Дорогой Никто. Настоящий дневник Мэри Роуз - Джиллиан Маккейн

* * *

Дорогой Никто!

Сейчас полтретьего дня, и я жду, когда закончится фильм, чтобы уйти тусоваться на весь вечер. Надо найти работу – ежевечерние тусовки влетают в нехилую сумму.

* * *

Дорогой Никто!

Ну, в общем, я сижу на заднице и смотрю фильм. Уже без четверти десять. Я должна быть в городе сами знаете с кем, но Джефф позвонил и сказался больным, дескать, из дома сегодня не выползет.

Черт, как это погано, я ведь приоделась и выгляжу просто суперски.

Ладно, не последний день живем…

* * *

Дорогой Никто!

В общем, я трахнула Джеффа два с половиной раза. Третий не засчитан – все продлилось секунды две. Два первых раза были немного дольше (типа того). Один раз я заснула (прямо в разгар процесса), и Джефф на меня здорово рассердился, поэтому вчера я сильно набралась и загуляла с его другом Сэмом. Крутой Сэм идеально подходил для мести. Мы начали целоваться, и это было ОЧЕНЬ классно. Он страшненький, но я все равно занялась с ним сексом – назло Джеффу. Позже я рассказала Джеффу об этом, но ему, похоже, все равно.

Жаль, что я скоро умру, иначе я бы перетрахала всех его друзей, чтобы РЕАЛЬНО его задеть.

* * *

Дорогой Никто!

Да, я трахнула твоего лучшего друга!

Я знаю, ты разъярен, не притворяйся.

Ха, ха, ха, я трахнула твоего друга!

Ну, и кто смеется последним?

Я бессердечная козырная сучка.

Все твои друзья меня хотят, так что не важно кого.

Да, я трахнула твоего лучшего друга,

И он мне понравился больше,

Потому что я мстительная шлюха.

Я трахнула твоего лучшего друга.

Теперь ему есть что рассказать.

Потому что я послала тебя, на хрен, в ад.

Я трахнула твоего лучшего друга,

И теперь он хочет еще.

Он тебе не настоящий друг, но я обязательно

Трахну твоего лучшего друга,

Потому что ты оп… оздал.

Можешь думать о тех, кого я трахаю, пока будешь мастурбировать.

* * *

Дорогая Хейли!

У меня в школьном рюкзаке двадцать семь катушек с пленкой, которую надо проявить, – снимки с прошлых выходных. Все это очень странно, потому что выходные я провела в дешевом отеле с людьми, которые, как мне казалось, меня ненавидят. Сэм и Вики с восторгом наблюдали, как я затеяла драку с тем, кто вел себя как подонок. О’кей, я запустила бутылкой в своего бывшего бойфренда Джеффа, потому что он сидел на диване, когда я вошла.

В том другом клубе девица, которая решает, кому войти, а кому нет, почти что меня не пустила: прошлым летом я им тут все заблевала и так нализалась, что не могла идти. Я этого не помню, но девица явно ПОМНИЛА. В итоге с Вики мы зашли бесплатно, а официально пустили только Сэма, потому что у него были деньги. Да-да, мне это тоже показалось бессмыслицей.

Короче, войдя, я принялась всем рассказывать о другом клубе, в котором мы только что были («Табернакль»). Сэм с Вики не танцевали, а я зажигала с очень приятными геями. Несколько девушек тоже танцевали, но большинство лишь таращили глаза или смеялись надо мной. Сэм и Вики просидели в углу все время, пока я танцевала. Я фотографировала, но снимки могут не получиться – в баре было темновато. Я очень надеюсь – что-нибудь все же получится. По дороге в мотель я спросила Сэма:

– Почему они так странно на меня реагировали?

Вы не поверите, что он ответил! Оказывается, я смахиваю на панка, а клуб был готский!

Ну, не бред? А мне все равно было весело!

Скучаю и всегда буду тебя любить.

Мэри Роуз.

* * *

Дорогой Никто!

Я нашла работу в «Макдоналдсе», чтобы оплачивать свои гулянки. Провались этот «Макдоналдс»! Ненавижу здесь все! Школу я бросила и работаю по сорок часов в неделю (восемь часов в день). Мой начальник – сволочь, чтоб ему тоже провалиться, субтильный сволочной гомик, который орет на меня, пока не доведет до слез, мать его. Или «ее». В общем, так его перетак обоими способами. Я уже два дня пропустила. Еще один прогул – и меня уволят.

ПРОВАЛИСЬ ОНО ВСЕ!

С Джеффом я поссорилась, мы уже давно не разговариваем (ссора была ВЫДАЮЩАЯСЯ), а машина есть только у него. У Вики была машина, но сломалась – во весело! В смысле, НИЧУТЬ НЕ ВЕСЕЛО! Может, я позвоню Джеффу и извинюсь. Теперь, когда у меня работа, я хочу развлекаться и тратить деньги, но не одной же это делать. Позвоню ему завтра. Может быть. О, позвоню-ка я Вики, может, она захочет сходить погулять…

* * *

Дорогой Никто!

Мы с Джеффом вроде как помирились. Я позвонила первой. Интересно, у него ко мне такие же чувства? Я уверена, что люблю его – в каком-то извращенном смысле, но, по-моему, он со мной не вполне честен. Я с ним (в основном) честна, просто очень сложно все не испортить. Я вскипаю из-за мелочей, которые Джефф себе позволяет, но как-то так выходит, что я потом долго перед НИМ извиняюсь. Он как будто чует, когда я выкину очередную глупость – можно подумать, у него радар встроен.

Я знаю, он со своими приятелями считают меня слабой на передок чокнутой сучкой, но мне искренне плевать, потому что они придурки. Однако мне не все равно, как реагирует Джефф, когда они поливают меня грязью. Небось выпендривается за компанию. Видимо, я это заслужила.

Черт, я по нему соскучилась. Мы давно не виделись, а по телефону говорю в основном я – Джефф нагло включает свою музыку. Я даже не знаю, слушает он меня или нет. Может, я его привлекаю не как личность, а чем-то еще? Не знаю.

Господи, я его люблю. Время от времени Джефф говорит что-нибудь прекрасное и умное, и я сразу понимаю, какой он замечательный.

А потом он ляпает откровенную глупость, и я начинаю думать, что он умственно задержавшийся.

* * *

Дорогой Никто!

Я получила первую зарплату и отпраздновала с Джеффом, потратив большую часть. Остальное я ему одолжила (или его приятелям). Вчера у него не хватало денег на ганджубас, потому что он купил новую машину, и я ему немного помогла, как делала ВСЮ НЕДЕЛЮ. И после моей невиданной щедрости Джефф СНОВА попросил в долг. Я говорю – нет, мне и на себя что-то надо, но могу заплатить за бензин. Джеффу ЭТОГО показалось мало: он наглел на глазах и повысил голос. Мне стало неловко – он орал на меня в своем гараже, при том что его предки были дома.

Я всего-то хотела нормально провести вечер!

Я Джеффу так и сказала, твердо решив больше денег не давать, и он будто рехнулся. ВЗОРВАЛСЯ! Как заорет не своим голосом: