Любовь... с двух сторон - Ник Сполдинг

В сущности, что мне терять? Остатки гордости? А кому вообще нужна эта гордость?

Шабаш должен был происходить в ночном клубе «Чита Лаундж», где пасутся темные личности и постоянно кого-то увечат. Рай этот расположен в центре города. Полагаю, самая популярная точка для свиданий наскоро. Наверное, там дешевая выпивка — утешительный бонус для тех, кому весь вечер напоминали про их ущербное одиночество и убогость.

Прибыл туда, нацепив нарядно-повседневную униформу. Огромный вышибала у двери пропустил меня внутрь с ухмылкой, означавшей «еще один мозгляк, которому не с кем». Возможно, мне померещилось. И эта улыбочка не означала ничего подобного. Но всю дорогу от дома до клуба мне казалось, будто каждый встречный знает, куда я прусь, втайне хихикает и тычет пальцем в мою сторону.

Ориентируясь по самодельным и довольно коряво написанным табличкам, развешанным по стенкам, обрамлявшим роскошные интерьеры, я пробрался на задворки клуба, в заведение с латиноамериканской атмосферой. «Эль Читос». Стены были топорно расписаны всякими сомбреро, веерами и маракасами — я понял, что тут лучше забыть о всяких привычных рамках.

У входа меня встретила сухопарая нервозная распорядительница Наташа. На ее месте я нацепил бы, что ли, пышные усы, как у Эмилиано Сапаты, и пончо…

— Ваше имя?

— Глен Артишок.

Зачем я назвался Гленом Артишоком? Вы, конечно, подумали, это я со злости (потому что ввязался в эту историю). Не так все однозначно. Понимаете, я насмотрелся криминальных фильмов, их по ящику все время крутят.

Недавно подсел на документальный сериал «Убийцы в юбках». У каждой из героинь имелись свои причины на кровавые разборки, но одна была общей. Уничтожению подлежали только мужчины. И представьте, Рейлин Дрисколл, милашка из Алабамы, высматривала себе жертву именно на таких вот «быстрых свиданиях». Потом сжигала дом счастливца и его в придачу. Между прочим, до ареста ей удалось приготовить хорошо прожаренные стейки из шестерых парней.

А вот еще согревающая душу история про Мицу Блейк. Эту веселую и находчивую девушку следователи прозвали Леди-Ножницы, потому как любила она искромсать уснувшего дружка кухонными ножницами. За неделю могла управиться с тремя, а очаровывала их в ближайших от дома питейных точках.

Уяснив, что может случиться с каждым кротким и простодушным холостяком, я просто обязан был подстраховаться. Если серийная убийца затесалась среди сегодняшних участниц, ей придется очень долго разыскивать Глена Артишока.

— Вот, держите, Глен. — Наташа протянула бейджик с вписанным маркером моим-не-моим именем, под огромной цифрой тринадцать. — Мы скоро начинаем, но, если хотите, можете пока что-нибудь выпить. Как приступим, позовем вас.

Приколов бейдж к пиджаку, я вежливо улыбнулся и вошел в бар.

Там толклось человек тридцать: и мужчины, и женщины, вид у всех несколько испуганный. У меня самого наверняка не лучше. Я заказал неопасный напиток и, стараясь не привлекать к себе внимания, стал изучать публику.

Честно говоря, не столько дам, сколько своих будущих соперников. Я понимал, что проявляю довольно странный интерес, но ничего не мог с собой поделать. В толпе выделялся парень в белом костюме из хлопка, сальный такой тип. Заметно было, что он регулярно наведывается в спортивный зал. Остальные выглядели средне. Точнее, никак. Угрюмые тени. Я совсем раскис, сообразив, что выгляжу примерно так же. Надо было надеть что-нибудь более броское. В костюме Бэтмена я едва ли покорил бы много сердец, но зато, черт возьми, меня не смогли бы забыть!

…А вот среди женщин вроде бы ни одной замотанной и злобной. Я был приятно удивлен, настроение поднялось. Может, и не зря сюда притащился.

Прошло минут пять, я нервно потягивал свою диетическую колу. Наконец Наташа повела нас в большой танцевальный зал, обнаружившийся за плотными голубыми шторами.

В зале были по кругу расставлены столики и стулья. Там расположились шестнадцать участников и столько же участниц. Каждая беседа длилась не больше пяти минут. Дамы оставались на месте, а кавалеры перемещались справа налево, за другие столики. После первых восьми сеансов нам дадут возможность промочить горло и сходить в туалет.

И еще: всем заранее раздали специальные карточки, на случай если кого-то захочется снова увидеть: надо было вписать имя приглянувшегося объекта. Тем, чье заветное желание окажется обоюдным, организаторы обещали устроить еще одно, теперь уже наверняка «правильное» свидание.

Как просто и как эффективно. Невольно подумалось, что «быстрые свидания» придумали немцы. Потом вспомнил, что «сосок» с немецкого дословно переводится как «бородавка на груди». Нет, они чересчур неромантичны, так что вряд ли.

…Я подошел к тринадцатому столику и сел напротив рыжей головки с широко распахнутыми глазами и острым носиком.

Прозвучал звонок и… пошло-поехало!

Не стану описывать подробности всех «свиданий» (главным образом потому, что каждый раз где-то в середине разговора мне уже хотелось повеситься). Но кое-какие детали запомнились.

Первой собеседницей была Кэрол.

Сорок лет, четверо детей, обожает танго. Я не люблю детей, равнодушен к женщинам старше меня, а танцую, только если хорошенько наклюкаюсь. Муж Кэрол ушел к своей массажистке и забрал с собой их песика Тяф-Тяфа. Столько информации всего за пять минут. Многовато, прямо скажем.

Я сообщил ей, что обожаю игру «йо-йо», лучше всех в мире кручу эти диски на веревочке. Еще я бегло разговариваю на суахили, а в свободное время подрабатываю двойником Элвиса Пресли. Ясно было, что мы больше никогда не увидимся, и я позволил себе немного подурачиться. Только успел ей сказать, как называется на суахили мошонка, как прозвучал звонок. Меня уже ждала вторая.

Анджела.

Ей тридцать лет, детей нет. Она постоянно смотрела куда-то вбок, поверх моего левого плеча. Это здорово отвлекало от беседы. Еще и взгляд слегка испуганный. Закралась мыслишка, что за моей спиной стоит психопат с топором или взбесившийся снежный человек и в любую секунду может на меня наброситься.

Анджеле я сказал, что работаю гастрольным менеджером у культовых фолк-попс, да-да, у самих «Вюрцелов». Однажды мне удалось очень смачно поцеловать бузотерку Шинед О’Коннор. Я умею свистеть глазницами… К счастью, зажужжал звонок, иначе меня непременно попросили бы свистнуть таким манером.

Третьей была Брайс.

Американка. Живет в Англии. Работает в японской компании «Нинтендо», где делают компьютерные игры. Она и сама похожа на персонаж какой-то игры. Яркая, резкая, непредсказуемая и очень громкая. Но в отличие от игр, которыми Брайс торгует, ее нельзя выключить.

— Ант и Дек, тащусь от этих телеведущих! — крикнула она. — Такие прикольные!

Я рассказал ей, что сортирую цыплят, определяю, кто курочка, а кто петушок. Никогда не спал в нормальной домашней постели — бродяжья душа. Уверен, что парализованный астрофизик Стивен Хокинг только делает вид, что у него ничего не шевелится.