Зеркало для слепого - Борис Пугачев

Последняя степень неудачи — это первая ступень успеха.

К. Досси

Обратный путь прошел почти без эксцессов. Единственная задержка случилась на том же блокпосту, что и при поездке из Душанбе.

Несколько таджиков с автоматами сгрудились вокруг машины. Салим, сопровождающий Родика, начал им что-то объяснять по-таджикски. По их реакции Родик понял, что его слова не оказывают должного воздействия, и, поскольку желание быстрее попасть домой было самым сильным, вмешался. Он вышел из машины и громко пояснил, что был в гостях по поручению давлата республики, а в качестве доказательства показал визитную карточку, данную ему командиром батальона.

Обстановка мгновенно переменилась. Таджики, только взглянув на визитку, почтительно отступили и прекратили галдеть, а один из них, вероятно старший, приложил руку к груди и по-русски сказал:

— Счастливого пути, сардори.

— Рахмат, — поблагодарил Родик и возвратился в машину.

Салим пожал всем руки и занял место рядом с Родиком. Водитель, поняв, что инцидент исчерпан, нажал на газ, и блокпост пропал в поднявшейся пыли.

— Что вы им показали, муаллим? — спросил Салим.

— Да вот это…

— Ценная вещь, — подержав карточку в руках, сообщил Салим. — Берегите ее. Это пропуск во многие места. Мало у кого такое есть. Командир большой авторитет имеет.

Поднимаясь по лестнице в свою квартиру, Родик уже предвкушал наслаждение от мытья. За последние дни его давно не мытое тело как будто покрылось коростой. Окса, вероятно увидев из окна, что он приехал, встречала в дверях. Родик поцеловал ее и, не дожидаясь, пока она закроет дверь, начал скидывать с себя надоевшую одежду.

— Срочно сделай ванну, — попросил он.

— Уже готово. Ты же мне по телефону об этом говорил. Горячей воды не было, но я вскипятила.

— Молодец. Я пошел. Ты не представляешь, какой я грязный.

Родик погрузился в теплую воду, физически ощущая, как накопившаяся за время скитаний грязь покидает тело, а короста растворяется в белоснежной пене.

— Я поехала на базар, — заглянув в ванную комнату, сообщила Окса. — Ты позвонил мне так неожиданно… Только ванну успела приготовить. Кипяток в ведрах под раковиной. Остынет вода — добавляй. Ты что-нибудь особенное с базара хочешь?

— Сама решай. Ел я там хорошо. Так что особенно не изгаляйся. Лучше быстрее возвращайся… Рифма получилась. Давай побыстрее.

— Отмывайся. Я поехала, скоро вернусь.

Родик погрузился в воду так, что она касалась нижней губы, а пена обволакивала уши.

Непроизвольно в голове завертелись мысли. Сперва он порадовался своему избавлению, потом задумался о делах, которые из-за его отсутствия не продвигались. В уме начала выстраиваться цепочка действий: «Все равно сегодня уже ничего сделать нельзя. После обеда чиновников можно найти только в чойхоне. Да и я должен хоть чуть-чуть прийти в себя. Завтра или в крайнем случае послезавтра завершу оформление нового товарищества, открою расчетный счет в банке и окончательно сформирую пакет документов для получения кредита. В четверг утром отдам документы на кредитный комитет. Вероятно, в следующий вторник, максимум в среду, можно будет получить деньги. Тогда утром в четверг уже окажусь в Москве. Останется почти неделя, чтобы поменять советские рубли на российские. Волк, паразит, хочет за это тридцать процентов, да и здесь придется отдать не менее пятнадцати, но игра стоит свеч. Останется более миллиона долларов. Этого хватит на первый этап сотового строительства, а там пойдут деньги от продажи телефонов и услуг. Получается, что суббота и воскресенье — свободны. Можно поехать на свадьбу к Султону…»

Родик почувствовал, что вода остыла, и долил кипяток. По телу пробежала горячая волна. Он погрузился под воду с головой и, пока не кончился воздух, наслаждался теплом. Даже от любимой им русской бани с ее горячими и холодными контрастами он не получал такого удовольствия.

Неизвестно, как долго он продолжал бы эту процедуру, если бы не появилась Окса. Придя с базара, она заглянула в ванную и шутя спросила:

— С тебя кожа не слезет?

— Пусть слезет. Мне эта пропитавшаяся духом войны кожа не нужна, — иронично ответил Родик.

— Домывайся и иди кушать. Я твой любимый зельц достала.

— Откуда зельц? Немцы-то все уехали. Наверное, подделка несъедобная из баранины или коровы. Таджики ведь свинину не едят. Хотя… Я их в Москве как-то кормил пловом со свининой. Правда, при этом кричал «бе-е-е». Они с удовольствием ели. По Корану вина за обман лежит на обманщике.

— Хороший зельц, я попробовала. Закусишь, а на горячее домломо поставлю вариться. С курдючным салом.

— Вылезаю. Есть действительно уже хочется, хотя чего-чего, а еды за последнюю неделю я поглотил несметное количество… Водки тоже.

— И таджичек, — в тон ему съязвила Окса. — Может, тебя еще в марганцовке замочить?

— Безграмотная, необразованная женщина!.. Марганцовка не поможет, а мочить меня тебе не выгодно. Мертвый я не буду приносить денег, и ты умрешь с голоду, — пошутил Родик.

— Не умру. Работать буду, — не поняв шутку, сообщила Окса.

— Глупая… Ты минералку купила? Пить страшно хочется.

— Купила, купила. Была только файзобадская.

— Не лучший вариант. Сделай с лимоном и принеси мне, пожалуйста.

— Выйдешь и сам сделаешь. Вода в испарителе. Пусть остынет.

Родик чертыхнулся и, смыв остатки мыла, голышом вышел из ванной. В комнате зазвонил телефон. Он поторопился и успел поднять трубку.

— Салом, Родион Иванович, наконец вы появились! — услышал Родик голос Султона.

— Здравствуйте, Султон Салимович! Несколько часов назад приехал. Задержался у Абдулло Рахимовича. Как приготовления к свадьбе?

— Все хорошо. Завтра рано выезжаю в Ленинабад. Буду ждать вас там и проводить мероприятия.

— Хорошо. Желаю успеха. Вы поедете на машине?

— Албатта. Конечно! Много чего везу. Со мной еще одна машина едет.

— Может быть, возьмете подарки, а я отправлюсь налегке? Тут еще Абдулло Рахимович прислал свой презент. Он не сможет быть. Могу свидетельствовать, что по уважительной причине. Его присутствие в области просто необходимо. Он работает круглые сутки… Ну и мой подарок…

— Они много места занимают?

— Два картонных ящика средних размеров. Я молодым современный подарок делаю. Думаю, что понравится.