Приключение на миллион - Питер Мейл

По поблагодарил его за коньяк и продолжил:

— Уже несколько лет у меня есть небольшая собственность в Монако, там власти занимают более умную позицию по отношению к богатым людям и их налогам. Но все-таки существуют две основных загвоздки. Во-первых, в Монако я чувствую себя примерно так же, как вы на самой маленькой яхте, — мне тесно, мне не хватает простора, там слишком много людей. А во-вторых, несмотря на все это бюрократическое сумасшествие, мне нравится жить во Франции. Так утомительно и неудобно сокращать время жизни во Франции до шести месяцев в году.

Знания Беннетта о подоходном налоге для богатых были довольно поверхностными.

— Почему только шесть месяцев?

— Проведете во Франции больше шести месяцев хотя бы на день — и вас тут же объявят резидентом для налоговых целей и набросятся на вас со всех сторон. — По глубоко затянулся сигарой и выпустил колечко дыма. Беннетт с удивлением увидел, что оно было идеально ровным. — И это как раз и подводит нас к нашему маленькому и абсолютно невинному розыгрышу. Как вы знаете, официальной границы между Монако и Францией не существует — ни таможни, ни паспортного контроля, ни иммиграционных стоек. Конечно, властям довольно сложно определить, сколько времени человек проводит по ту или по эту сторону границы.

— И они не желают верить вам на слово, верно?

По поднялся, повернулся спиной к камину и оглядел Беннетта сверху вниз, медленно покачивая головой.

— Нет, мой мальчик, все не так. Видите ли, не они должны доказывать, где я нахожусь, это я должен им это доказать. Я должен представить неоспоримые доказательства того, что каждый год более полугода обитаю в Монако. А будучи французами, они всегда пользуются своим правом брать мои слова под сомнение. Понимаете мою проблему?

— Конечно понимаю, — подтвердил Беннетт. — Но как же вы докажете, что вы там находитесь? Попросите аудиенции у князя Ренье? Или будете каждый день отмечаться в полицейском участке?

— К счастью, до этого дело пока не дошло. Но мне придется представить достаточно убедительные доказательства — счета из ресторанов, квитанции из прачечной, химчистки, от уборщиков, из винных магазинов и так далее. Ну и конечно, солидный счет за телефонные переговоры. Вы же знаете, что французские власти просто обожают телефонные счета. Другими словами, надо установить мое постоянное бумажное присутствие в Монако.

— Ага, — догадался Беннетт.

— Я так понимаю, что суть предложения до вас дошла.

— Кажется, да. Вы хотите, чтобы я стал вами.

— На бумаге. И только в течение следующих шести месяцев, а дальше поглядим. Я буду платить вам наличными, поэтому проблем с налогообложением у вас не возникнет. Конечно же, вы будете жить в моей квартире в Монако. Будете ездить на моей машине, подписываться моим именем, расплачиваться с местными торговцами от моего лица, регулярно посещать два или три ближайших ресторана. Я дам вам образец моей подписи. Вам будет легче ее подделать, если повернете документ вверх ногами. Пара часов тренировки, и вы станете подписываться лучше меня. — По ухмыльнулся и широко развел руки в стороны. — Ну, что вы думаете? Не слишком тяжелое испытание для вас?

Беннетт прикончил остатки коньяка и подавил желание налить себе еще. Он с трудом сдерживал нарастающее волнение от мысли, что ему будут платить за то, чтобы он жил как миллионер. Ну конечно, это мошенничество, однако он с радостью согласится быть его участником.

По сам налил еще коньяка в рюмку Беннетта, проигнорировав его слабые попытки возразить.

— Ну что, как, на ваш взгляд, достойная схема? Вопросы? Возражения? Предложения?

— Должен признать, пара вопросов у меня возникла. Например, вы ведь только что познакомились со мной, а уже предлагаете стать вашим соучастником в утаивании налогов.

— А вас это беспокоит? Вы же сами сказали — все утаивают. Наш маленький план касается только нас двоих — вас и меня. Что, французская экономика разорится? Стариков-пенсионеров выбросят из домов престарелых? Больницы закроются? Может быть, вся нация придет в упадок? Произойдет девальвация франка? Может быть, президент нашей республики откажется от четырех перемен блюд на обед в ресторане «Липе», а то он повадился ходить туда каждый день…

— Да нет… — задумчиво произнес Беннетт. — Если смотреть с этой стороны, то вроде бы все не так уж страшно.

— То есть если мы договоримся о том, чтобы не тревожить наше общественное самосознание, то нам особенно не о чем беспокоиться? Хотя, конечно, существует риск разоблачения.

— Да, кстати, это так.

— Риск минимальный, — заявил По. — Конечно, если кому-нибудь из нас не придет в голову самому раскрыть нашу тайну. — Он улыбнулся, брови поползли вверх. — Но, уверяю вас, это буду не я.

— Ну а если представить себе — только представить, заметьте, такую гипотетическую ситуацию, в которой я оказываюсь «нескромен». — Коньяк придал Беннетту смелости. — Ну, например, через шесть месяцев я… ну, в общем, решаю вас кинуть. Начинаю шантажировать или что-нибудь в этом роде. Почему вы решили, что мне можно доверять?

По вздохнул с таким видом, как будто объяснял наивному ребенку общеизвестные истины.

— В бизнесе, друг мой, такого понятия, как «доверие», просто не существует. Я думал, ваш печальный опыт с господином Бринфорд-Смитом вас этому научил. — Он внимательно посмотрел на Беннетта, давая молодому человеку возможность уяснить, что эта сторона дела была им давно продумана. — Вы понимаете, что мы обсуждаем гипотетическую ситуацию, поэтому прошу не принимать мои слова как направленные лично против вас. Но если вы решите предпринять что-нибудь… ну, выходящее за рамки наших договоренностей, мне придется отказаться от вас. Я скажу, что никогда в жизни вас не видел, и притяну вас к ответу по суду за подделку документов, кражу и преступное самозванство. Мне, конечно, это будет весьма утомительно, но вам будет гораздо хуже. Мои адвокаты не очень дружелюбные люди, да и французские тюрьмы имеют плохую репутацию. По крайней мере, мне об этом рассказывали.

Беннетт моргнул.

— А что, если я сбегу из Франции?

— Я вас найду. Не сам, конечно, Симо найдет, к примеру. А у него очень богатая фантазия, у нашего Симо.

Беннетту представилось, что беззвучный японец может с ним сделать, уж по крайней мере не бокал шампанского подать. Он взглянул на По. Его лицо сохраняло привычное, благожелательно-расслабленное выражение. По упомянул о возможной расправе с добродушным видом, но от этого равнодушного тона по спине Беннетта пробежал холодок. Почему-то он не сомневался в том, что По не моргнув глазом выполнит любую из своих угроз.

Внезапно По рассмеялся и похлопал Беннетта по спине.

— Давайте не будем портить такой приятный вечер. В любом случае мое предложение останется нашим маленьким секретом, взаимовыгодным союзом. Обдумайте его. Вы проведете лето в комфорте, с деньгами в кармане, а я останусь здесь. Мне здесь нравится. Единственным пострадавшим будет безликий налоговый агент, но мне кажется, мы и так слишком много переплатили ему в прошлом. — По докурил сигару и бросил окурок в камин. — И кто знает? Может быть, мне удастся найти вашу пропавшую яхту. Я знаком с несколькими влиятельными людьми на Карибах.