Искушение временем. Книга 1. Не ангел - Пенни Винченци

— Я окончательно решила доверить королеву Анну вам, — сказала она Селии. — Несчастная женщина. Вы представляете, семнадцать детей — и только один пережил младенческий возраст. Я чувствую, что компания, которая способна издавать книги так, как вы издали «Меридиан», меня устраивает. Но я настаиваю на моем одобрении окончательного варианта текста. В прошлом у меня бывал не вполне удачный опыт с редакторами. Я научилась быть осторожной.

Селия заверила ее, что, конечно, за автором остается право одобрить окончательный вариант текста, и контракт был подписан. Это резко поубавило критику Оливера в ее адрес. Он был весьма благодарен жене за новое приобретение. Однако к другому ее проекту — о жизни женщин во время и после войны под названием «Женщины на этой войне» — он отнесся более чем прохладно, хотя к изданию готовился уже четвертый выпуск.

— Да, издание идет неплохо, — согласился Оливер, — но эта книга не соответствует уровню «Литтонс», она слишком примитивна.

Огромным усилием воли Селия заставила себя промолчать. Но ее неожиданно поддержала ММ.

— Послушай, Оливер, — заявила она на одном из ежемесячных совещаний, которые — к огромному облегчению Селии — снова начала регулярно посещать. — Прекрати, наконец, постоянно тарахтеть о том, что́ издавать, а что́ нет. Время сейчас нелегкое, и если книги сносные и хорошо идут, значит надо продолжать их выпускать.

Оливер ничего не ответил, но позже, когда они остались наедине в кабинете, ММ сообщила Селии, что Оливер, как ей кажется, стал просто невыносимым.

— Я понимаю, что на него повлияла война и все такое, но он вернулся уже давным-давно, и, по-моему, тебе хватит церемониться с ним, Селия, иначе мы останемся с грудой всякой белиберды, которую никто не захочет читать.

Селия подошла к ММ и крепко обняла ее.

— Как же я по тебе соскучилась, — призналась она и рассказала ММ о предложении Джека издавать военную литературу и о реакции Оливера.

— Мне кажется, не такая уж это плохая идея, — высказалась ММ, — такого рода книги люди станут приобретать для своих библиотек. Продажи будут, возможно, невелики, но… В общем, по-моему, стоит согласиться. Я буду голосовать за. — Селия решила, что ММ, как и Оливер, просто руководствуется родственными чувствами, но та словно прочла ее мысли. — Я не очень-то уверена в том, что это можно поручить Джеку, — добавила она с несколько мрачной улыбкой, — за ним пока что надо присматривать. Не успеешь оглянуться, как он уже устанет, ему сделается скучно и он примется за что-то еще. Кстати, у него много весьма полезных связей. А мысль сделать книгу из дневников твоего прадеда, по-моему, просто превосходна.

— Ну вот разве что только она, — хмуро заметила Селия, но в результате проголосовала за проект Джека. Одолеть трех Литтонов ей было не под силу.

— Дорогая моя! — воскликнул Джек, входя поздно вечером в гостиную, где она сидела и читала. — Дай сжать тебя в объятиях и выразить мою признательность. А это мой подарок тебе.

— За что? — скромно спросила Селия, хотя, разумеется, знала, и сдержанно поцеловала его в ответ.

— Как? За согласие, чтобы я присоединился к вашей чудной компании. Оливер ясно дал мне понять, что этого не случится, пока ты не одобришь.

— Неужели? — удивилась Селия.

— Абсолютно точно. Ты знаешь, как он ценит твое мнение во всем, выше для него только Бог. Ну же, открой подарок.

Она вскрыла маленькую коробочку из «Асприз». В ней лежала золотая брошь в форме дерева, усыпанного маленькими бриллиантовыми листочками, — очень красивая и, конечно, страшно дорогая. Селия улыбнулась Джеку и позволила ему приколоть брошь к платью.

— Смотрится очень красиво. Прямо создана для тебя. Наверное, ювелиры однажды видели, как ты проходила мимо, не иначе.

— Джек, это просто чудо. Мне безумно нравится. Спасибо. Но ты не можешь постоянно тратить деньги на подобные вещицы. Если ты собираешься работать в «Литтонс», это составит твою зарплату за пять лет.

— Значит, я хорошо потратил эту свою зарплату. Да, Оливер что-то упоминал насчет небольших окладов. В любом случае я с нетерпением рвусь в бой. Я намерен усердно работать.

— Придется, — улыбнулась Селия, — мы очень требовательные хозяева. В одиннадцать часов тебе уже не позавтракать, юный Джек.

— Конечно нет. Я буду на работе утром, днем и ночью.

— Мне кажется, это пагубно скажется на твоей светской жизни, — рассмеялась Селия, — но тем не менее звучит достойно. — Она взглянула на него. — Скажи мне, Джек, что это ты вдруг решил поработать в «Литтонс»? Не слишком ли запоздалое вхождение в издательский мир?

— Э-э… — растерялся он, — не знаю. Просто… взбрело в голову.

— А, — с невозмутимым видом кивнула она, — тогда понятно.

Селия не решилась признаться Джеку, что навела справки и узнала о том, как он в течение шести месяцев пытался найти хоть какую-то работу в Сити и везде получил отказ. До боли знакомая история, которую, в том или ином варианте, рассказывали все ветераны войны.

Селия улыбнулась и позволила себе быть великодушной.

— А теперь мне надо идти, — сказал он.

— Уже? — Она взглянула на часы. Был двенадцатый час. — Джек, я чувствую себя старухой.

— Нужно повидать одну девушку. Совершенно сногсшибательную.

— Правда? Как это необычно. Красотку Стеллу?

— Бог с тобой, нет. Я от Стеллы, честно говоря, немного устал. Она — только между нами — изрядный вымогатель.

— Да что ты говоришь? Так бросай ее поскорее. Ну а эта — как ее звать?

— Лили. Лили Фортескью.

— Красивое имя. Она — сейчас угадаю — актриса?

— Да. Совершенно замечательная. Работает в новом ревю.

— Да ну? И красивая?

— Просто прелестная. В общем, я пошел, иначе вернусь совсем поздно. Поведу ее ужинать. Спокойной ночи, дорогая. Еще раз спасибо.

Селия нежно улыбнулась ему вслед. Успешен или нет окажется его книжный проект, но в офисе с Джеком будет весело.

В тот вечер Лили Фортескью пребывала в приподнятом настроении.

— Я прошла прослушивание, — захлопала она в ладоши, — и получила роль в следующем ревю.

— Куколка, это же просто чудесно. Я так переживал за тебя, ты просто чудо! А какая у тебя роль?

— О, у меня их целая куча, — похвасталась Лили, гордясь тем, что Джек считает ее величайшей звездой со времени Мистингетт[28]. — Есть несколько даже очень серьезных. Я пою и танцую, как ты знаешь.

— О, это великолепно! Когда премьера?

— Не раньше весны. Репетиции начнутся уже после Рождества. Поэтому я пока поработаю в «Причудах».