Большой круг - Мэгги Шипстед

Мальмё, Швеция

55°32 ʹ N, 13°22ʹ E

2февраля 1950г.

Полет– 10,471 морских миль

Эдди впостели, втемном гостиничном номере, подгорой одеяла изгусиного пуха. Каким-то чудом он втепле, жив издоров. Заокном нанебольшую городскую площадь падает снег, набухая ровным слоем, маслянисто-желтым всвете уличных фонарей. Дома узкие, скрутыми крышами иаккуратными рядами окон, накозырьках снег.

Они планировали лететь вОсло, ноиз-за грозы посадка оказалась невозможной.

–Акуда?– крикнула Мэриен, перекрывая грохот искрежет самолета, иЭдди, подойдя ккартам, ткнул пальцем наюжную оконечность Швеции– Мальмё.

Покрайней мере, они полетят ненад водой. Если разобьются, думалон, пожалуйста, пусть натвердой земле. Порадио, сквозь волны помех, он покрупицам собрал информацию: условия вМальмё неважные, ноне смертельные. Кое-как нашел аэродром. Кое-как Мэриен посадила самолет. Аэропорт Буллтофта. Вовремя войны Эдди слышал, что поврежденные истребители вынужденно садились там, нелетели обратно вАнглию.

Мягко падающие снежинки, крошечные частички оледеневшего кружева, просеивающиеся сквозь свет фонарей, кажутся такими нежными, невинными, ноэто посланцы черного слепого бешенства, которое даже сейчас висит надаккуратными крышами, благочестивыми шпилями иточными башенными часами. Он видел, какхлопья носятся ироятся вокруг самолета, яростно бросаясь нанего, атеперь мирно укрывают площадь, накапливаясь безобидной пылью, выбитой изнеба.

Нателе должен быть какой-то шрам, оставленный грозой, думает Эдди, какой-то след, помимо холода. Он просидел целый час впочти обжигающей ванне, ношрам никуда неделся. Какмогут две столь разные точки пространства существовать рядом, одна наддругой? То, что он видит вокруг– постельное белье, горячая вода, выключатели иобогреватели,– фрагмент тщательно выстроенной, приятно убедительной исовершенно бессмысленной иллюзии надежности, прочности.

* * *

ВГонолулу, вконце китайского квартала, он нашел дешевую гостиницу. Выцветшие якоря игавайские танцовщицы облепили окна тату-салонов. Впродуктовых магазинах илавках специй подвывесками счужеземными иероглифами выставили перекореженные корешки ибанки снеизвестными порошками. Вовлажном тропическом воздухе витало зловоние: гниющие фрукты, следы отпотоков речных нечистот.

Надо было видеть это место вовремя войны, сказал ему бармен. Вбаре непротолкнуться отморяков, очереди вбордели навсю улицу, все оттягиваются ссамого утра.

–Ачто делать? Свет-то отключали,– пояснилон.– Теперь бордели закрыли, хотя сутенеры, по-моему, ничуть нелучше, но, если хочешь, могу познакомить ссимпатичной девушкой.

–Нет, спасибо,– ответил Эдди, глядя бармену вглаза.– Невмоем вкусе.

Бармен понизил голос, наклонился ближе:

–Если хочешь еще чего-нибудь, загляни в«Кокосовую пальму».

После второго посещения «Кокоса», какзаведение называлось внароде, он повел парня ксебе вгостиницу. Энди, потерявший вовремя высадки вНормандии левую руку, учился вГавайском университете нагрошовую правительственную стипендию ипредложил Эдди показать город. Они лежали намелком белом песке пляжа, поднимались накрасноземные холмы, чтобы посмотреть стрелковые окопы времен войны, ели толстые блины изорехов макадамии ссоусом измаракуйи.

–Зачем тебе понадобилась кругосветка?– спросил Энди, когда они загорали наверху одного изокопов.

Подголыми спинами горячий бетон. Энди заложил руки заголову. Безволосая культя время отвремени все еще поражала Эдди.

–Ей нужен был штурман. Мне было скучно.

–Скучно. Ну да. Если скучно, можно сходить вкино. Ты действительно хочешь лететь?

Внизу догоризонта раскинулся океан. Эдди боялся предстоявших им длинных перелетов надводой: доКадьяка, доНорвегии, доАнтарктиды, доНовой Зеландии.

«Учеловека нет шестого чувства, которое, судя повсему, ведет морских птиц тысячи миль надокеаном, где нет дорог». Первая фраза изруководства Авиации сухопутных войск. Ноиногда Эдди подумывал, что, может, унего какраз есть недостающий инстинкт. Ввоздухе он точно знал, где находится, хотя немогбы доказать илиобъяснить, откуда ему это известно.

–Мне хотелось попробовать что-то по-настоящему трудное,– ответил он Энди.– Невчеловечески-эмоциональном смысле, ав практически-техническом. Ты всегда находишься где-то, только надо понять где. Место, куда ты хочешь отправиться, существует. Ты просто должен его найти.

Как-то вечером, когда они вышли из«Кокоса», заними двинулась группка моряков. Эдди велел Энди необорачиваться. Тот ине оборачивался, ноодин изморяков бросил вних бутылку, ударившую Энди поспине, итеперь уже пришлось обернуться Эдди. Энди удрал, правда, Эдди неособо возмутился.