Хитничья жила - Дина Серпентинская

Козлова такой ответ устроил. Проверку потенциальная сотрудница прошла.

–Насмотришься еще!– сказал он бодро.– Этого добра у нас навалом: вмещающие дуниты, считай, на девяносто процентов состоят из оливина. Андрадит встречается не так уж часто, в основном демантоид и топазолит²⁹. Ну ладно, вижу, что основы знаешь. Геологию конкретно нашего участка тебе по ходу расскажу.

Стоять так можно было долго, но начальника карьера ждали срочные дела. Михаил Андреевич быстрым шагом направился к экскаватору и на ходу махнул рукой, мол, пошли со мной, не отставай.

Когда они подошли, «карьерный дятел» прекратил долбежку и из кабины спрыгнул коренастый мужичок. Мозолистыми пальцами он достал из пачки сигарету и затянулся, сощурив от удовольствия глаза.

–Ну че, дядь Миш! Белая херня еще не вылезла, зелень сплошняком одна! Докудова долбить?

–Леха, ты че при даме материшься? Не белая херня, а жила! Ща посмотрим, че там у тебя. Перекури пока!

«Дама» хотела сказать, что за годы работы подобный лексикон стал для нее привычным, но делать этого не стала, а прониклась симпатией к начальнику, который, будучи суровым полевым геологом, в ее присутствии следил за языком. Она кивнула машинисту в знак приветствия, и Козлов представил их друг другу:

–Алексей, управляет нашей птичкой. А это Валентина, новенький геолог, будет жилы нам искать.

Леха ответил коротким кивком. Несмотря на крепкое сложение, он обладал комичными чертами лица. Огромные светлые глаза с бесцветными ресницами и крупный, характерной формы рот, а также лысина делали его похожим на популярного в недавнем прошлом Крейзи Фрога³⁰. Выглядел он лет на сорок пять, но был не старше сорока; что значит, работа на производстве отнюдь не молодила.

Экскаватор стоял на ровной площадке, наступая гусеницами на край ямы, ширина и глубина которой достигали метра полтора. Гидромолот застыл в ожидании команды машиниста. Он отбивал породу с противоположной стенки, расширяя яму до тех пор, пока не встретит жилу – контролирующий геолог за этим внимательно следил.

Перед тем как отлучиться, Михаил Андреевич сказал пройти по зелени до условной метки, а дальше ничего не трогать; Леха так и сделал. Теперь Козлов спустился в яму и с минуту осматривал стенку, после чего сказал:

–Приконтактовая зона, какая красота.

–Контакт между жилой и вмещающей породой?

–Да, на-ка посмотри.

Валя наклонилась и взяла из его рук темно-зеленый образец с петельчатой структурой.

–Серпентинит?

–Да, аподунитовый серпентинит. Вишь, какой трещиноватый? Здесь был разлом, образовались трещины, крупные заполнились жилами. Демантоид кристаллизуется как на стенках трещин, так и в самих жилах. На нашем участке тектоника важна не меньше, чем минералогия. Запомни это. Зона разлома – важный поисковый признак, его не упускай.

К яме подошли двое рабочих, тех, кто недавно занимался откачкой воды. Оба были крупными, физически развитыми мужиками. Один был похож на среднеазиата, широкоскулый, с узкими глазами, а второй – типичный голубоглазый славянин.

–Где все?– спросил у них Козлов.

–В балке.

–Пойти их, что ли, разогнать, бездельников?– спросил он Валю.

Напускная строгость вызвала улыбку.

–Ну че, дядь Миш, а мне куда долбить?

–Лех, не торопи. Иди вон с мужиками, попейте чаю, а бездельников тех разгоните! Сейчас отвезу геолога на станцию, вернусь, и мы с вами продолжим,– распорядился Михаил Андреевич, как только выбрался по насыпи из ямы.

Мужики довольно загалдели и направились к опушке леса, где стоял потемневший от времени балок. Из-за хорошей маскировки в тени деревьев Валя только сейчас его заметила. Дверца отворилась, и троица шагнула внутрь.

–А еще геологи здесь есть?– спросила она с интересом.

–Есть, куда ж без них. Димка пришел после горного университета. Летом занимался шлиховым опробованием, а сейчас документирует канаву. Когда закончит, хочу его на жилу натаскать, чтоб контролировал работу экскаватора вместо меня. На мне отчет, зимой уеду в город, на карьере буду появляться раза два в неделю. Нужен здесь толковый человек,– поделился планами Козлов.– А еще сезон работал Славка, техник, промывал шлихи. С неделю как уволился.

–А в чем причина, если не секрет?

–Да не секрет. Нашел что-то на золоте в Иркутской области, сказал: там плотят больше, и ушел…

–Значит, из геологов – мы с Димкой?

–Выходит, так. Но больше и не надо. Основные поисковые работы мы прошли. К лету наберем ребят, если потребуется.

Когда они вернулись на базу, Алик-джан сидел на табурете во дворе и чистил над ведром картошку. Он вглядывался в лица и, видимо, пытался угадать итог прогулки: остается новенькая на карьере или нет. Поскольку здешний быт разнообразием не отличался, любые перемены воспринимались с интересом, а появление женщины, единственной на целый штат мужчин,– вдвойне.

Перед тем как сесть в машину, Валя помахала Алику рукой и сказала громко, чтобы он расслышал:

–До свидания! Скоро увидимся!

–Да свиданиа!– привстал тот с места.

«Форд» выкатил с площадки и покинул базу. Алик проводил его полукивком-полупоклоном, а затем сел на табурет и вернулся к своему занятию. Через полчаса он должен ставить мясо на огонь, чтобы встретить мужиков горячим ужином – на этот раз наваристой шурпой.

* * *

В тот же день Валя созвонилась с управляющим директором и доложила о поездке на карьер. Теперь, когда начальник участка все показал и рассказал, вид работ больше не вызывал вопросов, а условия проживания и того превзошли все ожидания: заселиться в отдельный домик было ей за счастье, она сказала, что готова приступить к работе.

Антон Садырин дал добро на понедельник, шестое октября. Уточнив в отделе кадров важный для нее момент, он предупредил заранее, что в первый месяц устроит ее по договору подряда, пока она не принесет им трудовую книжку. Деваться было некуда, и Валя согласилась.

Теперь она хотела получить расчет за вахту и следом же отправить заявление на увольнение в Красноярск. Но знала: сообщи она сейчас, есть риск, что ее кинут и не заплатят ничего. Когда имеешь дело с такого рода фирмами, приходится хитрить и выжидать. Ей ничего не оставалось, как запастись терпением. Деньги должны были перевести в начале октября, но время шло, а извещений о зачислении не приходило.