Maserati бордо, или Уравнение с тремя известными - Азарий Лапидус

На следующий день я, безумно счастливый, появился на работе только к двум часам. До этого заехал домой. Переоделся, побрился и даже полчаса побегал на дорожке. Настроение у меня было восхитительное. Вика оказалась на редкость сексуальной особой, вдумчивым партнером, с уважением относящимся к ощущениям другого, знанием и пониманием не только азов любви, но и элементов высших форм, описываемых в книжках, продаваемых в переходах. Считаю, что было бы не по-мужски описывать испытанные мною ощущения.

Не успел я как следует расположиться в своем рабочем кресле – в селекторе зазвучал голос моей помощницы Ларисы. Как мне показалось, в ее интонации я различил едва заметные нотки испуга.

– Яков Моисеевич! К вам посетители, говорят, что вы назначали, но у меня в графике их нет.

Я проверил расписание на день и не нашел никакого упоминания о встрече в четырнадцать ноль-ноль. Надо признаться, что я не люблю незапланированные встречи. Мой персонал, зная это, не позволяет появляться у меня посетителям, если об этом не было договорено заранее. Может быть, именно поэтому Лариса была немного напугана – боялась неадекватной реакции с моей стороны. Но сегодня она ошиблась – мое прекрасное настроение не могла испортить даже внеплановая встреча.

– Пропустите посетителей в офис!

– Они уже в приемной. Проводить к вам?

«Странно, – подумал я. – Для того чтобы войти к нам в офис, необходимо миновать пост охраны, которая имеет четкие инструкции насчет посетителей. Если встреча не была запланирована и имена гостей не поступали от моей помощницы к охранникам, значит, посетители должны были предъявить очень убедительные аргументы, заставившие секьюрити пропустить их». Тем не менее я сказал в селектор:

– Пригласи гостей ко мне в кабинет!

Через несколько мгновений дверь открылась, и на пороге появились два незнакомых мне человека. Они вальяжно подошли к столу. Я поднялся и пожал протянутые руки. Незваные посетители были в дорогих, но неброских костюмах.

Первый, я мысленно назвал его Главным, был выше среднего роста, абсолютно неприметной наружности, но даже под одеждой угадывалась мощь хорошо тренированного человека. Да и рукопожатие у него было такое, что у меня заболела рука.

Второй протянул мягкую и влажную руку, его лицо носило следы постоянных обильных возлияний. Этого я окрестил Мятый. Подобные типы – государственные служащие или профессиональные мошенники, катящиеся вниз с вершин успеха из-за пагубных пристрастий. Хотя сегодняшние посетители не похожи на мошенников, скорее сотрудники или бывшие сотрудники мощной государственной структуры. В подтверждение моей догадки предательски заныло сердце. Это ощущение осталось у меня со времен институтской молодости, когда пару раз меня вызывал куратор КГБ. Дела были пустяковые, но генная память, доставшаяся от деда Якова, отсидевшего свою «пятерку» в сталинских лагерях, подсказывала, что шуток с этой организацией не бывает. Возникают только дополнительные проблемы. Так было в институте, так за несколько секунд размышлений нарисовало мне перспективу воображение и сейчас.

– Слушаю вас внимательно, что привело в нашу компанию? – спросил я и протянул гостям визитные карточки.

Те, не глядя в карточки, положили их перед собой, показывая, что и так знают, к кому пришли.

Мятый начал первым:

– Мы представляем группу людей, занимающуюся антитеррористической деятельностью и под этим углом зрения заботящуюся о моральном здоровье наших соотечественников.

Я прервал его:

– Если можно, то давайте перейдем к делу!

Он тем не менее продолжал как ни в чем не бывало:

– Среди компаний, входящих в нашу ассоциацию, есть юридические, охранные, финансовые и, конечно, строительные. – Произнеся последнее слово, Мятый сделал паузу и пристально посмотрел на меня.

Я же до сих пор не понимал, что этим двум чудакам нужно. Выждав несколько секунд, Мятый добавил:

– Контракт на управление строительством комплекса корпорации «Ферростар» должна была получить наша компания. Мы работали над этой темой полгода. Вдруг появились вы, и мы лишились проекта.

– Был проведен конкурс, объективно выявивший победителя, – произнес я, начинающий понимать, о чем пришли говорить собеседники. Не обманули меня первые ощущения! – Я полагаю, вы прекрасно осведомлены о результатах конкурса…

– Да, – прервал меня все тот же Мятый, – мы осведомлены даже больше, чем вы можете предполагать. О ваших друзьях Котове и Долгих, о снятии участника, претендовавшего на первое место, о спешном подписании контракта.

Я подумал, что всю информацию, которую перечислил мой собеседник, можно было получить всего лишь, крутясь около конкурсной комиссии, но тот продолжал:

– Мы знаем о ваших связях с вице-президентом Котовым и Долгих.

– В этом нет никакого секрета. Эти топ-менеджеры корпорации «Ферростар» курируют проект, – невозмутимо ответил я.

– Не было бы проблем, если бы в ваших контактах с этими людьми не фигурировала некая персона по фамилии Кафтанов, – произнеся эту фразу, Мятый пристально посмотрел на меня.

Вот здесь я впервые начал нервничать. Информация о цепочке «Мы – Кафтанов – Котов – Долгих» могла быть понята, как сговор. При желании умелые оппоненты, грамотно скомпоновав правду и вымысел, создадут ситуацию, при которой почва под нами закачается.

Для начала достаточно было разместить информацию в Интернете и одной – двух деловых газетах. Затем направить письмо с приложением статеек осторожному президенту «Ферростара» Котову, который, вероятнее всего, на всякий случай под каким-нибудь предлогом выведет нас из проекта.

Тем не менее, я собрался с силами и сказал:

– Кафтанов – наш сотрудник. И повторяю: с Котовым и Долгих мы познакомились после подписания контракта!

– Сомневаюсь! – произнес Мятый. – Вам кажется, что вы вышли победителем в этой истории. Так вот, вы сильно ошибаетесь. Мы планировали по результатам работы над этим проектом иметь определенную прибыль, и мы ее получим. От вас. Наши условия: с каждого платежа переводятся десять процентов. Оформляется этот перевод как выполнение работ по оказанию консультационных услуг, ну скажем, правовых или строительных.