Дефолт совести - Александр Смоленский

– Тебе надо выспаться, Дэйв! – Лилия начала терять выдержку, так как, пожалуй, впервые никак не могла увести мысли Корсара в другое русло.

– Пойми, девочка моя, ты перевернула во мне всё! – воскликнул Блейк, не обращая ни малейшего внимания на слова своего врача. – Знаешь, почему я до сих пор не разобрался с тобой? Потому что с тобой мне стало интереснее жить!

Взгляд Корсара остановился на груди женщины, выглядывающей из-под халатика.

– Я собственноручно убил бы тебя, а потом приказал бы бросить твой труп в океан. На съедение акулам. Но дело в том, девочка моя, что я действительно полюбил тебя! Полюбил больше, чем собственные гениальные идеи и мысли! Скажешь, наивно? Скажешь, глупо всё это звучит? Но только не в моём запредельном возрасте! Ваше Писание – сплошная чушь. Видите ли, «Бог есть любовь»! Любовь есть Бог! И не иначе.

Лилия Гордон молчала. Самое простое – немедленно умертвить разоблачившего её магната. Она уже взялась за шприц...

– Неужели ты способна убить меня?! – словно разгадав её замысел, с грустной улыбкой спросил Корсар. – Увы, в тебе лишь говорит агент. Тогда вперёд! В конце концов, мне всё равно, как уйти из жизни. Понимаешь, девочка моя, в этой жизни нет ни абсолютного зла, ни абсолютного добра. Что для одного добро, то для другого зло, и наоборот... Мудрость, я имею в виду истинную мудрость, а не ту, что почерпнута из книжек, приходит, когда уже нет времени воспользоваться её плодами. В этом великий парадокс нашего бытия. В какой-то большой отрезок жизни я был уверен, что главная сила – я сам, наш фонд. И поэтому считал себя вправе творить, как считал необходимым. В итоге натворил...

С суеверным ужасом Лилия слушала отрывистые сентенции Блейка, понимая, что тот, словно впавший в транс шаман, вещает сейчас с чужого голоса, и никакая психическая энергия не способна остановить его странные откровения.

– Только на пороге смерти я понял, что жизнь свою прожил зря. Прожил в погоне за химерическими идеями, далёкими от истины! Я посвятил себя бесплодной борьбе с половиной мира. В том числе и твоей страной! По большому счёту и моей тоже. Мой однополярный мир – полная чушь. Это тупиковый путь для человечества! Ваш Господь сделал непростительную глупость. Чем раньше он забирает человека к себе, тем меньше у того шансов согрешить. Меня он забирает слишком поздно. В итоге я не смог выдержать три главных испытания. Испытание властью! Испытание деньгами! Испытание любовью! Последнее оказалось самым невыносимым. Хотя и самым прекрасным.

Лилия увидела, как зрачки магната вдруг стали абсолютно бесцветными, как у слепца. «Такие, наверное, были у Гомера», – почему-то пришло ей на ум странное сравнение.

– Дэйв, Дэйв! – Лилия стала сильно трясти Корсара за плечи.

Тот внезапно оскалился и, словно очнувшись от гипнотического сна, резко поменял тон и тему своего монолога:

– Зажимая Россию в тиски, покорить её невозможно! Россию нельзя загонять в угол! Именно тогда эта страна удивительным образом начинает рождать новых героев! Единственный путь совладать с Россией – это сажать на её трон бездарных политических лидеров, от природы лишённых масштабности мышления. Таких, как...

– Дэйв! У тебя бред. Нет – у тебя вспышка паранойи.

– Ничего ты не понимаешь, девочка моя! Хотя у тебя и великолепная подготовка! Все вы, в вашем медвежьем углу, считаете, что холодную войну, затеянную Черчиллем и Сталиным, проиграли! Так мне говорил Холмов. Так доносит моя агентура. Чушь! И знаешь почему? Потому что мастодонты из вашего ЦК так и не заметили, как с моей легкой руки цивилизованный мир вступил с Россией в качественно новое противоборство. Исключительно в манипулятивную или информационную войну. Кстати, не скажу, что это дешевле.

– Ты чудовище, Дэйв! Горбатого могила исправит!

– И это неправда. Даже могила меня не исправит!

С невозмутимым спокойствием Блейк посмотрел на свою обожаемую целительницу и медленно извлёк из кармана уже знакомый Лилии никелированный кольт.

– Я чувствую, что твоя рука вновь тянется к шприцу. Не надо так поступать со мной, – упавшим голосом попросил магнат. – Я ещё не закончил говорить. Я хочу тебе помочь...

Свободной левой рукой Корсар протянул женщине небольшую флэшку.

– В ней всё, что тебе нужно. Всё, что сделает тебя в твоей стране национальной героиней. Жанной Орлеанской... Все адреса и коды доступа к секретным счетам моего фонда. Список лиц, обслуживающих их... – Сделав паузу, Блейк посмотрел на взволнованную Лилию. Он жаждал перехватить её взгляд. Её реакцию! – ...Ведь именно за этим тебя внедрили ко мне твои боссы из КГБ?

Гордон кивнула в знак согласия.

– Там же и мой последний подарок тебе, – уже едва слышным голосом продолжил Блейк. – Номера и коды твоих личных счетов на предъявителя. Я открыл их в самых надёжных швейцарских банках. Живи безбедно и помни Корсара, любовь моя! И ещё, чуть не забыл. Там сканированная копия моего личного дневника, который тебе так когда-то хотелось прочитать. Но это уже совсем личное. В КГБ не сдавай. Ну что ты как язык проглотила, девочка моя, – едва обозначил смех умирающий. – Не можешь разгадать последнюю мистификацию великого Корсара? Увы, не всем это дано! – Неожиданно магнат бросил благоговейный взгляд на портрет отца. – Это он, мой незабвенный папочка, навёл меня на гениальную идею...

Паранойя. Чистая паранойя. Лилия окончательно взяла себя в руки.

– Находясь, как и я сейчас, перед бездной небытия, он вдруг захотел подкорректировать великого Цезаря и вслед за ним воскликнул, видимо, давая мне последнее напутствие: развращай и властвуй! – театрально, с пафосом произнёс Блейк. – А что это означает – догадайся сама! Ты же умная девочка!

Так вот, оказывается, в чём задумка Корсара! Он уступал России несметные дармовые деньги фонда и тем самым намеревался, видимо, «развратить» её. Какой же он глупец, бедный Дэйв! Он так и не понял, что никаких триллионов не хватит на то, чтобы пресытить и превратить извечно неустроенную Русь в страну пресыщенных жизнью сибаритов...

– Будь осторожна! Ни в коем случае не дожидайся церемонии моих похорон! Беги с острова! Экипаж твоей яхты наготове! И вообще всё готово!

– Что готово?

– Поймёшь. Но только чуть позже... – снова загадочно улыбаясь, ответил Блейк. – Последний акт трагикомедии моей жизни ещё не сыгран! Финал пьесы ещё впереди! Мир должен содрог... – Корсар так и не смог закончить фразу – его обескровленные губы усмирила смерть.

Вот и всё! Её миссия закончена!

В кабинет влетел крайне возбуждённый Гудвин.

– Свершилось?! – совершенно буднично спросил Пит, удостоив ледяным взором плачущую Лилию. Выражение лица шефа безопасности было непроницаемым, как бетонная стена. – Так, мадам, пока никому ни слова! Что сказал старик перед смертью? Может, назвал имя преемника? Может, оставил завещание?

– Корсар завещал беречь мир во всём мире! – с сарказмом прошептала в ответ Лилия.