Резонансы мужества - Федор Колпаков

Какие слова! Юноша был поражен той ясностью, с которой слова Спасителя ответили на его многие вопросы и юношеские страхи. Через всю свою жизнь он пронес память этой беседы со старцем, огонек маленького духоносного открытия, произошедшего под крышей кельи одного из насельников старинной обители.

На всю жизнь он запомнил тот памятный и волнительный день, когда трижды подняв брошенные священником на пол ножницы, он вышел из храма монахом – отцом Тихоном.

События революций и гражданской междоусобицы отец Тихон встретил уже зрелым человеком и опытным священником. И что бы с ним ни происходило, никогда в жизни он не забывал слов одного из своих наставников, услышанные им в ходе долгих бесед с этими умудренными старцами. Ничто в жизни не смогло лишить его веры в Бога, усомниться в призыве Спасителя, многократно произнесенного своим ученикам.

«Не бойтесь», – говорил он тем из своих прихожан, кто терял веру, испытывая на себе остервенение, с которым новая власть бралась за решение всех проблем. «Не бойтесь», – тихонечко благословлял он своих товарищей по камере, которых в неизвестном направлении выводили из их казенной обители в частые периоды его арестов.

И удивительное дело – Господь хранил отца Тихона, выводя его из самых мрачных застенков, проведя его путем опасной и многолетней ссылки.

Огромных усилий его близким в первые дни войны стоило его – еще крепкого старика, но имевшего клеймо «врага народа» устроить стрелочником одного из пунктов железной дороги, ведущей в город. Здесь он и трудился, меняя в будке нескольких поселковых женщин, на плечи которых война взвалила все трудности тыловой жизни.

Почти всегда, когда по железнодорожному полотну, рядом с будкой, проносились воинские эшелоны, отец Тихон выходил к ним. Ни студеные зимние ночи, ни марево летних дней не останавливало его. Не стали препятствиями и возможные последствия за то, что он, выйдя к поездам, часто на высокой скорости несущимся в сторону фронта благословлял их уносящиеся вдаль силуэты. Молодые лица солдат, строгие контуры часовых у накрытой брезентом военной техники, проносились перед взором этого пожилого мужчины. Он, смахивая слезки, выступившие то ли от мороза, то ли от потока, несущегося от железнодорожного состава ветра или еще от чего-то, осеняя их священническим благословением, ничего и никого уже не боясь на этом свете, твердил слова, уже давно ставшие девизом его жизни: «Детушки мои, не бойтесь».

Сколько их было в эти годы великого противостояния нашего народа, простых людей, которые превозмогая все: непосильный труд, голод и унижение, надругательства, болезни, потери близких, свою боль и, главное, страх, обветренными и обмороженными устами, всем разумом и самим сердцем рождали невероятные резонансы мужества, подкрепленные словами: «Мы не сдадимся, нас не сломить, мы победим», заряжая этой верой, этой энергией самих себя, своих близких и даже грозное оружие, разившее ненавистного врага.