Москва – Петушки. С комментариями Эдуарда Власова - Эдуард Власов

34.8 C. 81. …между деревней Тартино и деревней Елисейково… —

Тартино и Елисейково – реальные и по сей день существующие деревни Петушкинского района.

34.9 …у скотного двора… —

Непременная реалия крестьянского быта; была хорошо знакома Пушкину: «Варенье, вечный разговор / Про дождь, про лен, про скотный двор…» («Евгений Онегин», гл. 3, строфа I); «Порой дождливою намедни / Я, завернув на скотный двор…» («Евгений Онегин», «Отрывки из путешествия Онегина»).

Кроме того, как «Скотный двор» переводилось название романа Дж. Оруэлла «Animal Farm», в 1960–1970-е гг. широко распространенного в СССР в самиздате.

34.10 …В девять ноль-ноль по Гринвичу. —

См. 31.8.

34.11 – До свидания, товарищ. Постарайся уснуть в эту ночь…

– Постараюсь, усну, до свидания, товарищ… —

Возможно, отсылка к Михаилу Светлову: «Мы с тобою, товарищ, / Не заснули всю ночь» («Глубокая провинция», 1935).

Попытаться скрыть волнение и беспокойство накануне решительной битвы, вести себя как можно более естественно – вот как должны действовать настоящие революционеры:

«[Вечером 23 октября 1917 г. в Петрограде.] Какой-то броневик все время медленно двигался взад и вперед, завывая сиреной. На каждом углу собирались густые толпы. Горячо спорили солдаты и студенты. Медленно спускалась ночь, мигали редкие фонари, текли бесконечные волны народа… Так всегда бывало в Петрограде перед беспорядками. Город был настроен нервно и настораживался при каждом резком шуме. Но большевики не подавали никаких внешних признаков жизни; солдаты оставались в казармах, рабочие – на фабриках» (Рид Дж. Десять дней, которые потрясли мир. С. 69).

34.12 …я с самого начала был противником этой авантюры… —

Существительное «авантюра» и производные от него в конце 1960-х гг. широко использовались коммунистической пропагандой для характеристики внешней политики, которую проводило руководство Китая. Вот типичные газетные заголовки: «Политика авантюр» (Правда. 1969. 18 марта); «Позор пекинским авантюристам» (Правда. 1969. 19 марта); «Авантюристический курс китайских властей» (Правда. 1969. 19 марта); «Логическое следствие авантюризма» (Правда. 1969. 26 марта). У Высоцкого китайские лидеры определены как «любители опасных авантюр» («Письмо рабочих тамбовского завода китайским руководителям», 1964).

34.13 C. 81. …бесплодной, как смоковница. (Прекрасно сказано: «бесплодной, как смоковница».) —

Аллюзия на известную сцену из Нового Завета с участием Иисуса Христа:

«Поутру же, возвращаясь в город, взалкал; и увидев при дороге одну смоковницу, подошел к ней и, ничего не нашед на ней, кроме одних листьев, говорит ей: да не будет же впредь от тебя плода вовек. И смоковница тотчас засохла. Увидевши это, ученики удивились и говорили: как это тотчас засохла смоковница? Иисус же им в ответ: истинно говорю вам: если будете иметь веру и не усомнитесь, не только сделаете то, чтó сделано со смоковницею, но, если и горе сей скажете: поднимись и ввергнись в море, – будет; и все, чего ни попросите в молитве с верою, получите» (Мф. 21: 18–22; см. также Мк. 11: 13–14; Лк. 13: 6–9).

34.14 Я с самого начала говорил, что революция достигает чего-нибудь нужного, если совершается в сердцах, а не на стогнах. —

Стогна или стогны (устар., поэт.) – площади, а также широкие улицы; часто встречаются у поэтов. У Пушкина: «И на немые стогны града / Полупрозрачная наляжет ночи тень» («Воспоминание», 1828). У Некрасова: «В глухую полночь, бесприютный, / По стогнам города пройдешь…» («Несчастные» (1), 1856). У Фета: «На стогны длинные…» («Диана», 1847). У Пастернака: «Иные вырастают стогна» («Близнец на корме», 1913). У Мандельштама: «И медленный день, как в соломе проснувшийся вол, / На стогнах, шершавых от долгого сна, шевелится» («За то, что я руки твои не сумел удержать…», 1920), «Когда городская на стогны выходит луна…» («Когда городская на стогны выходит луна…», 1920). У Цветаевой: «топочущие стогна» («Деревья» (4), 1922).

О революционном воспитании сердец, естественно, много написано у Ленина:

«Восстание должно опираться на революционный подъем народа» («Марксизм и восстание);

«Нетрудно было прогнать царя – для этого потребовалось всего несколько дней. Не очень трудно было прогнать помещиков – это можно было сделать в несколько месяцев, не очень трудно прогнать капиталистов <…> Тут надо, чтобы пролетариат перевоспитал, переучил часть крестьян <…> Задача борьбы пролетариата еще не закончена тем, что мы свергли царя, прогнали помещиков и капиталистов <…> Мы говорим: нравственность – это то, что служит разрушению старого эксплуататорского общества и объединению всех трудящихся вокруг пролетариата, созидающего общество коммунистов» («Задачи союзов молодежи»);

«О диктатуре пролетариата не могло бы и речи быть, если бы пролетариат не выработал в себе большой сознательности, большой дисциплинированности, большой преданности в борьбе против буржуазии, то есть той суммы задач, которую необходимо выдвинуть для полной победы пролетариата над его исконным врагом. <…> В такой момент борьбы мы должны <…> бороться против буржуазии и военным путем и еще более путем идейным. <…> Необходимо воспитать сознание, что нельзя, недопустимо стоять вне <…> борьбы пролетариата» («Речь на Всероссийском совещании политпросветов»).

Нарком Луначарский вспоминал о революционном сердце: «Я не могу без изумления вспоминать эту ошеломляющую работу и считаю деятельность Военно-революционного комитета в Октябрьские дни одним из проявлений человеческой энергии, доказывающим, какие неисчерпаемые запасы ее имеются в революционном сердце и на что способно оно, когда его призывает громовой голос революции» (Луначарский А. В. Человек нового мира. М., 1980. С. 627).

34.15 Но уж раз начали без меня – я не мог быть в стороне от тех, кто начал. Я мог бы, во всяком случае, предотвратить излишнее ожесточение сердец и ослабить кровопролитие… —

Как революционер-пацифист Шмидт у Пастернака: