Падения великих людей - Вилл Каппи

С таким учителем общепринятые ценности кому-то могут показаться искаженными. В совершенстве усвоив уроки античной этики, Александр принялся убивать людей налево и направо. Еще при жизни своего отца в битве при Херонее^[80] он уничтожил Фивийский священный пояс, но на этом не остановился и в дальнейшем развивал это прекрасное искусство, уничтожая фракийцев, иллирийцев и прочий люд, укрывающийся в своих домах.^[81]

Отныне он был готов к настоящей карьере и направился в Азию, где проживало не просто больше людей, но много разных народов. Убрав с дороги некоторых родственников, которые могли бы претендовать на трон,^[82] он объявил войну Персии и форсировал Геллеспонтский пролив с целью распространения греческой цивилизации. Греки были обескуражены, однако остановить его уже не могли. Им оставалось одобрительно улыбаться и молча сносить его выходки.

Азия слыла вечным раем. Не мешкая, Александр принялся истреблять мидийцев, персов, коссеян, каппадокийцев, пафлагонийцев и несчетное число месопотамцев.^[83] Пришло время, и он обратился к галатцам, а затем был вынужден искать соглашения с армянами. Попозже он обратился к бактрийцам и согдианцам,^[84] а также к таким редким народам, как уксианцы, – живые или мертвые они представляли собой коллекционную ценность.^[85]

Победив в трех важных битвах Дария, Александр положил конец Иранскому царству. Если начистоту, то побежденный не происходил из рода Дариев, а был Дарием Кодоманом, или Дарием III, которого возвел на трон евнух Богоас.^[86] Победить Дария не составляло особого труда, потому что всегда можно было рассчитывать на то, что он сделает неправильный шаг. А уж затем он будет стегать своих коней и пытаться спастись бегством в своей медлительной колеснице. Это случалось с ним слишком часто.

Иранская армия несколько отставала от моды. Она полагалась, в основном, на кровных родственников, которым позволялось целовать царя, и подносчиков яблок, или царских стражников, древко копий которых украшало золотое яблоко. Дарий свято верил в то, что, если в войске будет побольше яблоконосцев, его царство никогда не падет. Но жизнь ведь не такова. Подносчики яблок хороши, если бы знать, где остановиться. Наступает время, когда у вас оказывается перебор с яблоконосцами.

На вооружении Дария были также колесницы, оснащенные с каждой стороны косами для того, чтобы удерживать врагов на безопасном расстоянии. Александр и его солдаты отказывались подходить к косам вплотную. Дарий игнорировал тот факт, что колесницы с косами эффективны лишь против тех воинов, которые утратили способность к передвижению, а такие люди предпочитают оставаться дома в кровати, а не воевать в Азии.

Лучшую часть войска Александра составляли отборные воины из его охраны, тяжелой кавалерии и фалангистов – усовершенствованные гоплиты, составляющие македонскую фалангу.^[87] Временами их можно было использовать на побегушках. Александр никогда не предпринимал наступления, предварительно не позаботившись о защите тылов. А персы никогда не утруждали себя такими мелочами. И результат налицо.

В битве у города Исс Александр захватил в плен супругу Дария, двух его дочерей и царский гарем из 360 наложниц^[88] и 400 евнухов. Гарем он забрал себе, как он частенько поступал с трофеями и даже дарами своего неразлучного друга и сожителя Гефестиона, однако в качестве компенсации солдаты получили множество прекрасных ковров. Задумки Александра всегда осуществлялись, поскольку он обзавелся сокровищами в виде городов Сузы и Персеполя, оцениваемых в 160 000 иранских талантов, что в переводе на доллары составляет сумму в $280 000 000. На беду Александра, большая часть этого достояния была украдена Гарпалусом, ученым греком, служившим в его армии царским казначеем.

Последующие девять лет Александр провел совсем нескучно, участвуя в беспрестанных сражениях, маршируя через города и страны, убивая людей наугад и грабя вдов и сирот.^[89]

Вскорости его притомило ощущение превосходства греческой культуры над персидской, и он попытался возвысить персидскую культуру над греческой. В споре по этому поводу он убил своего друга полководца Клита, до этого дважды спасавшего ему жизнь в бою. Он оплакивал его сорок восемь часов. Вообще-то Александр редко убивал своих близких друзей, если не напивался, но когда такое случалось, он всегда горько их оплакивал.^[90] Он постоянно кого-нибудь оплакивал.^[91]

Любимый конь Александра Буцефал околел от старости, ран и скитаний по Индии.^[92] Предчувствуя, что затея с покорением этой страны – полная чепуха, солдаты отказались продвигаться дальше. Три четверти воинов умерли от голода на обратном пути в Гедросской пустыне, однако кое-кому все же посчастливилось вернуться в Сузы. Так прекратилось дальнейшее продвижение на индийском направлении. К этому моменту Александр и Гефестион убедились, что их шалостям пришел конец, и решили жениться на сестрах, дабы их дети были кузенами. Ну разве не романтично?