Девушка из высшего общества - Татьяна Бонкомпаньи

Лили заметила, что Роберт все чаще задает вопросы через ребенка, как будто их шестимесячный Уилл не слюнявый потребитель молока, а универсальный переводчик, владеющей множеством языков и работающий в ООН.

— Мы ходили к моему бывшему редактору в «Джорнал», — ответила она. — Ты ведь не забыл Виктора?

— Нет, конечно. А почему ты о нем вспомнила? — поинтересовался он с легкой подозрительностью в голосе.

Ей это понравилось.

— Хотела узнать, не возьмет ли он меня внештатным сотрудником. Но выяснилось, что им урезали бюджет. — Лили потянулась за чипсами, но, вспомнив о диете, достала из холодильника плотно закрытый пакет с очищенной морковью и вымытыми стеблями сельдерея.

— Это очень плохо. Но разве ты не можешь писать для других изданий?

— Хелен предложила познакомить меня с редактором из «Нью-Йорк сентинл».

— Дорогая, это великолепно. Ты обязательно должна воспользоваться такой возможностью.

— Что я и собираюсь сделать, — произнесла она с непроницаемым лицом.

— А что у нас на ужин? Умираю от голода, — набив чипсами рот, улыбнулся Роберт.

Несмотря на усталость, Лили меньше чем за час запекла в духовке свиную вырезку и приготовила на пару рис и брокколи с оливковым маслом. Ужиная с Робертом, она кормила Уилла. Потом, пока муж загружал посудомоечную машину, искупала малыша, снова покормила грудью и положила в кроватку. И естественно, именно в тот момент, когда ей хотелось поторопиться, он отказался уступать без боя. Лили успокаивала Уилла, обнимала и гладила — ничего не помогало. Она качала его на руках, ходила с ним по комнате и пела песенки, но все равно малыш смотрел на нее широко открытыми глазами. И только в два часа ночи, во время третьего кормления подряд, Уилл наконец поддался усталости, и его веки с длинными ресницами закрылись.

Переодевшись в безразмерную хлопковую футболку, Лили упала в кровать совершенно измученная. Голова кружилась от усталости. Уже засыпая, она почувствовала, как Роберт положил руку ей на талию и потерся животом о ягодицы. Его плоть была твердой и увеличивалась с каждой секундой. «Может быть, если не реагировать, он оставит меня в покое». Лили крепко зажмурилась и постаралась не шевелиться.

— Лил? — прошептал Роберт, забираясь рукой под футболку и лаская ее грудь — ту самую, которую малыш терзал все это время.

«Ради Бога, пожалуйста, пусть он уберет руку с моей груди», — взмолилась она.

Вывернувшись из объятий мужа, она изобразила сонное ворчание:

— Дорогой, ведь уже ночь.

— М-м-м, — простонал он, делая вид, что не слышит.

Его руки сначала обхватили ее за талию, а потом скользнули под хлопковые трусики. Он начал поглаживать ее клитор, стараясь хорошенько возбудить, чтобы на этот раз проникнуть внутрь без ужасного крема лубриканта, который они использовали с того момента, как врач Лили разрешил им заниматься сексом. В ту же ночь они попробовали, и Лили было очень больно, даже хуже, чем при потере девственности. На следующее утро, заглянув в Интернет, она узнала, что ее «проблемы с сухостью влагалища» — еще один досадный побочный эффект, связанный с рождением ребенка и кормлением грудью. Но даже несмотря на эти новые знания, из-за увлажняющего средства и презерватива их сексуальная жизнь постепенно превратилась в тягостное и неприятное занятие, а потом и вовсе сошла на нет.

И вот сейчас, через три долгих месяца без секса, Роберт выбрал ту самую ночь, когда она валилась с ног от усталости и не желала, чтобы к ней прикасались. Лили видела два выхода из этой ситуации. Сказать мужу, как не вовремя у него проснулось желание? Но это может перерасти в ссору. Позволить ему делать что хочет? Тогда есть шанс, что через десять минут все закончится. Подумав несколько секунд, она выбрала второй вариант, но с оговоркой.

— Только не прикасайся к моей груди, — попросила она Роберта, и на этот раз он, видимо, услышал ее, потому что старался держать руки как можно дальше.

Естественно, восемь минут спустя он кончил и, скатившись с нее, улегся на спину.

— Я люблю тебя, дорогая, — сказал он, убирая прядь волос с лица Лили.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она, довольная, что смогла удовлетворить мужа и трехмесячный перерыв наконец-то закончился.

И все же, засыпая, она размышляла: захочет ли когда-нибудь секса так, как раньше? Начнет ли снова получать удовольствие, или теперь всегда будет как сегодня — приятно, но без эмоций.

Закрыв глаза, Лили подумала: «Будет ли мне когда-нибудь так же хорошо, как в наш первый раз?»