Лейла, снег и Людмила - Кафа аль-Зооби

Он сел и подпер лицо руками. Весь его облик выражал беспросветную печаль.

– Я не верю, что ты в состоянии отказаться от меня с такой легкостью. Мне невыносимо грустно, Лейла. Кажется, я не вынесу, если ты покинешь меня. Но я не хочу погибать, не хочу терять надежду. Ты не знаешь, каким потерянным я чувствовал себя до встречи с тобой. Не знаешь, как мало надежды у меня оставалось. Помнишь, я сказал, что я рад испытывать муки и что мечтаю пережить настоящую романтическую любовь? Я и пережил ее. И думаю, что намучился достаточно.

Она слушала, глядя на него, и та самая любовь, которую она испытывала к нему прежде, возрождалась во мраке ее души. Своими словами и настойчивостью Андрей сумел отсеять чувства Лейлы к нему от хаоса других чувств, вызвать их на поверхность – по крайней мере, в тот момент.

Эти чувства захватили ее до такой степени, что его слова на мгновение показались ей яркой путеводной звездой, вспыхнувшей в бездонном мраке. Эта звезда готова была взорвать ее душу и превратить в осколки света. Лейла поняла, что готова вновь броситься в его объятия, но не могла сдвинуться с места: между ними стоял Рашид – с застывшими глазами, печальный и мертвый.

– Скажи мне, ради Бога, – взмолился Андрей, – только скажи: могу я надеяться?

– Не знаю, Андрей.

* * *

За день до отъезда Лейлы Люда приехала к ней, чтобы попрощаться. Они не встречались несколько месяцев. Лейла приготовила чай, и они сели за стол. Людмила заметила грусть на лице подруги и спросила:

– Отчего ты такая грустная, будто не рада вернуться домой?

– Нет. Обычные волнения, связанные с отъездом.

Лейла задумалась, и Люда посмотрела не нее с удивлением. После нескольких ничего не значащих фраз она спросила:

– Кстати, как твой друг Рашид? Может быть, он тоже собирается уехать после смерти жены?

– Он уехал в долгое путешествие и никогда оттуда не вернется.

– Куда уехал? – с сомнением в голосе спросила Люда.

– Он покончил с собой.

– Что?! Не верю! – воскликнула Людмила удивленно и сочувственно. Лейла разразилась рыданиями. – Но почему? Не говори, что он сделал это из-за жены, – это очень глупо.

Лейла продолжала всхлипывать. Потом поднялась и достала из шкафа бутылку вина и два бокала. Люда отказалась пить:

– Не хочу. Достаточно чая. А ты выпей, тебе надо.

Лейла не придала значения отказу подруги и налила себе. Не переставая плакать, выпила один бокал, потом другой, и принялась рассказывать свою историю с Рашидом и Андреем. Она пила и плакала, а Люда слушала ее, изредка задавая вопросы.

Время пролетело быстро, и они не заметили, как за окном начал пробиваться рассвет. Когда разговор сам собой затих, воцарилось долгое молчание.

– Значит, ты обманщица? Не ожидала от тебя! А с виду такая невинная, несчастная и жалкая, – попыталась Люда развеселить Лейлу. – Но ты не сказала, кто же был первым, который удостоился чести сорвать красную розу?

Лейла подняла на нее глаза и рассмеялась. Она была пьяна. Сквозь смех ответила:

– Ты не поверишь.

– Говори скорее.

– Лед. Я однажды поскользнулась на льду и потеряла девственность.

Теперь расхохоталась Людмила:

– Конечно, не поверю!

– Но я говорю правду.

– Ладно, попробую поверить. Но если мы когда-нибудь встретимся, и я увижу тебя беременной, не говори мне, будто отец ребенка – Господь Бог. Этому я точно не поверю.

– Этого не случится. Как видишь, я не святая.

Люда встала и прошлась по комнате, поглаживая себя по животу и говоря:

– Как знать! Может быть, спаситель сейчас находится здесь.

И тут Лейла ошеломленно остановила взгляд на подруге: та была в просторной длинной одежде, скрывавшей округлившийся живот.

– Люда! Ты беременна?! Не верю! Когда это случилось?

– Больше четырех месяцев назад.

– Это ребенок Виктора?

– Конечно, нет. Я порвала с ним уже давно.

– Значит, Ивана?

– Лейла, что за чепуху ты несешь! То думаешь, будто я собираюсь рожать от дурака, то предполагаешь, что я могу родить от сумасшедшего.

– Кто же тогда? Говори!

– Уверяю тебя, что не от снега. Я больше предпочитаю мужчин. Но не настаивай – я все равно не скажу. Считай его посланником свыше.

– Ты рассчитываешь, что твой будущий ребенок спасет человечество? – с иронией спросила Лейла.

– Я рассчитываю, что он спасет меня.

Они замолчали, глядя друг на друга.

За окном занимался рассвет и тихо падал снег. Люда подошла к окну.

– Посмотри, какой красивый снег… Похож на развевающийся белый флаг.

– Если бы я могла видеть мир твоими глазами, Люда, – вздохнув, ответила Лейла.