Ищу классного парня - Диана Кизис

* * *

Пять свиданий, пять шансов, пять неудач. Неудивительно, что у меня появляется следующая мысль: лучше запереться дома с котом и посмотреть последнюю серию «Секса в большом городе», чем, рискуя здоровьем, вторгнуться в зону военных действий. К тому же парень, который понравился мне больше всего, оказался мерзавцем-изменником, а тот, который понравился меньше всего, – жалким материалистом, подсчитывающим, как бы не прогадать с женитьбой. Поэтому, возможно, это у меня не все в порядке. Как бы там ни было, в одном я уверена на сто процентов: кому-то эти ребята могли бы идеально подойти. Кому-то другому.

* * *

Я решила, что совсем раскисну, если буду сидеть и убиваться из-за неудавшейся личной жизни, поэтому начала собираться на обед с мамулей. Когда я училась в старших классах, мы обедали вместе каждый выходной. Конечно, моя сестра Одри, которая была еще совсем крохой, тогда жила дома. Теперь она обитает в Сан-Франциско, где сожительствует (Одри никогда не назвала бы это сожительством) с одним парнем.

Я натянула джинсы, кроссовки и трикотажную рубашку и отправилась в «Плотный обед» – закусочную за углом. Мамуля ненавидела ее из-за музыки в стиле панк-рок, которую всегда включали в зале на полную катушку. Мне же в ней очень нравилось печенье с пахтой.

Я взяла два меню и заняла стол рядом с кухней. Вскоре в закусочной появилась моя мать. Подойдя ко мне быстрым шагом, она спросила:

– Мест нет?

Мамуля была восхитительна, как всегда. Даже в синих джинсах она держалась, как Шарон Стоун, вышедшая замуж за мультимиллионера, набрала достаточный вес, чтобы выглядеть по-человечески, и шикарно постриглась. Каждый раз, когда парень, с которым я встречалась, знакомился с моей матушкой, я ощущала некоторое разочарование с его стороны. Ведь я не унаследовала ни ее самообладания, ни идеальной фигуры. Зато Одри на нее похожа.

– А ты видишь свободный столик? – поинтересовалась я, когда она с фырканьем устраивалась на стуле. – Да, кстати, здравствуй.

Она улыбнулась:

– Здорово, маленькая дрянь.

Я сказала, что согласна с ее оценкой.

– Прости, – сказала мамуля. – Привет. – Она разложила салфетку на коленях и сделала вид, что изучает меню. Прошло не более двух минут, прежде чем…

– Ну что, ты встречалась с кем-нибудь вчера? Началось.

– Нет, – ответила я. – А ты?

– С Джулио.

Я понятия не имела, кто такой Джулио, но не стала заострять на этом внимание. Мама не питала иллюзий насчет моего образа жизни. Я не питала иллюзий насчет ее. Когда мне было шесть, тот факт, что отец завел интрижку с инструктором по теннису, помог ей понять: пора подавать на развод. Поэтому она взяла своих двух с половиной детей (я всегда считала, что Одри – это полтора ребенка), и мы вступили в кондоминиум в Сан-Фернандо-Вэлли и въехали в нормальную квартиру. В то время как мой папочка все дальше уплывал в безбрежные просторы жизни, изредка дрейфуя в Топанго-Каньон, мама начала агрессивную кампанию по завоеванию противоположного пола. Она меняла мужчин как перчатки, а Одри и я сидели дома с няней по имени мисс Бриттон-Бафф, которая страдала от астмы и диабета. Она никогда не позволяла мне смотреть «Третий не лишний», потому что считала это шоу «непристойным». В результате я взяла на себя нелегкую миссию сделать жизнь мисс Бриттон-Блёв, как я ее называла, невыносимой. Это заключалось в том, что я периодически заходила в комнату Одри и орала во весь голос: «О Боже! Куда вы уносите ребенка?» Услышав это, няня с пыхтением поднималась по лестнице, после чего ругала меня, пока не начинала задыхаться.

Но я не виню во всем этом мамулю: ее воспитали в соответствии с заповедями римско-католической церкви и рано выдали замуж, так что к двадцати одному году У нее уже было двое детей. Кроме того, у этой медали была и оборотная сторона: мамуля кормила нас вкуснее, чем другие мамы, учила меня танцевать диско в гостиной под песню «Макартур-парк» и, когда меня временно отстранили от занятий в школе за курение травки на стоянке, всячески меня защищала. Но только потому, что знала: я стащила траву у нее, а она не хотела, чтобы об этом узнал отец. Он как раз собирался поехать к морю на серфинг и дал ей кучу гениальных рекомендаций, как в это время следует воспитывать его детей (хотя у самого никогда не доходили до этого руки). Она же разрешила мне пригласить друзей с ночевкой на весь уик-энд.

После того как мы сделали заказ, мамуля откинулась на спинку стула и скрестила руки натруди. Ее взгляд был пристальным, словно она оценивала меня.

– Что такое? – спросила я.

– Да ничего особенного, – произнесла она. – А ты что скажешь?

– Ничего особенного.

Пока она хотя бы не начала критиковать кафе, в которые я ее приглашаю.

– Почему ты так улыбаешься? – удивилась я.

– Разве я улыбаюсь?

– Ты же знаешь, что да.

– Ай, ну я не могу тебе сказать. Это не моя тайна.

Я напомнила ей о том, что она всегда была в курсе всех дел, поэтому с какой стати менять тактику сейчас? Она задумалась и сказала:

– А знаешь что? Ты права. Ладно, главная новость – это… Ты готова?

Я закатила глаза и, прежде чем попробовать кофе, заявила:

– Всегда готова.

– О'кей, тогда… Твоя сестра выходит замуж.

Я в ужасе открыла рот. Кофе был обжигающе горячим, а я сделала слишком большой глоток. Я почувствовала, как мое нёбо вспыхнуло ярким пламенем.

– Подожди, – выдавила я, выловив кубик льда из стакана с водой. – Ты шутишь?

– Не настолько же.

– Моя сестра, которой двадцать один год?

– Твоя единственная сестра.

– Выходит замуж?

– Да.

– За кого?

– Что значит «за кого»? За Джейми.

– За своего бойфренда десантника Джейми?

– Бен, прекрати. – Она ударила ладонью по столу. – Прекрати сейчас же.

Очень часто мамуля ведет себя как старшая сестра, но я по опыту знаю, что не стоит ее заводить. Потом я подумала, как всегда: «К черту».

– Но он же республиканец из Техаса, повсюду таскает с собой пушку и хочет поступить на работу в ЦРУ.

– При чем здесь политика? – возразила она, отмахнувшись. – Твоя сестра выходит замуж.

– Ты когда-нибудь была в Техасе? В Техасе запросто убивают гомосексуалистов!

– Ты ведешь себя глупо.

– К тому же ты не веришь в брак.

– Как ты можешь так говорить? – Она казалась обиженной. – Я была замужем три раза.

– Вот именно.

– Не порть мне настроение, пожалуйста. – Мама наклонилась вперед. – Я волнуюсь. Волнуюсь, потому что наконец-то увижу, как одна из моих дочерей выходит замуж за хорошего человека.