Русская комедия - Владислав Князев

— Эпоха спасена!

— Особая Колдыбанская Истина торжествует!

Теперь не выдержал легендарный килька-кит, он же гусь-орел, а равно кролик-лев. Хлюпиков тире Лука Самарыч.

— Простимся, собратья! — всхлипнул он. — Обнимемся перед смертью.

* * *

Легендарный приказ № 13 был выполнен как надо. На уровне мировых стандартов. Хлеще, чем в легендах и былинах.

…В 14.00 входная дверь МуПОП № 13 пропела «Марш энтузиастов».

Через пять минут громкоговорители городского пляжа известили загорающих колдыбанцев о том, что сегодняшний день станет для Колдыбана и всего Поволжья историческим. Здесь и сейчас герой Самарской Луки, благородный и бесстрашный Лука Самарыч, без пяти минут легендарный, станет… легендарным. Мероприятие «Проводы Самарыча в легенду» состоится в 15.00.

Еще через пять минут эта сенсационная весть разлетелась по всему городу, и колдыбанцы, оставив свои воскресные хлопоты и забавы, устремились на берег Волги. На пляже стало так много физических лиц, что негде было упасть не только яблоку, но и окурку мэра.

Да, сам господин Поросенков явился со свитой зреть своего налогоплательщика (наш мэр, напомним, называл граждан только так — по их главному признаку и достоинству).

Кстати, насчет окурков мэра — выражение образное. Он, конечно же, никогда не бросает их на родную колдыбанскую землю. Он передает их из рук в руки своим подчиненным. А уж те пристроят окурок своего шефа куда угодно, хоть в музей…

Итак, поголовно все колдыбанцы и окурок мэра Поросенкова благополучно пристроены. Как говорится, трибуны заполнены, можно давать свисток. Ну тогда слушаем радио городской набережной и пляжа:

— Внимание, внимание! Из-за острова на стрежень выплывает супергерой Самарской Луки, соперник непревзойденного Геракла, благородный и бесстрашный…

— …Лука-а-а Сама-а-а-рыч!

Музыка, туш!

Началось. Точно по расписанию. Минута в минуту. И всё — по минутам.

15.00. Из-за острова показался гроб с музыкой, то бишь знаменитый прапрадедовский челн. Посреди гроба, то бишь челна, восседал монумент в плащ-палатке с опущенным капюшоном. Несколько раз он показательно взмахнул огромными бревнами, то бишь веслами. Затем притормозил свое музейное плавсредство и взошел на корму. Все могли видеть его в полный рост и во всей красе.

Защелкали фотоаппараты, затрещали видеокамеры. Раздались рукоплескания. Монумент приложил руку к сердцу и поклонился берегу. Публика сделала глубокий вдох, чтобы закричать «ура».

— У-у-у…

Нет, это не публика. Это вдруг заголосили на всю округу громкоговорители.

— У-у-у…

И тревожный голос дежурного объявил:

— Внимание, внимание! Экстренное штормовое предупреждение. Буквально через минуту на Волге в районе набережной ожидаются ураган, шторм и ледоход. Ввиду непредвиденного стихийного бедствия просим всех немедленно покинуть пляж.

Никто, конечно, не тронулся с места. Все поняли, что им предстоит стать очевидцами чрезвычайного, может, даже ужасного происшествия. От такого удовольствия колдыбанцев не оттащишь ни за штаны, ни за подолы. И уж тем более, когда все без штанов и без юбок, — за уши. Уши-то вовсе не жалко.

15.01. Внезапно откуда ни возьмись со стороны Гималайских гор, сурового Каспия и орденоносного сажевого комбината показалась огромная туча. Она была чернее ваксы и шла на высоте бреющего полета. Казалось, до нее можно дотянуться рукой. И это среди ясного дня!

Представьте себе картину: слева — голубое небо, слепящее солнце, а справа — черная ночь. Жуткое впечатление.

Туча мгновенно скрыла от глаз всю дивную панораму Жигулевских гор. Вот она уже приблизилась к одинокому челну, но…

В этот момент человек в лодке достал из кармана плащ-палатки бутылку. Несомненно, это была «Волжская особая».

Не обращая внимания на грозную тучу, из другого кармана герой извлек стакан.

Берег в восторге ахнул. Остановилась, как вкопанная, туча. Словно тоже залюбовалась лихим удальцом.

— Уф! — выдохнул берег. Есть еще надежда на спасение.

15.02. Внезапно дохнуло холодом, и со стороны Ледовитого океана, морозного Якутского округа и орденоносного завода технического льда на стрежень вынесло огромную ледяную глыбу. Потом — вторую, третью… десятую. Короче, на Самарской Луке в районе пляжа в тридцатиградусную жару начался ледоход.

Представляете? Палящее солнце, черная туча в полнеба и слепящие альпийской белизной ледяные поля в пол-Волги. Нигде еще в мире природа не устраивала таких удивительных зрелищ. Аж мороз по коже!

Ледяные торосы и айсберги, казалось, так и искали себе жертву. Попадись на их пути «Титаник» или даже атомный ледокол «Ленин», от них остались бы только кинофильмы да атомы. А тут — какой-то старый утлый челн…

Но что это? Приблизившись к жалкой посудине, льды вдруг сделали аккуратный объезд и закружились вокруг нее хороводом. Оно и понятно. В эту минуту отважный кормчий как раз лихо опрокинул внутрь себя первый стакан и занюхал его рукавом. Такую ответственную и красивую акцию не посмели сорвать даже ледяные торосы и айсберги.

Уф! Может, все-таки беда минует храбреца?

15.03. Со стороны британских морей, недружелюбной Латвии и Волжского центра гидрокатастроф очевидцам предстала очередная жуть. А именно: не виданная доселе в мире волна. Она катилась поперек Волги узким фронтом. Всего метров в десять. Главное, что река вокруг была абсолютно спокойной и гладь ее можно было сравнить только с импортным шелковым покрывалом. Высотой эта волна, да что там волна — прямо цунами, была с жигулевскую сосну. А то и с Молодецкий курган. Во всяком случае, до верха этой волны явно было не дотянуться даже со стремянки.

Сейчас она уроет этот никчемный гроб-челн на дно речное. Или на километр ниже дна. Или еще хуже: зашвырнет его прямо в недружелюбную Латвию.

Но едва волна-цунами нависла стеной над головой героя Самарской Луки, как вдруг ее буквально подменили. Она буквально остолбенела. То есть превратилась в водяной столб. Точнее, в фонтан. По типу Бахчисарайского или Петергофского. Словом, такого, который без устали и старательно фонтанирует до небес. В честь высочайших и самых достославных особ.

Наверное, вы уже догадались, в чем дело. Волна-цунами засмотрелась, как ее беззащитная жертва хладнокровно и с полным удовольствием потребляет второй стакан «Волжской особой».

Уф! Кажется, все обойдется, и даже очень мило. Надо только проявить ганнибаловскую, цезаревскую, чапаевскую, то бишь супергероическую интуицию. А именно вовремя смыться.

— Самарыч! — закричал пляж. — Атас! На берег! Полный назад!

Тысяча голосов, но удалец на волжском фарватере слышит только один голос. Голос своей бесшабашной отваги. Вот он подтянул штаны, отвесил поклон землякам и жестом триумфатора поднял вверх… Нет, не багор. При чем тут багор? Храбрец держал высоко над головой, конечно же, недопитую бутылку «Волжской особой». Дескать, до последнего дна! Если это даже и до последнего дня. Знай наших!