Я другая - Андрей Кузечкин

Найти бы этого Мортибуса и — из пистолета в упор!

Кто же он такой? Видимо, какой-то мститель. За что мстит — непонятно. У ненормальной девчонки не было ни одного настоящего врага, до сих пор ее по преимуществу недолюбливали, но ненависти не было. Теперь, конечно, Светка появилась, но ведь Мортибус начал писать письма еще до этого! Как он там себя описал? Двадцать шесть лет, среднего роста, волосы русые, книжки хорошие читает… Элен не знала никого с такими приметами.

Кажется, здесь все сложнее. Конечно, у Элен есть тайный ненавистник, и это точно кто-то из одноклассников (поэтому он знает и как выглядит Элен, и какие тайные сделки она совершает). Или, что вернее, из одноклассниц. Он или она давно мечтал отомстить и вот недавно приступил к выполнению зловещих планов. Для этого дела был привлечен профессионал: тот самый, кто пишет от имени Мортибуса. Вероятнее всего, это хахаль одной из одноклассниц. У него хороший слог, он имеет неплохие связи, и вообще, чувствуется, ему пальца в рот не клади. Короче, попала наша Леночка. Хорошо еще, что пока нужно только за старухой ухаживать. Это даже на месть не тянет, так, легкое глумление. Ну, может, дальше будет хуже…

Как бы обезопасить себя от Мортибуса и того, кто его нанял? Элен вспомнила о том симпатичном незнакомце и его платке с номером, который Элен уже переписала к себе в телефон. Если он действительно богат, то можно завести с ним дружбу (или даже что-то большее — конечно, временно) и попросить заступиться. А вот тогда и посмотрим, кто круче!

В тот же день, четверг, когда было получено письмо, мама поинтересовалась у Элен:

— Ты в субботу до скольки учишься?

— Ты же знаешь, что до двенадцати!

— Отлично! Витя за вами заедет!

— Витя? В смысле Оксанкин муж?

— Да! Оксана вас с Юлей пригласила к себе на выходные!

Ну вот, подумала Элен, этого еще не хватало.

— Зачем это надо, мама?

— Витя с Оксаной наконец-то закончили ремонт, хотят, чтобы вы полюбовались. Особенно Юля, она там вообще еще ни разу не была!

— Мама, давай начистоту. Что вы тут собрались такое делать, что нас пришлось выселять?

Мама засмеялась:

— Да, Ленка, от тебя ничего не спрячешь! Папа одну хорошую сделку организовал, теперь хочет это дело отметить.

— Пьянку устроить?

— Вечеринку, — поправила мама. — Соберется человек двадцать папиных партнеров по бизнесу. Мы подумали, что вам с Юлей здесь будет не очень интересно…

М-да… В данной ситуации визит к Оксане и ее мужу — просто меньшее из двух зол. Элен с детства ненавидела все эти застолья, когда разные небритые дядьки, дышащие алкогольными парами, и размалеванные толстые тетки норовили поцеловать ее в лоб, а потом спрашивали у мамы: сколько лет принцессе, как учится, есть ли жених на примете?

— Хорошо, я согласна.

Мама потрепала ее за ушко:

— Эх, Ленка! И лицо-то такое сделала, будто не рада!

В субботу после уроков Элен и Юле пришлось ждать минут пятнадцать. За это время Элен решилась рассказать Юле о Мортибусе. И рассказала.

Юля с любопытством дослушала пересказ последнего письма и поинтересовалась:

— И что, ты ходила к этой старухе?

— Ты знаешь, да… Вчера. Пришла, позвонила. Она открывает. Совсем беспомощная старуха, по квартире ездит на инвалидной коляске. Я говорю: меня прислали к вам уборку сделать. Она глухая, пришлось три раза повторять. Ладно, пропустила она меня, даже ничего не сказала. Отъехала в сторону, смотрю: не квартира, а помойка! Мусору навалено… Какие-то тряпки, объедки засохшие, пузырьки от лекарств, паутина кругом. И запах мерзкий: смесь дерьма и корвалола. Старушечий запах. Часов пять я все это дело убирала, а она, значит, позади меня сидела в своей каталке и смотрела, чтобы я ничего не сперла. Хотя и спирать-то было нечего. То еще удовольствие: я на карачках ползаю, а она мне задницу своим взглядом сверлит! Ну, я убралась, она мне: спасибо, любезная. Так и сказала. И двести рублей на стол положила.

— Ты взяла?

— Взяла… — хмуро ответила Элен. — Сто.

— Почему не двести?

— Даже не знаю. Ну что это за деньги — двести рублей? А для старухи это десять буханок хлеба. С другой стороны, вообще нисколько не взять было неправильно, я же старалась!

— Леночка! А ведь это только начало.

— Да, Юлик, ты права. Этот Мортибус за меня взялся крепко.

— Ты подозреваешь кого-нибудь? Это кто-то, кто тебя хорошо знает.

— Я и это поняла. Но зацепок больше нет.

— Может, кто-то из твоих бывших мальчиков? Ведь у тебя были мальчики?

— Были, но это не они. Они бы до такого не додумались.

— Ты уверена? Мальчики иногда бывают очень умные.

Хм… Элен уперла взгляд в облака и задумалась.

Первым делом вспомнила Диму, того самого, что отымел ее на вечеринке, а потом поинтересовался: «Ты кончила?» Это точно не он. Дима, конечно, мстительный, но максимум, на что его хватило, это дождаться Элен в подъезде и накинуться на нее. И получить под дых.

А вот как раз перед ним был один, по имени Илья. Студент первого курса гуманитарного вуза, а сейчас он должен быть на третьем, если его не отчислили. Этот мог.

«Вернусь от Оксаны с Витей, займусь этим вариантом», — решила Элен.