Большая книга перемен - Алексей Слаповский

____ ____

__________

__________

__________

____ ____

__________

Все пребывает в движении.

Отец Михаил, увидев вошедшего в храм Павла Витальевича, продолжил службу для трех старушек, а сам думал: извиняться, что ли, пришел? Ну пусть, мешать не стану. Он хоть и сукин сын, прости меня, Господи, но все-таки тянет его что-то к Богу, хотя сам, наверное, этим недоволен. Блуждает? А кто не блуждает?

Павел, достояв до конца, подошел к отцу Михаилу, сказал:

– Простите, отец Михаил, наговорил я прошлый раз… Надо было меня по шее.

– В следующий раз получите, – пообещал отец Михаил. – Выйдем-ка из храма с такими разговорами.

Вышли на вечерний свежий воздух.

– Я что хочу сказать, батюшка: любит она меня.

– Ну, Бог вам в помощь.

– Венчаться, правда, не хочет.

– Почему?

– Некрещеная.

– Тогда нельзя, в самом деле.

– А если она окрестится?

– Тогда и поговорим.

– Вы бы встретились с ней, отец Михаил, вы же человек образованный, все умеете объяснить. А меня, сами видели, как шатает, читать чего-то читал, а ничего толком не понял.

– То есть вы предлагаете мне уговорить ее уверовать?

– Ну, не знаю, сразу может не получиться. Но как-то ее убедить, что окреститься – не во вред. Детей грудных вон крестят, а они разве что соображают, разве верят? Они еще папу-маму не узнают, не то что…

– Душа их уже все знает.

– Ну, и у нее душа, может, знает, а она сопротивляется. То есть не то что сопротивляется, а… Характер.

– То есть она не хочет?

– Мы об этом еще всерьез не говорили.

– Поговорите. Захочет сама прийти, придет. Тогда и разберемся.

– Но в принципе возможно?

– Что?

– Окрестить, даже человек еще не совсем поверил?

Отец Михаил хмыкнул:

– Это, знаете, советские времена напоминает: вступи сначала в партию, а потом помаленьку станешь коммунистом.

– Тогда кандидатский стаж был. Год.

– У нас стажа нет. Главное даже не верить, а от души хотеть верить и хотеть креститься. Только вы никому не говорите, что я вам это говорил.

– Почему? Хорошие слова, правильные. Я ей так и скажу. Спасибо, отец Михаил.

Павел Витальевич ушел, радостный и обнадеженный, а на сердце отца Михаила пала великая грусть. Сколько знал он крещеных ради обряда, и сам таких крестил, понимая, что веры у них нет, а так, стремление, как ученые говорят, к социальной адаптации и идентификации.

Ничего, ничего. Терпеть надо. Все надо вытерпеть, иначе жить невозможно.

А про оградку опять не заговорил: опять не тот момент, нехорошо.

Свадьбу наметили в сентябре, времени было еще достаточно, но Павлу не терпелось уже как-то готовиться. Бросив многие неотложные дела, он задумал перестроить гостевую столовую, убрать всю дешевую роскошь. Может, и в других комнатах что-то изменить. Даша готова была набросать эскизы, ее увлекла эта идея.

Она и к отцу Михаилу согласилась пойти, но позже, надо дозреть. Павел не стал ее торопить.

В общем, жизнь Павла наполнилась приятными подготовительными хлопотами. Был даже вечер, когда Даша готова была остаться, но на этот раз Павел проявил мужество, сказав:

– А то мы с тобой сразу все переделаем, на завтра ничего не останется.

Даша не поняла. Ну да, подумал Павел, она же не видела этого фильма![10]Тут до него дошло, что Даша не видела не только этот фильм, но и все другие, которые помнят люди его поколения. Она не читала книг, которые они читали, не слышала тех анекдотов, которые они знают наизусть, и, уж конечно, никогда не пела тех песен. А ведь для них это как пароль-отзыв, чувство близости и единения.

Павел, вспомнив, что Даша и раньше не реагировала на слова, которые, казалось ему, всякий человек в этой стране знает, понял, что перед ним задача – подтянуть ее, образовать. Чтобы, по крайней мере, если услышит о «празднике, который всегда с тобой», знала, что это Париж и Хемингуэй.

Впрочем, у молодых теперь свои словечки и кодовые фразы. Сказала она как-то шутливо: «Всем отправляться в жопу и оттуда не возвращаться»! – и Павел понял, что это цитата, но откуда, не знал[11].

Павел решил подковаться, засел за компьютер, старательно изучал несколько дней молодежные сайты, странички с новейшими приколами, байками. Он подделываться под молодого не будет, но понимать то, что говорит Даша, хочет.

А еще он представлял долгие зимние (именно почему-то долгие зимние) вечера, когда будет рассказывать о своей жизни, попутно объясняя детали, частности и подробности, чтобы Даша составила хоть какое-то представление о его прошедшей жизни, хотя бы так почувствовала причастность к ней.

Даша была занята, к свадьбе не готовилась, продолжала развивать удачно начатое дело. Отрыть офис – замечательно, по-прежнему поддерживать свой сайт – тоже хорошо, иметь постоянные контакты с загсами – правильно. Но есть еще родильные дома, детские сады, школы, все это тоже можно охватить. А наткнувшись в Интернете на базы данных, где имелись сведения о любом человеке (пусть часто неполные и не во всем правильные), Даша придумала гениальное: с помощью этих баз находить людей, у которых, к примеру, через неделю юбилей свадьбы, день рождения (желательно круглая дата), выход на пенсию и т. п., звонить им (телефоны в базах имелись) и вежливо предлагать видео– и фотосъемку, альбомы на память в уникальном исполнении. Даша попробовала – получила в первый же день пять заказов! Удачнее всего было наткнуться не на юбиляров, а их родственников, которые всегда бывают озабочены, что подарить, – а тут само в руки идет решение, и относительно недорого (для начала Даша не задирала цены). Пришлось взять смышленого юношу, учащегося театрального факультета Сарынской консерватории, который наивно пришел «сняться для какой-нибудь обложки, если заплатите». Даша тут же переориентировала этого блондинистого красавчика с вкрадчивым голосом, которому все равно нечего было делать на каникулах, посадила на телефон, объяснила задачу. Но тут же возникла другая проблема: где взять столько фотографов? Однако и она решилась – через сообщество сарынских фотолюбителей Даша дала объявление: если кому нужна подработка, милости просим! И всех встречала, со всеми говорила, показывала образцы, давала задания, принимала работу, сердилась на плохое качество, хвалила за старательность.