Хрустальное озеро - Мейв Бинчи

— А вы получаете эти знания даром, — добавил Филип.

Школьницы дружно улыбнулись.

Филип знал, что он перед Кит в неоплатном долгу.

— Я купил тебе букетик для корсажа, — сказал он. — И положил в холодильник, чтобы он не завял. Просто в знак дружеской благодарности.

— Ты замечательный друг, — ответила Кит и обняла его за шею.

Ощутив прикосновение к ее груди, Филип едва справился с желанием прижать Кит к себе и поцеловать в губы.

— Ты тоже, — с трудом выдавил он.

Дублинцы прибыли на трех машинах около шести часов вечера. В баре было светло и уютно. Филип принес им на пробу по бокалу подогретого вина с корицей.

— Если вам не понравится, мы поймем, что подавать его гостям не следует, — сказал он.

Кевин О’Коннор смотрел на него с любопытством. Это был уже не тот незаметный Филип, с которым он учился в колледже. А гостиница не была дырой, как ее презрительно назвал Майкл, проезжая мимо. Элегантное здание обвивал плющ, у входа стояли кадки с красивой зеленью. Новогоднее убранство тоже выглядело вполне стильно.

Комнаты оказались намного удобнее, чем он предполагал. Кевин делил номер со своим другом Мэтью, за поведением которого обещал следить. Брать в напарники брата-близнеца не имело смысла: Майкла О’Коннора должна была всю ночь ублажать Клио Келли. Везет же некоторым с девушками из Лох-Гласса…

— Чертовски симпатичное место, Филип, — сказал Кевин. Его спутники дружно закивали.

— Спасибо.

Филип выглядел уверенно. Он удалил со сцены родителей, сказав, что те должны будут приветствовать гостей в баре в половине восьмого, когда все начнется. Но не раньше. Он чувствовал небывалое возбуждение. Кажется, все сбывалось. От сегодняшнего вечера зависела не только его карьера, но и успех долгосрочного плана женитьбы на Кит Макмагон.

Кит попросила отца и Мору выехать пораньше.

— Но я хотел выпить с Питером по пинте у Лапчатого, — сказал Мартин.

— Нет. Сделаете это в баре.

— Там так мрачно… — начал он.

— Сегодня ты его не узнаешь, — пообещала Кит.

Мора выглядела замечательно. Черное платье с рукавами из черного шифона очень шло ей.

— Ужасно не хочется надевать на него пальто, но я боюсь замерзнуть…

— Тут всего несколько метров, — сказала Кит. — Жалко мять такое красивое платье.

— Мора, надень пальто, как положено порядочной женщине, иначе схватишь пневмонию.

— У Лилиан есть боа, а я в своем выгляжу как уборщица, — с досадой ответила Мора.

— Папа, можно задать тебе один вопрос? — Мартин поднял брови. — Ты помнишь тот меховой палантин, который был у мамы? Похожий на пелеринку?

— Кажется, помню. А что?

— Вряд ли, потому что она его почти не надевала. Он лежит в коробке в моем шкафу на случай, если я когда-нибудь стану его носить. Сомневаюсь, что он мне пойдет. Может быть, отдадим палантин Море? — Она знала, что рискует. Имя матери в их доме давно не упоминалось.

— Кит, это очень мило с твоей стороны, но я не думаю…

— Папа, мне очень хочется… Можно, правда?

— Детка, палантин твой, и ты имеешь полное право им распоряжаться. Я буду доволен, если он понравится Море. Очень доволен.

Кит вернулась через минуту. Палантин лежал в коробке, завернутый в бумагу. От него слегка пахло нафталином. Это была маленькая пелеринка с застежкой впереди. Вещь была старомодная, почти антикварная, но на Море должна была смотреться хорошо. Кит накинула ее на плечи мачехе и сделала шаг назад, чтобы полюбоваться эффектом.

— Потрясающе!.. Полюбуйся на себя в зеркало.

Зрелище и вправду было роскошное. Палантин был сшит словно для Моры, но застежка не сходилась.

— Нужно скрепить его черной лентой, — тут же нашлась Кит. — Сейчас принесу из комода.

Когда она вернулась, отец и Мора держались за руки и в глазах Моры стояли слезы. Оставалось надеяться, что ничего плохого не случилось.

— Наверно, мне не стоит его надевать… Кто-нибудь может вспомнить, что его носила Элен.

— Я ни разу в жизни не видел, чтобы она его надевала.

— Папа, это ты его купил?

— Не помню… Нет, наверное, палантин у Элен уже был, но я не могу припомнить, что видел его на ней. Мора, дорогая, я буду рад, если ты станешь его носить.

— Может быть, он был ей дорог… — все еще колебалась она.

— Едва ли. Иначе она бы… — Кит в ужасе остановилась. Она чуть не сказала, что иначе мать взяла бы его с собой в Лондон.

— Что «иначе»? — посмотрела на нее Мора.

— Иначе мы видели бы, что она его надевала… Дай мне продеть ленту… Ну вот, теперь ты будешь королевой бала.

— А когда ты наденешь свое платье?

— Оно в гостинице. Я не хочу надевать его, пока не закончу дела на кухне.

— А шеф-повар не возражает, что ты забрала у него бразды правления?

— Назвать Кона Дейли шеф-поваром может человек только с очень богатым воображением. С него и повара-то много. Кон так рад, что мы избавили его от хлопот, что готов лизать нам пятки.

Вошел Эммет и попросил завязать ему галстук-бабочку.

— Это должна делать твоя подружка, — сказала Мора, ловко справившись с заданием.

— Я не буду интересоваться девушками еще несколько лет, — ответил Эммет.

Кит перехватила его взгляд и улыбнулась.

— Очень разумно, — промолвил Мартин Макмагон. — Если бы все думали так же, это пошло бы стране на пользу.

— Увидимся в гостинице, — бросила Кит и убежала.

Стиви Салливан увидел ее в окно второго этажа и постучал в стекло:

— Не хочешь подняться и помочь мне одеться?

— К сожалению, нет, — ответила она. — Я должна была принять вахту еще пять минут назад, а законы войны очень суровы. Я сама их составляла.

— И не прифрантилась… — разочарованно сказал Стиви.

На Кит была обычная стеганая куртка, из-под платка выбивались растрепанные волосы.

— «Прифрантилась»… Хорошее слово. Ладно, скоро увидимся.

Стиви наблюдал из окна за тем, как она вбежала в гостиницу.

«Центральную» было невозможно узнать. Кадки с зеленью, тщательно подстриженный плющ, яркая новая вывеска с лампочками, заодно подсвечивавшими и красивый старый дуб.

Странно, что Кит не заметила голодного взгляда Филипа. Она не была жестока и не стала бы дразнить его. Просто не понимала, что сын владельца гостиницы влюблен в нее по уши.

Кит прошмыгнула на кухню. Она не хотела слышать громкие голоса, доносившиеся из бара, среди которых выделялся зычный бас Мэтью. Нужно будет еще раз предупредить Кевина, чтобы он не спускал глаз со своего приятеля.