Размер имеет значение - Джуди Эстли

Моросил мелкий дождик. Элли стояла на автобусной остановке, держась подальше от брата. Вообще-то они с Рори прекрасно ладили. Несмотря даже на то, что Рори глубоко и нерушимо верил, что Пятьдесят Центов — величайший из музыкантов[7]. Когда передавали его хит «Темнота», Рори врубал такую громкость, что у всех незаинтересованных барабанные перепонки чуть не лопались. Тем не менее в школу они ездили порознь. Не то чтобы вам запрещается сидеть в автобусе рядышком с братом, нет. Вы просто этого не делаете. И точка. Рори втиснулся на лавочку под козырек автобусной остановки, довольно нахально отодвинув пожилую женщину на костылях с такой объемистой сумкой, что в нее запросто могли поместиться несколько человеческих голов. Господи, что за чушь! Рори выглядит слишком несчастным, даже для восьми часов утра. Из конца очереди Элли видела, как Рори старался поплотнее обхватить себя руками. Его трясло, и он был бледен как лист бумаги. Хотя, может, просто замерз на мартовском ветру? А еще он ерзал на месте. В детстве, когда Рори начинал себя так вести, это означало, что его скоро стошнит. Элли всегда понимала это раньше, чем сам Рори. Элли запаниковала. Надо срочно подойти к нему и убедиться, что с его желудком все в порядке, пока нет автобуса. Вот тогда уже точно будет поздно.

Элли пролезла к началу очереди и дернула брата за рукав:

— Рори, с тобой…

— Крошка Элли, привет! Как делишки?

Рядом с ними откуда ни возьмись появилась Таша. В боевой раскраске, со сверкающими золотистыми тенями на веках, благоухая дешевыми духами из супермаркета.

— Это твой братец, да?

Таша откинула назад школьную сумку и выпрямилась, демонстрируя грудь, четко обозначившуюся под блестящей кожаной курточкой с капюшоном. Наверное, нацепила тот самый алый лифчик. Таша ухмылялась своей неотразимой улыбкой, ухитряясь при этом методично работать челюстями — во рту у нее мелькала ярко-розовая жвачка.

Рори уставился себе под ноги, держась руками за голову. Его колени неуклюже торчали вверх.

Нет, только не это, взмолилась Элли про себя. Только бы Рори не стошнило прямо на модные тупоносые ботиночки Таши. Они, должно быть, стоили ей кучи денег. Если, конечно, Таша их не стащила. К ботиночкам Таша надела черные колготки с красивым узором ромбиками. Шикарные колготки. Они тоже не заслуживали того, чтобы Рори на них вывернуло.

Рори посмотрел на подружек мутным взглядом, что-то невнятно пробормотал и неожиданно припустил по дороге по направлению к дому.

— Чего это с ним? У меня что, изо рта воняет? — Таша уставилась на убегающего Рори, который свернул в аллею и вскоре скрылся из виду.

Значит, Элли угадала. Его действительно мутило. Наверное, сейчас он прислонился к забору Одбина и его выворачивает наизнанку на загаженный собаками газон и дорожку, засыпанную обрывками оберточной бумаги. Таше об этом лучше не говорить, иначе завтра над Рори будет потешаться вся школа.

— Наверное, забыл что-нибудь дома. Может, мозги, — нашлась Элли. — Если, конечно, они у него вообще есть. А ты как здесь оказалась? Ты же живешь с той стороны моста. И это не твоя остановка.

— Меня отец подвозил. И вдруг я увидела тебя и решила: дай-ка подойду поздороваюсь. Ты не против? — И она подхватила Элли под руку.

Элли почувствовала ее крепкую хватку даже сквозь свитер и стеганую куртку. Значит, Таша оказалась здесь не случайно, она действительно захотела встретиться с ней.

На дороге появилась еще одна девочка в школьной форме. Она торопилась изо всех сил, чтобы успеть на приближающийся автобус. Это была Аманда Харрисон, подружка Элли, с которой она обычно сидела и в автобусе, и на уроках, и за обедом в столовой. Элли поняла, что ей предстоит сделать выбор. Но, когда они все столпились у входа в автобус, Элли обреченно поняла и другое: никакого выбора у нее нет. Таша плюхнулась на двойное сиденье и похлопала рядом с собой наманикюренной ручкой (розовый лак и серебряные сердечки на каждом ноготке).

Аманда, конечно, классная девчонка. Элли она действительно очень нравилась. Но бывают моменты, когда к жизни хочется добавить чуточку опасности.

У Дельфины аккуратный, прямой почерк с остроконечными буковками. Джей рассматривала подписанный ее рукой бледно-сиреневый конверт. В таких обычно посылают поздравительные открытки, а не деловые записки со списком поручений.

— Потрясающее нахальство, — проворчала Джей, глядя на Тристана.

Трис поднялся к ним, чтобы проверить подтекающий кран в ванной комнате. Прошло уже двадцать минут, а дальше кухни он не продвинулся. Прежде он решил выпить чаю, объяснив, что ни один сантехник не принимается за дело без хорошей порции горячительного. Хорошо еще, что мы не платим ему по часам, думала Джей, просматривая инструкции Дельфины.

— Послушай-ка, Трис, что она тут пишет, — сказала Джей, дочитав наконец список до конца. — Она хочет, чтобы я пригласила этого ее Чарльза к нам, прежде чем начну наводить порядок у него дома. «Устрой ему нечто вроде семейного праздника. Введи его в семью». Да-а…

Неудивительно, что Дельфина не стала звонить, а послала обычное письмо (электронную почту Дельфина так и не освоила). Она прекрасно понимала, что с письменными инструкциями никто не станет спорить. Письмо не швырнешь, как телефонную трубку.

Трис три раза ополоснул чайник кипятком над раковиной, потом очень аккуратно отмерил четыре чайные ложки чая «Твайнингс Даржлинг». Интересно, как он ведет себя, когда чинит краны в других домах? Морщится, когда хозяйки предлагают ему заваренные дешевые чайные пакетики? (В домах, где Джей делала уборку, она видела такой чай рядышком с банками растворимого кофе и мешком сахарного песку.) Похоже, Тристан прекрасно сойдется с Дельфиной. Они будут часами обсуждать достоинства тонкого костяного фарфора и абсолютную непригодность дважды вскипяченной воды.

— Вы же устраиваете классные вечеринки. Точно — круто будет. — Трис осторожно положил серебряное ситечко, доставшееся Джей от прабабушки, на розовую фарфоровую чашечку.

Эта чашка и блюдце были сделаны из такого тонкого фарфора, что даже просвечивали. Они были куплены совершенно случайно на школьной распродаже. Уин нашла их в груде барахла, перевернула блюдце и воскликнула: «Ух ты, настоящая старина!»

Зная слабость Тристана к изысканным вещицам, Джей тогда купила и торжественно преподнесла ему чашечку с блюдечком. Нет, все-таки уму непостижимо, что (помимо секса и изготовления детишек) связывает Тристана и ее неряху дочку.