секретные операции? Да нет, в Синоде обсуждаются проблемы, которые не только не являются секретными, но представляют огромный и отнюдь не праздный интерес и для духовенства, и для мирян.