Издранное, или Книга для тех, кто не любит читать - Алексей Слаповский

Или такой был шанс: на одном заводе работал кладовщиком в инструментальной кладовой Сергей Алексеевич Чувствов.

Сын Чувствова Вася ходил в детскую спортивную школу, что была возле дома Коли. Однажды Вася встретил Колю лицом к лицу и попробовал на нем свои спортивные достижения в преддверии соревнований.

Если бы С.А. Чувствов не только дарил сыну подарки и ругал его за двойки, а интересовался бы его личной жизнью, он мог бы узнать про этот случай — и справедливо осудил бы сына, и, как мудрый человек, посоветовал бы подружиться с обиженным Колей. И Вася подружился бы с Колей, а вся соль в том, что сестра С.А. Чувствова Антонина была женой Петра Андреевича Елеватова, который был другом Ирины Кузьминичны Сергеевой, подруги мамы Оли, с которой она делилась подробностями своей жизни. То есть понимаете, как могло бы быть?

Так могло состояться их знакомство уже в детском возрасте, но не состоялось из-за скрытности Васи и неумения его отца, С.А. Чувствова, доброжелательно проникнуть во внутренний мир сына.

Коля и Оля поступили в разные институты: Оля в медицинский, в Коля в политехнический. Но вот однажды сокурсница Оли Настя пригласила ее на день своего рождения, на котором был юноша Семен, который часто выпивал в пивном баре с народным названием «Аквариум», где нередко выпивал от мрачности и глубины мыслей и кандидат философских наук Веревьев, и однажды они сошлись за одним столиком и у них завязалась интересная беседа, потому что Семен в результате безделья много думал и читал, но Веревьев в пылу спора заснул.

А если бы он не заснул, они познакомились бы сильнее, подружились бы, а у Веревьева как раз учился Коля в научно-философском семинаре, и если бы он блистал интересом к семинару, то Веревьев, не чинясь, позвал бы его выпить, и Коля познакомился бы с Семеном, а тот привел бы Колю на день рождения к Насте, потому что он вечно приволакивал с собой кого попало, и вот тут-то Коля и познакомился бы с Олей.

Но этого не случилось.

Оля вышла на пятом курсе замуж за выпускника военно-медицинского факультета, будущего военврача, синеглазого красавца Константина.

Они уехали по назначению Константина в Закавказский военный округ.

Коля, словно в отместку, хотя не понимал, кому мстит, поспешно женился на веселой, но скромной девушке, у которой ноги росли, как некоторые выражаются, из самой шеи.

Но она, сохранив в замужестве веселость, почему-то утратила скромность, и Коля оставил ее и ребенка и женился на простой, но доброй девушке, у которой, правда, ноги росли оттуда, где должно быть коленям.

У них родились двое детей, но тут Коля сам увлекся женщиной с ребенком, в которой не было ничего особенного, и ноги у нее росли оттуда, откуда им и положено расти.

Так, кажется, судьба совсем разлучила Колю и Олю, но тут произошли серьезные исторические события в масштабе всей страны, муж Оли уволился сперва из Закавказского военного округа, а потом вообще из армии, но Оля к тому времени уже очень устала от неустроенной жизни и у нее появился недостаток очень редкий и удивительный для женщины: она стала пьяница. Но муж ее все равно любил, хотя боялся заводить детей от пьющей жены. Он утешал ее и обнадеживал, а ей было все равно, она пила.

Тогда он не выдержал и бросил ее. И она поняла, что пропадает и нужно лечиться. Она легла на лечение в наркологическую клинику номер пять города Саратова, и тут судьба торжествовала и уже трубила в трубы: тою же порою в клинику лег и Коля, спившийся из-за неудач в личной жизни.

Но парадокс в том, что они ни разу не встретились: ни в процедурных кабинетах, ни даже в столовой, потому что столовая работала в две смены, Коля был в первой, Оля — во второй.

И вот они вылечились.

Но тут произошло печальное: Коля, до этого работавший инженером на ткацкой фабрике, после лечения почувствовал в себе, кроме здоровья, еще и энергию и бросился в предпринимательство, но его подвели нечестные компаньоны и он сел в тюрьму. А ведь именно в это время он как никогда был близок к Оле; часть товара для операций ему поставлял некий Тициян, живущий в гражданском браке с женщиной Натальей, Наталья же водила своего сына в садик, где воспитательницей была Нина Гололёд, сноха работника учреждения, ведающего квартирным вопросом, Р. Г. Шниткина; Шниткин же вот уже полгода мурыжил Олю, не давая ей оформить документы на получение комнаты в семейном доме-общежитии, как не будучи в разводе с бывшим мужем, она думала, что он хочет взятку, но он хотел другого, и она скрепя сердцем пошла на это, но Шниткин ее обманул и оформление документов все оттягивал.

А Оля, отчаявшись, чувствуя омерзение к Шниткину, к людям и даже к будущей комнате, повесилась в квартире своих родителей, когда их не было дома, чтобы им стало стыдно.

А если бы Шниткин жил честно и открыто и не скрывал бы своих порочных действий, то Нина Гололёд знала бы о его поступке над Олей и как-нибудь в разговоре сказала бы Наталье, а Наталья сказала бы Тицияну, а Тициян поделился бы с Колей — и тот узнал бы о несчастной женщине, заинтересовался бы, и они бы встретились, наконец. Но этого не произошло из-за людской скрытности.