The Firm. История компании McKinsey и ее тайного влияния на американский бизнес - Дафф Макдональд

Может ли консультант, работающий с компанией-клиентом, действительно утверждать, что не участвует в коммерческой сделке? На первый взгляд, эта мысль представляется практически абсурдной. Выходит, что консультант способствует увеличению прибылей, действуя при этом совершенно бескорыстно. Но именно эту линию избрал Бауэр, и его позицию усвоили тысячи последователей McKinsey. «Я все еще бегу на работу – разумеется, я говорю фигурально, – рассказывал в 2010 году Рон Дэниел, почтенный бывший управляющий директор McKinsey. – Это может походить на материнские чувства, [но это] служба. Наша работа отличается от работы врача или священнослужителя, но мы находимся здесь потому, что по-своему служим клиентам, и идея служения оказалась для меня важной».[75]

Бауэр реализовал концепцию служения, предписав подход к зарабатыванию денег, основанный на принципе «все за одного и один за всех». Он распорядился, чтобы все консультанты имели доли в одном большом пуле доходов фирмы, а не только получали жалованье в соответствии с должностью. Это способствовало подъему предпринимательского духа в фирме, распределению рисков, связанных с открытием новых офисов, и стимулировало свободную циркуляцию талантов и знаний в пределах фирмы. Такая политика посылала также ясный сигнал потенциальным клиентам: если вы заручаетесь услугами McKinsey, в вашем распоряжении все ресурсы и возможности фирмы.

Чтобы действовать в соответствии с этой философией, Бауэр разработал новый язык. Люди и компании, обращавшиеся к McKinsey, становились клиентами, а не покупателями фирмы. Консультанты McKinsey играли роль, а не выполняли работу. У фирмы имелась практика, а не бизнес, в ней работали члены фирмы, а не сотрудники. Фирма не торговала, она не располагала ни продуктами, ни рынками. Фирма не вела переговоров с клиентами об условиях сотрудничества – понятие «переговоры» предполагает известную враждебность между сторонами. Вместо переговоров фирма занималась достижением договоренности с клиентами. У фирмы нет правил – только ценности. И самое главное: McKinsey не компания, а Фирма.

Бывали случаи, когда McKinsey Бауэра действовала не так, как полагается живущему в миру духовенству. Хотя Бауэр оговаривал, что фирма никогда не выпрашивает работу и никогда не рекламирует свои услуги, McKinsey издала брошюру «Supplementing Successful Management» («Дополняя хороший менеджмент») объемом в 42 страницы и тиражом 2000 экземпляров. Большая часть тиража попала в руки реальных и потенциальных клиентов. В 1966 году McKinsey провела рекламную кампанию в журнале Time, замаскировав рекламу под объявления о поисках сотрудников. Заголовок одного из таких рекламных объявлений гласил: «Что нужно для успеха в McKinsey?» Ответ на этот риторический вопрос был таким: «Выдающиеся интеллектуальные способности, отточенные первоклассным образованием, в сочетании с воображением, необходимым для решения сложных проблем; уверенность в своих силах и способностях, умение формулировать мысли и чуткое отношение к другим людям (эти качества ведут к высокой личной эффективности); и, разумеется, хорошая репутация и высокие профессиональные стандарты».

Послание явно адресовано в равной мере как потенциальным соискателям работы в McKinsey, так и потенциальным клиентам фирмы. Она, однако, снова отрицала, что преследует какие-либо рекламные цели.[76]Настойчивые утверждения McKinsey об отсутствии некой PR-стратегии попросту неверны: в 1960-х годах фирма заключила контракт с Pendleton Dudley, одной из первых компаний, профессионально занимавшихся выстраиванием отношений с общественностью. Позднее McKinsey воспользовалась услугами Murden and Co., консалтинговой фирмы, державшейся в еще более густой тени, чем McKinsey. Murden and Co. стояла у истоков ежегодных Билдербергских конференций, пользующихся огромным влиянием на Западе.