Восстание вассала - Александр Смоленский

– Говори-говори, да не заговаривайся! – пробурчал Бессмертнов. – Вот разошелся…

Макарыч отвернулся, демонстрируя собеседнику свою широкую спину.

– Довольно ругаться, – примирительно сказал Бессмертнов. – Коль уж ты так распалился, значит, опасность действительно существует. Давай сейчас поставим не точку, а знак вопроса! А завтра решим окончательно и бесповоротно.

– Как скажете, – вяло согласился Хитров. – Лично я вам все уже сказал.

Едва добравшись до своей резиденции, Бессмертнов прямиком поднялся в кабинет и, как обычно, включил компьютер – просмотреть личную почту. Писали ему по этому адресу крайне редко. Пожалуй, лишь дети, упрямо предпочитающие переписку по мейлу любой другой форме эпистолярного жанра. На этот раз он начал с «Одноклассников», куда в последнее время заходил частенько, и сразу обратил внимание на одно странное послание. Бегло пробежав текст, Андрей Андреевич остолбенел. Не веря своим глазам, он еще раз перечитал электронную эпистолу:

...

«Неужели сам Данист объявился?! Совесть заговорила! Или трусость? Или что-то опять задумал? Он! Конечно, он! Хотя шифруется. Но сообразил, послал письмо сюда, а не на „Форум“, где все, кому не лень, читают, что пишет ему народ».

Мысли Бессмертнова стали путаться, даже до конца не сформировавшись. Сначала он вдруг решил сохранить текст на рабочем столе компьютера. Потом столь же неожиданно для себя распечатал и спрятал его в карман.

«А может, все же это очередная провокация? Может, прав Макарыч, и всех разводит тот самый Андронов? Если так, то какой в ней резон? Лишний раз потрепать нервы? Не слишком ли мелко!? Нет. Скорее всего, это сам олигарх „осчастливил“ его, вступив в личную переписку. Попросит индульгенцию? По тональности письма этого не скажешь. Оно явно написано с искренним желанием встретиться тет-а-тет. Типа объясниться. Опять объясниться? Зачем? Пробовали. Ничего не вышло. И вообще, где он и где я?

«Опять за свое? – одернул себя Бессмертнов. – Опять ставишь всех во фрунт? Не наигрался ли за эти годы? Разве тебя ничему не научили вещие сны? Или за годы во власти так ничему и не научился?»

Вопросы толкались, опережая один другой.

И все-таки главный из них – с какой целью Данист затеял эту игру с письмом?

Андрей Андреевич действительно был озадачен внезапным сюрпризом от человека, который собирался ему отомстить и для этого решился на отчаянный шаг – бежал из мест заключения. То есть в очередной раз нарушил закон. Как с ним после этого можно общаться?!

Где? Куда делся Хитров?

Бессмертнов даже не заметил, как в третий раз нажимает кнопку прямой связи со своим главным охранником. Ему не терпелось немедленно обсудить неожиданное послание. Но прежде все-таки услышать от Макарыча вразумительные разъяснения, почему старый хрен так запаниковал изза безобидной поездки в Альпы. Что это – перестраховка или он что-то знает…

Через минуту Хитров был уже в кабинете и демонстративно встал по стойке «смирно».

– Я все же решил вернуться к теме нашего спора в машине, – без предисловий заявил хозяин кабинета. – Садись и выкладывай. По поводу Альп в штатном порядке страхуешься? Или нечто новое?

– Значит, так, повторю, ситуация серьезная и весьма запутанная, – оставаясь стоять, как на докладе, начал Хитров. – Могу документы показать. Из всех источников, в том числе и неофициальных. Все в один голос информируют о том, что на тебя готовится очередное покушение…

– Снова здорово. Не так давно мы с тобой, Макарыч, вспоминали про эти покушения. Пупок развяжется от усердия, чтобы убить Бессмертнова. И не подсовывай мне никакие бумажки. С этими бумажками у тебя всегда все в порядке. Наши сотоварищи в очередной раз хотят выслужиться. Ты прямо скажи, кто, что, где, когда и как?! Конкретику давай, – нетерпеливо бросил шеф. – Да ты присядешь, наконец? – Так будь у них конкретика, давно нейтрализовали бы угрозу! – продолжил Макарыч с таким кислым выражением лица, словно обиделся за коллег. В чем-то ты прав, Андрей. Твои сотоварищи, возможно, и гонят волну…

– Сам что думаешь? Серьезно? Только не надо мне рассказывать опять об этом свихнувшемся одиночке. Андронов, кажется…

– Гляди, фамилию запомнил, – прокашлялся в кулак полковник. – Если честно, у меня нет точного понимания ситуации. Угроза может исходить от кого угодно. Это может быть и Данист, и Линович. А возможно, и твой преемник. Та же группа Мацкевича – официально, как понимаешь, они утверждать ничего не могут – приватно докладывает, что Данисту помогли бежать некие силы из Москвы, поскольку знали, что тот хочет мстить. А это уже серьезно. Впрочем, я сто раз тебе это говорил.

– Брось наводить тень на плетень. Слышал, как вы одним местом меряетесь с ребятами, которые под моим «Юристом». Так что, Макарыч, ради бога, не нагнетай! – строго прервал охранника Бессмертнов. – Он интеллигентный человек и на такое не способен!

– Ничего я не нагнетаю, Андрей. То, что он интеллигент и интеллектуал, это не аргумент! Между прочим, октябрьскую революцию сплошь интеллигенты возглавляли. Они же и репрессии устраивали! Но не в этом дело. Преемнику – ведь он тоже человек со всеми вытекающими отсюда последствиями – могли подсказать. Люди там у него непростые, битые-перебитые! И, главное, много моложе нас. Им не твоя власть нужна, а твой бизнес и капиталы…

Пойми, Андрей, я вот повторяюсь, как суфлер в провинциальном театре, где идет всего один спектакль. А сам, может, тоже в это не верю. Но и утаивать информацию не могу себе позволить.