Технологии "Пятой Империи" - Сергей Кугушев

Как написал блестящий молодой русский мыслитель Егор Холмогоров: «Россия – это территория, народ и государство. Сочетание и сосуществование этих трех и создает Россию».

Поэтому утратить для русских государство – смерти подобно. А государство, по словам того же Холмогорова, это реализация принципа «самодержавия – принципа русской национальной суверенной власти, которая… не может принимать от внешней мировой системы никаких указаний и не имеет перед ней никаких обязательств».

Поэтому необходимо драться за любой шанс укрепления подлинной русской самодержавности, свободы от идущего из центров геостратегического могущества влияния на внутреннюю и внешнюю жизнь России. Необходимо без иллюзий стараться поддерживать тех, кто пытается что-либо делать в этом направлении. И коли в России исторически столь велика роль Верховного правителя, необходимо стараться развивать любой шаг, сделанный им в сторону русской самодержавной власти. Это во-первых.

Во-вторых. Государство концентрирует в себе главные ресурсы и потенциалы. От того, как и на что они будут использованы, в значительной степени зависит, есть ли будущее у нашей Родины или нет.

В-третьих. Только государство способно уберечь от опасностей народ, оборонить территорию. Только государство может и должно воссоздать производственную, социальную, транспортную инфраструктуру.

Поэтому предыдущие статьи цикла в значительной степени были посвящены одной теме: тому, что деятельные, профессиональные, любящие свою Родину люди просто принуждены русской трагической историей и конкретными реалиями наших дней искать взаимодействие с властью, поддерживать те ее начинания, которые работают на преображение России, стараться в меру своих сил и возможностей способствовать этому процессу.

Я не о политике, я о жизни. Я пишу не для тех, кто делает деньги на политике. Ведь можно экономически выгодно для себя занимать позицию непримиримого оппозиционера, впрочем, как и преданного сторонника власти. Я пишу для тех, кто занимается практикой, делом, кто делает нечто полезное не только для своей семьи, но и для нашей Отчизны.

Давайте будем честны перед собой. Оппозиция в России как политическое явление не существует. Она «кончилась» в 1996 году, когда продала свою победу Ельцину, Чубайсу, Березовскому, группе иных господ. Как фактора политической жизни, способного оказывать существенное влияние на принятие государственных решений, оппозиции нет.

И то, что претендует быть конструктивной оппозицией на ближайший период, – это вовсе не оппозиция. В своем сущностном значении она представляет собой важный элемент политического режима, сложившегося в России в начале XXI века, функционирующего в системе законодательной и – на городском уровне – исполнительной власти.

Поэтому, если говорить не о частной жизни и личном уделе, а о судьбе Родины, то остаются по большому счету только два варианта. Вариант первый: государство, а следовательно, и Россия, и русская цивилизация в целом, погибли. Тогда в рамках религиозного миропонимания наступило царство антихриста. И надежды на возрождение России больше нет. Остается только снести свою меру страданий, испить до конца чашу утрат, потерь и разочарований. Лично спасаться или просто доживать.

Вариант второй. Делать свое дело и стараться взаимодействовать с властью, смотря на нее без иллюзий, неоправданных надежд, не ожидая от нее каких-либо выгод и наград.

Может быть, нет сегодня важнее задачи, чем сделать для власти необходимым взаимодействие с субъектом развития во всей его сложности и многомерности. Если такого сотрудничества не случится, то это будет не только трагично для народа, смертельно опасно для России, но и убийственно для самой власти.

В книге «Точка перехода. Третий проект», опираясь на изыскания отечественных исследователей и работы ведущих «мозговых трестов» за рубежом, мы подробно рассказали о том, что впереди и нашу страну и мир в целом ждут тяжкие испытания. Впереди не просто очередной кризис, а большая бифуркация-трансформация самих основ нынешнего мира, привычной нам индустриальной цивилизации. Причем речь идет не о каком-то отдаленном будущем, а о временах близких, измеряемых годами и десятилетиями. И если не будет найдено взаимопонимание, а главное, реальное, наполненное конкретными Общими делами взаимодействие между властью и деятельной частью народа, плохо будет всем без исключения. Шанс России пережить лихую годину будет исчезающе малым. Личные трагедии будут отражением общественных бедствий.

Именно поэтому столь много и подробно писалось о власти, ее лидерах, о том, что нет другого пути, как искать не то, что разделяет власть и патриотов, а объединяющие их дела и ценности. Искать технологии, подходы, методы, способные сформировать в итоге мощный единый субъект развития в самые сжатые сроки.

Но довольно. Теперь о другом. Пятая Империя не есть современное Государство Российское. Пятая Империя есть исторически обусловленная форма самодержавия русского народа в кризисную эпоху, именуемую в православной терминологии «последними временами».

Государство есть исторически проходящий тип человеческого устроения, и имеются многие свидетельства того, что сроки его всевластного существования подходят к концу. На смену ему идут более сложные многослойные образования, включающие структуры и черты нынешнего государства как важные, но не единственные системно образующие конструкции новой формы самодержавия. Для тех, кому интересны примеры, укажу на недавно вышедший мастерски написанный триллер в редком жанре социальной фантастики – «Ведьмино кольцо» А. Шубина.

Пятая Империя – это постгосударство, где самодержавие органично слито с народной самодеятельностью и активностью, где порядок и воля соединены через иерархию Общих дел, а свобода и необходимость гармонизируются через веру.

Поэтому, продолжая искать любые шансы и формы взаимодействия с властью по решению задач преображения России, необходимо браться и за вторую часть имперской работы – создание нового субъекта развития, если хотите, нового народа – китежан, как назвал его Егор Холмогоров. «Сверхновых русских» из Русского братства, о котором писали мы с Максимом Калашниковым.